Кирилл поспешил к старшему брату на помощь, заверяя, что все будет хорошо. Я не могла находиться далеко от Саши и тоже подошла к нему, хватая парня за локоть.

— Как дела, рыжая? — спросил Ветров-старший.

— Нормально, — ответила я, рассматривая потолок.

— Она пьет? — спросил неожиданно отец у Саши. — Или что-то принимает?

— Нет, конечно. Не неси херню.

Мои глаза округлились: я решила, он сделал такие выводы, оценивая мою внешность.

— Лен, он про всех так спрашивает, не принимай на свой счет, — быстро добавил Киря, смущаясь от прямолинейности отца.

— Без обид, рыжая, — Ветров-старший улыбнулся. — Обычная проверка.

Я махнула рукой. Было странно стоять рядом с Ветровыми, словно я тоже часть их семьи. Я поймала недовольный взгляд Ляйсан, и мне показалось, что она ревнует не только Сашу, но и всех остальных... На прощание Ветров-старший похлопал Сашу по спине, а Кирилла обнял.

— Маме привет, — бросил Саша. — Пусть не скучает.

Мужчина кивнул и ушел.

— Кстати, мама тоже приехала, — сообщил позже Киря, — но она осталась в машине.

Саша сдвинул брови, но промолчал. Когда объявили посадку, я, охваченная тревогой, с трудом поднялась на борт самолёта. Весь полёт мне казалось, будто у меня немеет тело и закладывает уши. Самолёты — явно не моё. Благо время пролетело быстро. Я сидела с Сашей и Кириллом. Оба почти не разговаривали. Саша увлечённо смотрел фильм, а Киря мирно дремал. Я очень этому рада: не люблю болтливых людей.

Первое, что я ярко запомнила, покинув самолёт, — воздух. Он совершенно отличался от каменной пыли московских улиц. Меня удивили узкие тротуары и необычные деревья с причудливыми ветвями, а еще множество торговых палаток даже у подножия дорогих отелей. Вова постоянно обрабатывал руки антисептиком и сетовал на жару. Чайкин и его девушка всё время целовались, а Ляйсан и Соня вечно отставали, поэтому нам приходилось их ждать. Самыми собранными из всей компании оказались Саша и Кирилл. Они уверенно ориентировались, знали, что и как делать, как забрать багаж и общаться с людьми, и не терялись в незнакомой обстановке. Меня поразило, что их общение было безмолвным, но при этом они прекрасно понимали друг друга. За ними шли все остальные, и в основном друзья обращались к Саше за указаниями о дальнейших действиях. Я не знала его с такой стороны и будто заново открывала для себя характер Саши.

— Ты очень собранный, — прошептала я, когда мы зашли в лифт.

Саша улыбнулся, убирая прядь волос с моего лица.

— Это всё благодаря воспитанию, которое дал отец, — ответил за него Кирилл. — Он бывший офицер и не любит лишней суеты.

Ляйсан нервно переступила с ноги на ногу. Мне кажется, она с трудом переносила мое присутствие. Я старалась ее не замечать.

— Значит, вы живёте на седьмом этаже, а мы — на девятом?

— Да, Чайка. Ты уже сто раз спросил.

Наши с Сашей комнаты и комнаты девочек располагались на одном этаже. Кирилла подселили к Вове, и вроде как их всё устраивало. Саша открыл номер и пропустил меня вперед. Я переступила порог и застыла. Белоснежные стены ослепляли. Ветров подтолкнул меня вперед, но я осталась стоять на месте.

— Ты чего, котенок?

— Все слишком белое.

Он рассмеялся.

— В отелях всегда так.

— Мы будем жить вдвоем?

— Да, Лен.

Ветров приземлился на постель и закрыл глаза. Мы проснулись рано, и, судя по всему, он не выспался.

— Очень много места для двоих. Мне нравится, что здесь есть диван, на котором я могу спать, а тебе достанется кровать. Я считаю это справедливым, ведь ты заплатил за номер.

Ветров приподнял голову, обжигая меня зелёным пожаром в глазах.

— Ну что ты, диван — это слишком. Ложись на коврике.

Я усмехнулась.

— Хватит издеваться.

— Взаимно, не неси херню. Ты будешь спать со мной.

— У тебя есть пижама?

— Нет.

— Тогда я буду спать на диване.

— По рукам, но я не дам тебе спать и буду будить каждые полчаса.

