Он вздыхает и идет в ванную. Открыв кран, Саша умывается, а я плачу. Что это такое? Почему у нас не может быть спокойной жизни? Я не хочу здесь оставаться!

— Иди сюда, рыжая.

Я не реагирую. Саша выглядит очень усталым.

— Хватит, Лен. Нет причин для паники.

— Ты встречался с Соней, — я не могу этого отпустить. — Как вообще вы можете общаться...

— Да не встречались мы! Это было сделано без эмоций!

— Как без эмоций?

— Вот так! Потрахались и разбежались, не мой типаж!

Я закрываю лицо ладонями.

— Ты переспал с девушкой и бросил ее, воспользовавшись ее телом?

— Начинается...

— У тебя есть кодекс чести?

— Лена, — он рычит. — Не нужно со мной ругаться.

— С Ляйсан ты тоже спал?

— Не твое дело.

— Мое, — я подбегаю к нему и тяжело дышу. Парень поджимает губы. — Все, что касается тебя, — мое дело. Я задала вопрос, отвечай.

— Ты берега попутала? — он повышает голос, и я пячусь. — Не разговаривай так со мной! Я не должен перед тобой отчитываться! Я ни перед кем не буду отчитываться!

У меня ощущение, будто он меня ударил. Ревность — паршивое чувство.

— Вот такие у нас отношения? Хорошо ты обозначил. А я-то, как дура, думала, ты изменился! Хорошо, я тебя поняла.

Я отворачиваюсь и ухожу к окну, обняв себя руками. Саша натягивает штаны.

— Что ты поняла? А то у тебя с пониманием беда. Чувствую, придется разжевывать.

— У нас отношения без обязательств. Ты общаешься с кем хочешь, и я поступаю так же.

Саша замирает и переводит на меня зеленые глаза. Он еще не утратил окончательно самообладание, в отличие от меня, но близок к этому.

— Как ты собралась поступать?

— Найду себе такую же компанию, как у тебя, и буду весело проводить время!

— Найди.

— Найду.

— Хорошо.

Все, он обиделся. Счет один — один. Возможно, со стороны это может показаться не очень зрелым, но если ваши отношения серьезные, то именно так и следует себя вести. Саша продолжает яростно одеваться. Его дыхание сбивчиво, как после длительного бега. Я подливаю масло в огонь, потому что хочу, чтобы он ощутил то же самое, что и я...

— Наверное, тоже стоит найти друга, с кем можно переспать, а потом продолжать общаться, как ни в чем не бывало! Посмотрим, как ты тогда будешь к этому относиться!

Саша так быстро оказывается возле меня, что я кричу. Он хватает меня за плечи и выталкивает на балкон.

— Повтори! Идиотка! Как у тебя язык повернулся такое сказать?

В дверь стучат. Как хорошо, что мы здесь не одни!

— Убери руки!

В комнату заходит отец Ветрова, он смотрит по сторонам и удивляется, заметив нас на балконе. Следом заходит Ярослава. Она напугана и судорожно запахивает полы мужского халата.

— Не уберу руки! Что с тобой? Совсем ебнулась? Нахуй ты меня выводишь из себя!

Я толкаю его руками в грудь. Он этого даже не чувствует — так сильно он рассержен.

— Не говори так со мной! Я сто раз просила!

— Максим, — Ярослава толкает мужа в нашу сторону. — Разними их!

— Как ты себе это представляешь?

Саша продолжает на меня орать, я отвечаю ему точно таким же тоном. Я не могу ему простить близость с Соней.

— Почему ты мне ничего не сказал? — я пинаю его по бедру. — Почему ты все вечно скрываешь?

— Саня, — Максим осторожно касается плеча сына, но он отмахивается и, повернувшись, похоже, только сейчас замечает родителей. — Что происходит?

— Вы че сюда приперлись? Выйдите!

— Смотри, — я снова его толкаю. — Как ты разговариваешь со всеми! Я ненавижу твоих друзей, потому что это они научили тебя относиться к людям как к мусору!

— Ты меня еще учить будешь? Закрой рот!

Саша так сильно прижимает меня к перилам, что я с трудом сохраняю равновесие, боясь упасть.

— Не закрою!

Ярослава прижимает ладони к лицу.

— Саша, пожалуйста, она же девочка! Отпусти ее, Саша!

— Саня, — отец хватает его за плечи, — блядь.

— Ты как со мной разговариваешь? Я тебе кто, мальчик на побегушках?! Что за тон, мать твою!

— С тобой разговаривают так, как ты этого заслуживаешь!

