– Джемма, успокойся. – Исайя несколько раз сжал мою руку, пока я глубоко вдыхала носом. – Тебе нечего бояться. Я не дам тебе пострадать.

Я ответила нажатием, чувствуя лёгкое трепетание в животе.

– Я знаю. Я не боюсь.

Он притянул меня ближе, и наши тела соприкоснулись.

– Уверена? Ты дышишь так, будто... – В его груди прокатился тихий смешок. – Ладно, неважно.

Я уже начала расслабляться в его объятиях, как снова послышался шорох. Руки Исайи обхватили мою талию, пока он всматривался в темноту у меня за спиной. Я выглянула из–за его плеча – брови сдвинулись, когда я заметила движение. Затем раздался громкий шлепок и сдержанный смех.

Кто это мог быть?..

– Чёртов Шайнер, – пробормотал Исайя, развернув меня спиной к себе, чтобы мы вместе могли наблюдать за источником шума. Его тепло обвивало меня, дыхание обожгло ухо. – Он постоянно таскает девушек сюда во время костров. Надо было догадаться.

И словно по сигналу, донёсся голос Шайнера:

– Ну как, детка? Говорят, тебе нравится немного… грязи.

Мои глаза округлились, а Исайя за спиной начал трястись от смеха. Неужели они правда собираются... прямо здесь?

– Что… – я прищурилась, разглядывая через колеблющуюся листву две тени, медленно двигающиеся друг против друга. – Что они… Погоди. Они что, совсем…?

Высокая тень (видимо, Шайнер) опустила руки на плечи низкорослой фигуры и прижала её ниже пояса. Я напряглась, наблюдая за её движениями и сопутствующими звуками – сначала подобие змеиного шипения, затем сдавленное:

– О да, чёрт возьми…

Его голова запрокинулась, обнажив длинную шею и четкий профиль. Когда мой взгляд скользнул ниже, к девушке, дыхание участилось ещё сильнее. Её голова ритмично двигалась в просветах между ветками, отчего мои щёки вспыхнули так быстро, что я буквально почувствовала жар.

Исайя слегка оттянул меня назад, прошептав на ухо:

– Это ответило на твой вопрос?

В его голосе сквозила игривость, но мой мозг отказывался это обрабатывать – я была целиком поглощена зрелищем передо мной.

Губы сами разомкнулись, когда я завороженно наблюдала, как девушка работает ртом ниже пояса Шайнера. Внутри всё сжалось и закрутилось, особенно когда его рука вцепилась в её волосы, а бёдра начали ритмично двигаться навстречу. Я резко отпрянула.

Я не могла оторвать взгляд. Глаза будто прилипли к ним, заворожённые. Это был незнакомый мне мир – словно осторожное касание ледяной воды кончиком пальца, за которым сразу следует резкое отстранение. Стоило ли продолжать смотреть? Может, нам уйти? Ведь это же... приватно?

Ладонь Исайи развернулась на моём животе, а другой рукой он откинул мои волосы с плеча, позволяя густым прядям рассыпаться по спине.

– Здесь полно мест для таких дел, Джем. Не только столовая, – дразняще прошептал он, и я почувствовала, как его грудь вибрирует у меня за спиной. – Так что да. Отвечаю на твой неозвученный вопрос. Они именно этим и заняты.

По позвоночнику пробежала молния, сжимая всё внутри. Губы сами разомкнулись для прерывистого шёпота:

– О...

Исайя замер позади меня, пока я продолжала наблюдать за ритмичными движениями бедер Шайнера. Его темп ускорялся, и я понимала, что должна бы отвести взгляд. Он пришел сюда с девушкой, чтобы побыть наедине, а не стать объектом моего любопытства.

– Хочешь вернуться к костру? Тебе... неловко?

Его ладонь по–прежнему оставалась на моем животе, а дыхание скользило по чувствительной коже шеи. Я сама неожиданно наклонила голову, подставляя ему больше места – просто потому, что мне нравилось, как искры пробегают по моей коже.

– Нет, – тихо ответила я.

– Нет? – Я опустила взгляд на руку Исайи, всё ещё лежащую у меня на животе. Его палец едва заметно двигался, но в моём гипер–осознанном состоянии это невозможно было не заметить.

Он вообще понимал, что начал водить круги по ткани моей юбки? Прямо ниже пупка? Догадывался ли, как сильно всё внутри меня сжалось в тугой узел? Это было так неправильно. Но так приятно.

