Я тихо выдохнул.
Перед глазами всплыли кадры вчерашней ночи.
Её обнажённое тело. Её округлая грудь с нежной кожей, которая поднималась и опускалась от её сбитого дыхания и моих поцелуев.
Я помнил, как она легла мне в ладонь. Идеально, будто была создана для меня.
Пиздец просто…
Я провёл языком по губам, чувствуя, как внутри снова начинает тянуть.
Вспомнилось, как оказался внутри неё.
Как входил медленно, осторожно… Как чувствовал, как она сжимается, как принимает меня. Как вошёл полностью, лишая её невинности.
Это было… крышесносно. Быть у неё первым.
И единственным, само собой.
Навсегда, блять.
Я чуть сжал челюсть.
Когда её стенки плотно обхватили мой член, я тогда едва не кончил сразу. От одного только ощущения.
Такого со мной никогда не было.
Я привык к другому. К быстрому. К простому.
Без лишних мыслей.
А тут…
Просто само ощущение того, что я внутри неё, в девушке, которую я люблю, сводило с ума. Разрывало на части.
Меня тогда будто переклинило. Я не о себе думал. Я вслушивался в каждый её вдох.
В каждый звук. В каждый тихий, сбитый стон.
А как она стонала…
Блять…
Так сладко. Так нежно. Так… по-настоящему.
И от этого у меня крышу сносило ещё сильнее.
От одного воспоминания я почувствовал, как дернулся мой член, медленно поднимаясь.
Я перевёл дыхание, стараясь не двигаться.
Когда она стала сжиматься вчера, ловя оргазм…
Когда её тело буквально начало дрожать подо мной…
Я тогда не выдержал. Кончил следом. Даже не думая ни о чём.
Ни о том, что я без презерватива.
Ни о том, что Ника меня потом, возможно, за это прибьёт.
Я просто почувствовал, как по телу прошла волна.
Как будто горячая лава разлилась по животу, опускаясь ниже… и проливаясь в ней.
Я прикрыл глаза на секунду, снова проживая этот момент.
Я раньше никогда ни с кем не забывал предохраняться... Никогда не позволял себе такого.
А с ней — не просто «забыл».
Я, походу… вообще не думал о последствиях.
Потому что внутри уже решил — пусть будут.
Она, в каком-то плане… тоже первая у меня была.
Первая, кого я люблю. Первая, кого я хочу видеть рядом с собой каждое утро.
Вот так. Сонную. Тёплую. На мне.
Первая, с кем появилось это странное, непривычное желание — не просто быть, а жить.
Завести семью. Просыпаться вместе. Засыпать вместе. Не отпускать совсем.
Я тихо усмехнулся сам себе.
Вот реально… долбоёбом был.
Чего ждал?
Чего, блять, ждал столько времени?
Пока она другому достанется?!
Меня аж передёрнуло от этой мысли.
Чтобы её кто-то другой трогал?
Смотрел на неё так? Был с ней вместо меня?
Нет. Никогда.
Я чуть сильнее сжал руку на её спине, почти незаметно притягивая ближе.
Моя.
Ника пошевелилась и тихо застонала во сне, будто выныривая откуда-то из глубины. Потом медленно перевернулась на другой бок, сбрасывая с себя остатки сна.
Я сразу потянулся вслед за ней, почти не задумываясь, прижимаясь к её спине грудью.
Поцеловал её обнажённое плечо.
Луч солнца внезапно ударил в глаза.
И не мне одному.
Ника вдруг дёрнулась и зашипела, как вампир, которого вытащили под дневной свет.
Я не сдержался — тихо засмеялся.
Она, недовольно морщась, снова развернулась и уткнулась лицом в мою грудь, прячась, будто я мог закрыть её от солнца.
— Сколько времени?.. — пробормотала она сонным, мягким голосом
Я протянул руку к тумбочке, на ощупь нашёл телефон, разблокировал экран, щурясь от солнечного света.
— Девять утра, — ответил я.
Откинул телефон обратно и сразу вернулся к рыжику, чтобы видеть её лицо.
Залип.
Начал искать в её глазах смущение, страх, желание сбежать после вчерашнего.
Но… ничего. Я не нашёл ничего из этого и меня тихо отпустило.
Ника смотрела на меня сонно, спокойно… и с этой своей лёгкой смешинкой в глазах.
— Ты смотришь на меня так, будто это я тебя вчера девственности лишила, — вдруг усмехнулась она, зарываясь глубже в одеяло.
Я заржал аки конь.
Резко перевернулся, подминая её под себя. Кровать тихо скрипнула под нашим весом, Ника ахнула от неожиданности — и тут же звонко рассмеялась.
Я навис над ней и, даже не думая останавливаться, начал целовать всё, до чего мог дотянуться.
Лоб. Щёки. Сонные, ещё не до конца открывшиеся глаза. Нос. И губы, припухшие после вчерашней ночи. Мягкие. Тёплые.
Она пыталась увернуться, крутила головой, смеялась, сбивалась с дыхания, но я только сильнее прижимал её к матрасу, не давая сбежать.
Не хотел отпускать. Вообще.
С наслаждением я спустился к её подбородку. Провёл губами по линии челюсти. Ниже. К шее.
— Медведь! — захохотала она, упираясь ладонями мне в плечи и пытаясь отстраниться. — Ты меня щекочешь своей бородой!
Я только ухмыльнулся и, конечно, не остановился.
Наоборот, потёрся щекой, подбородком о её шею, чувствуя, как она дёргается подо мной, как смеётся ещё сильнее, уже почти задыхаясь.
— Нееет! — протянула она, извиваясь. — Ник! Перестань!
Я скользнул губами ниже. К ложбинке её груди.
И начал оставлять там поцелуй за поцелуем.
— Блять… — прошептал я почти беззвучно.
Меня накрывало. Я ловил кайф.
От её кожи под губами.
От её смеха, который постепенно сбивался, ломался, превращаясь в прерывистое дыхание.
От того, как она сначала извивалась от щекотки… а потом начинала замирать.
— Так. Стоп. — пробормотал я, резко отрываясь от неё.
Потому что дальше я уже не остановился бы.
Мой член стоял колом, упираясь в ткань, и только одеяло, сбившееся между нами, спасало Нику от того, чтобы я просто не взял её снова.
А хотелось так, что аж зубы сводило.
Снова почувствовать, как она сжимает меня.
Как стонет подо мной.
Как теряется.
Увидеть это всё при свете.
Я сглотнул, чувствуя, как член дёрнулся, предательски напоминая о себе.
У нас ещё будет время.
Вся жизнь.