— Пиздец, — он надавливает мне на плечи, и я хватаюсь руками за перила. — Ты рушишь все хорошее во мне!

— А в тебе есть что-то хорошее? Ты ведешь себя как мудак! И ты не дотронешься до меня, пока не уберешь всех девушек из своей жизни!

— Условия мне ставишь? Пойдешь, значит, нахрен!

— Ты сейчас скинешь ее с балкона, — говорит сквозь зубы Максим. — Зайдите в дом и там орите.

— Я же сказал, оставь меня! Это мое личное дело!

— Скинуть меня с балкона — твое личное дело? Ну скидывай, — я захлебываюсь слезами. — Ничтожество!

— Лена, не нужно, — просит его мать, она выглядит ошарашенной. — Хватит, пожалуйста. Успокойтесь! Саша...

— Ты не зайдешь в дом, пока не извинишься, — рычит Саша мне в лицо. — После всего, что ты здесь наговорила, ты должна извиниться!

— Нет! Это ты должен перед всеми извиняться, и ты уберешь из телефона всех девушек! Всех до одной!

Саша отталкивает меня, и у меня перехватывает дыхание, когда он, зайдя в дом, так сильно хлопает дверью, что дрожат окна. Максим выдыхает, он остался со мной на балконе. Я смотрю на него, хлопая глазами.

— Пиздец ночка. Заходи в дом.

— Я не пойду туда.

Он хватает меня за плечо и затаскивает в комнату. Саша закрылся в ванной. Я остываю. Мать Саши стоит под дверью в ванную, прислушиваясь к звукам.

— Пошли, Яра. Они разберутся.

— Вдруг он там разобьет зеркало?

— Ничего не будет. Пошли.

— Лена, давай я постелю тебе в другой комнате?

— Хорошо, — соглашаюсь я и выхожу из спальни.

Слезы льются ручьем. Я начинаю во всем винить себя. Возможно, я перегнула палку? Но потом вспоминаю то, что ему прислала Соня, и сообщения Чайкина. Перед глазами мелькают и другие сообщения незнакомых мне девушек. Неужели он со всеми переписывается? Откуда у него столько времени? Максим отправляется в свою спальню, а Ярослава готовит мне постель.

— Лен, отдыхай.

Дверь с шумом открывается. Саша смотрит на меня с яростью в глазах.

— Куда ты ушла?

— Я не буду с тобой оставаться, пока ты себя не контролируешь.

— Я себя контролирую, в отличие от тебя. Вернись в комнату.

Его мать стоит между нами, и я вижу, как на ее шее пульсирует жилка. Она гораздо более робкая, чем я. Конечно, я тоже испытываю страх, но не поддаюсь ему, а она попадает под его влияние.

— Я с тобой никуда не пойду.

— Саша, — его мама пытается овладеть голосом, — всем нужно успокоиться.

— Я спокоен. Не лезь в мою жизнь.

Она отходит в сторону, а я испытываю желание ударить Сашу за его резкие слова. Это же его мама! Почему он с ней так груб?

— Не лезу.

— Мне тоже не лезть? — спрашиваю я с вызовом. — Твоя жизнь только твоя. Ну так и вали, живи один.

— Давай поговорим.

— Ты уже поговорил!

Он сжимает ладони в кулаки и выходит из комнаты. Его мама уходит следом, а я выключаю свет и ложусь в постель. Мне очень тяжело морально, но я понимаю, что не должна уступать Саше в том, что считаю для себя неприемлемым. Мы, наверное, расстанемся, и... Я вздрагиваю, когда Саша возвращается и ложится на кровать рядом со мной, прижимаясь к моему телу. Я дрожу. Парень утыкается носом в мою макушку и тяжело дышит.

— Уходи, — прошу я сквозь слезы. — Ты меня обидел.

— Ты меня тоже.

— Уходи.

— Лена, — он целует меня в висок и стискивает в своих огромных ладонях. — У меня никого, кроме тебя, нет. Я и так через многое переступил ради тебя, но не нужно приказывать. Я это ненавижу.

— А я ненавижу твоих подруг и не буду это принимать! Если ты в отношениях, значит, ты только со мной, а все остальные — мимо!

— Так и есть. Я только с тобой, все остальные — мимо, — говорит он шепотом. — Хватит плакать.

Я больше не могу казаться сильной и, повернувшись к нему, прижимаюсь к его груди.

— Саша, у меня больше никого нет. У тебя много людей, а у меня только ты! Я не хочу, чтобы другие девушки тебя забрали.