Я покачала головой, всё ещё подставив шею, пока его учащённое дыхание обжигало мою раскрасневшуюся кожу.

– Нет. Я... Я... – Я провела языком по нижней губе, снова сосредоточившись на запретных звуках.

– Ты что?

– Любопытствую, – быстро выпалила я. – Мне любопытно.

Я услышала, как Исайя сглотнул за моей спиной – это грубое звучание заставило моё сердце пропустить удар. Его палец по–прежнему выводил медленные, ленивые круги, но в какой–то момент рука сместилась к моему бедру.

– Тебе... любопытно?

Внутри меня вспыхнул огонь, когда Шайнер резко приподнял девушку и впился в её губы. Ого. Это было так интенсивно, и я жаждала увидеть, что будет дальше. Наблюдать за этим было чем–то запретным, тёмным... Но мне нужно было знать больше. Увидеть, чего я была лишена, запертая в подвале для чьих–то больных утех.

Я на мгновение повернулась к Исайе. В темноте, среди деревьев, я едва различала его черты, но всё же нашла его взгляд.

– Что она делала? Только что?

Я отвернулась, заметив хитрющую ухмылку на его лице.

– Она делала ему минет.

Мои брови сдвинулись. Минет? Что это вообще такое? Я промолчала, обдумывая эти слова, пока Исайя не ответил на мой немой вопрос тоном, от которого у меня непроизвольно сжались бёдра:

– Она... обхватила его губами... – Его рука сильнее впилась в моё бедро. – И сосала.

Шок волной прокатился от самого низа живота.

– О...

Моё внимание тут же вернулось к руке Исайи, которая теперь грациозно скользила по моему бедру, краем пальца заходя под край рубашки – ровно настолько, чтобы свести меня с ума. Прикосновения подушечек его пальцев к моей коже ощущались, будто крошечные всполохи огня, рассыпающиеся по крови.

– И... это приятно? Когда она так делает?

Он резко выдохнул, его горячее прерывистое дыхание обжигало, как раскалённые угли:

– Да.

Я кивнула, переваривая новую информацию. Взгляд снова скользнул сквозь переплетение ветвей к Шайнеру и его партнёрше. Пульс взлетел до небес, когда он резко подхватил девушку, обвившую его бёдрами, и, не сбавляя темпа, прижал её к дереву.

Её лица в темноте не было видно, но я различала, как длинные волосы рассыпались в темноте, слышала её прерывистые стоны – Шайнер, должно быть, делал с ней что–то похожее на то, что Исайя проделывал со мной той ночью.

– Джемма... – Исайя снова прошептал, притягивая меня вплотную к себе. – Нам стоит вернуться к костру.

Разочарование нахлынуло волной.

– Да... Ты прав.

Но мы не двинулись с места. Вместо этого пальцы Исайи заскользили быстрее. Длинный палец, до этого лишь едва касавшийся моего живота, теперь опустился так низко, что проник под пояс юбки и коснулся края трусиков.

Голова сама откинулась на его твёрдую грудь, где я ощутила бешеный ритм его сердца. Землистый аромат его одеколона смешался со звуками пары в нескольких шагах от нас, сводя меня с ума.

– Но разве... – я вздохнула, когда его вторая рука сжала моё бедро ещё сильнее, приковывая к месту, – разве директор не велел нам сегодня «быть обычными подростками»?

– Мм–хм. – Его торопливый шёпот разбудил что–то глубоко внутри.

Мне потребовались все силы, чтобы не развернуться и не прижать свои губы к его. Потому что именно этого жаждало моё тело. Оно требовало целовать его. Прикасаться. Позволить ему прикасаться ко мне.

– Разве это... – я вздохнула, когда его губы коснулись моей шеи, – нормально? Сбежать со школьного костра, чтобы...

– Чтобы заниматься очень–очень грязными вещами?

– Д–да...

Исайя притянул меня ещё сильнее, так что наши тела слились вплотную – между нами не осталось и места для дыхания.

– Нам нужно вернуться в школу, Джемма.

Но хриплый тон его голоса и бешеный стук сердца выдавали ложь. Он хотел остаться здесь не меньше, чем я. Мне же хотелось взять его руку и опустить её ниже – туда, где пульсировал тот самый чувствительный узел нервов. Это было спонтанное желание, взращенное тем, что он пробудил во мне в ту субботу.