— На кровати будет по-другому?

Я обхватила себя руками, не осознавая, как наша серьёзная беседа внезапно переросла во флирт.

— Разумеется.

Я осмелилась присесть на край постели. Ветров положил руку мне на поясницу.

— Ты отдохнешь, я уверен, а у меня отпуск превратится в настоящее испытание, — произнес парень после недолгого молчания.

— Неужели представители мужского пола не способны сосредоточиться на чем-то еще, кроме интимных мыслей?

— Способны. Например, сейчас я думаю о том, что я хочу есть.

В дверь постучали, и я вскочила с кровати, вызывая смех Ветрова. Наш багаж занесли в номер, после чего Ветров вручил носильщику щедрое вознаграждение. Выйдя на балкон, я замерла от восхищения. Синева моря искрилась под палящим солнцем, создавая захватывающее зрелище. Я никогда прежде не видела ничего подобного.

— Саш!

Он довольно быстро вышел на балкон.

— Что случилось?

Я повернулась к нему и ухватилась за балконную балку.

— Там море!

— Очень хорошо, — он снисходительно улыбнулся. — Нравится?

— Безумно. Мы сходим на пляж? Я хочу потрогать воду.

— После ужина, иначе обгоришь.

Я подбежала к нему и обняла за плечи. Ветров поднял меня на руки и занёс в номер, целуя в губы.

— Я нахожу тебя более увлекательной, чем море.

Я покраснела и потянулась к нему за новой волной поцелуев, обхватив ногами торс Ветрова. Мои близкие остались в столице, и я начала ощущать, как словно освобождаюсь от оков, которые раньше сковывали мои мысли. Я не следила за временем. Я впервые за долгое время не думала о работе и о том, что скажет мама, если я задерживаюсь на прогулке с Сашей. Ветров аккуратно уложил меня на кровать и начал снимать футболку. Освободив меня от верхней одежды, он обхватил мою грудь руками, и его взгляд потемнел. Стыд уступил место радостному волнению, и я, закусив нижнюю губу, подняла руки над головой.

— Я хочу снять с тебя джинсы.

Дыхание стало неровным, и я ощутила сильное напряжение внизу живота. Я кивнула, и Ветров, улыбнувшись, поцеловал меня в живот, задевая подбородком пирсинг. Наверное, он все-таки привез меня в Сочи именно ради этого момента... Расстегнув пуговицу, Ветров медленно опустил молнию и, схватившись за джинсы, неожиданно стянул их к коленям вместе с трусами. Я закричала и быстро свела ноги вместе.

— Тихо, я просто смотрю, — он снова поцеловал меня в живот, стягивая джинсы до конца. — Ничего не будет, Лен. Я просто смотрю...

Его голос хрипел от желания, заставляя меня сгорать от противоречивых чувств. Он медленно раздвинул мои ноги, и его взгляд сосредоточился на моем интимном месте, которое я накануне тщательно подготавливала к встрече с молодым человеком.

— У тебя пухленькие губки. Это пиздец как красиво.

Это был самый чувственный момент в моей жизни. Меня беспокоило, что в комнате слишком светло, но я старалась не вести себя как глупый подросток. Рано или поздно это все равно бы случилось... Я могла решиться на такое только с ним. Я облизала губы. Подсознательно я давно этого хотела и, возможно, именно поэтому согласилась на отдых в Сочи.

— Хочешь увидеть мой член?

— Саш... Я не готова к сексу...

Он расстегнул свои джинсы, и я зажмурилась. Тело охватила дрожь. Моя уверенность таяла с каждой минутой. Ветров освободился от одежды и лёг на меня, прижимая к матрасу. Я дёрнулась, как от огня, ощущая соприкосновение с его горячей кожей. Член Ветрова упёрся мне в живот, заставляя скулить от страха, смешанного с жаждой познать полноценную взрослую жизнь. Ветров стал целовать мое лицо, блуждая губами по веснушкам на щеках.

— Ты прекрасна. Я хочу, чтобы ты почувствовала мою искренность. Я хочу довести тебя до оргазма.

— Я не готова к сексу...

— Это не секс. Лен, пожалуйста, мне нужно... Мне это очень нужно.

— Я... Что мне сделать?

Он улыбнулся и стал целовать мою шею.

— Не сопротивляйся, — прошептал Ветров: — Расслабься и доверься мне... Я не лишу тебя девственности.