– А податное население? – подал голос всё тот же выскочка, тщедушный человечек с болезненно жёлтым оттенком кожи. – Если вы намереваетесь угнать всех ремесленников и крестьян, как сделали это в восточной части королевства, чего будут стоить наши привилегии?

– Мы заберём каждого десятого, – после короткого раздумья ответил принц. – Со всех земель исключая Синальт и окрестности. Имперские интенданты займутся этим, как только я войду в столицу.

Меладрийские делегаты притихли. Кажется, по пути сюда они всерьёз верили в возможность договориться на выгодных для себя условиях, как будто забыли, что имеют дело с Людской империей. Дарин подавил победную усмешку, так и норовившую растянуть его губы. Весь этот спектакль начинал затягиваться. Прибывшие в его шатер лорды прекрасно осознавали, что меладрийская армия не сможет долго сопротивляться мощи империи. К тому же, затянувшаяся война будет вредить торговле и посевным работам, что так или иначе ударит по кошельку каждого из явившихся к нему вельмож.

– Нам надо посовещаться, – наконец выдавил из себя лен Стаг.

Дарин кивнул, и высокородные йоры скучковались у входа в шатёр, чтобы ещё немного потянуть время перед неизбежным финалом. Продолжалось их шушуканье недолго, и вскоре делегаты вновь обернулись к принцу.

– В наших герцогствах, – Рувин откашлялся прежде, чем продолжать, – вы заберёте каждого тридцатого. С владениями других лордов можете делать, что пожелаете. Также мы хотим получить в своё пользование часть земель, ныне принадлежащих короне. На этих условиях мы можем гарантировать вам роспуск королевских войск и полную свободу действий на территориях королевства.

– Провинции, – поправил его главнокомандующий. – Согласен.

Герцоги приободрились, тогда как на лицах большей части тысячников проступило сомнение. Они словно прикидывали, имеет ли их временный главнокомандующий право на проведение столь важных переговоров. Ни для кого из них не было секретом, что большую часть своей жизни он был скорее дворцовым клерком, нежели принцем. Дарин стиснул зубы, борясь с накатывающим раздражением. Окажись на его месте Кейтана, эти вояки плясали бы перед ней, словно дрессированные собачки.

– Ваше высочество? – осторожно спросил йор Рувин, заметивший перемену в настроении принца.

– Распустите армию, – коротко приказал Дарин, – К завтрашнему вечеру. Свиту и личных магов Нитхарда взять под стражу.

Парламентёры лишь вежливо поклонились и один за другим покинули шатёр.

– Йор Пейт, – обратился принц к стоявшему неподалёку от него тысячнику, – проследите, чтобы не было никаких сюрпризов.

– Да, ваше высочество.

– Йор Дюрам, завтра мы идем на Тилнеру.

– Да ваше…

– Ваше высочество, – вклинился йор Райтон, – нам было приказано возвращаться к замкам-близнецам.

– Чепуха! – воскликнул йор Неффен. – Мы только что выиграли эту войну и теперь должны трусливо бежать? Так меладрийцы, чего доброго, передумают, и нам вновь придется штурмовать их столицу!

– Верно, – холодно заметил принц. – Совет окончен.

Тысячники послушно потянулись к выходу из шатра, а принц пододвинул к себе лист чистой бумаги и вперил в него задумчивый взгляд. Следовало хорошенько подумать над составлением письма, которое вскоре ляжет на стол императора. Перед ардрагом Хоффом принц отчитываться не собирался. Пускай теперь догоняет Пятую армию, а он пока что позаботится о меладрийской столице. С этими мыслями принц опустил перо в чернильницу.

Спустя неполные шесть суток, Пятая армия вновь подошла к стенам Тилнеры. Последние, к слову, за время зимовки несколько изменились. У королевских каменщиков было в достатке времени чтобы восстановить раздробленные боевыми чарами зубцы и застроить прорехи. Даже взорванную во время одного из штурмов башню, и ту успели привести в надлежащий вид. Скорее всего, и новый кристалл силы туда поместили. Дарин тронул бока своего коня шпорами и направил его в сторону распахнутых ворот. Ему не терпелось поскорее занять королевский кабинет и разобраться с кое-какими делами. В первую очередь, как раз, с пресловутыми кристаллами. Торжественная церемония вручения ключей от города уже была позади, часть армии успела разместиться в пределах городских стен, и принц чувствовал себя в полной безопасности, проезжая под широкой каменной аркой.

– Страхом так и несёт, – тихонько хмыкнул Тейнор, когда они выехали на совершенно пустынную улицу, залитую ярким весенним солнышком. Главнокомандующий кивнул. Похоже, горожане как следует перетрусили и не спешили покидать свои дома, чтобы не попасть под горячую руку ужасным имперским захватчикам. Ничего, в Синальте поначалу было в точности так же. Со временем они осмелеют, но, если даже и нет, никто не помешает имперским интендантам попросту взломать двери, чтобы забрать назначенную принцем десятую часть жителей в рабство.

– Йор Дюрам, – подозвал принц начальника штаба, – завтра в десять утра я хочу видеть богатейших жителей города в своём кабинете.

– Будет исполнено, выше высочество.

– Мэтр Мэйс, – теперь главнокомандующий смотрел на одного из своих архимагов, – к завтрашнему полудню все кристаллы силы в крепостных башнях должны быть уничтожены.

– К полудню мы не успеем, – покачал головой волшебник. – Ваше высочество, вам известно, что с гибелью кристалла гибнут и привязанные к нему маги?

– Нет.

– Они будут драться выше высочество, –– буднично заметил второй архимаг, – но мы сотрём этих неудачников в порошок, дайте только время.

Принц ещё раз кивнул и обернулся к йору Таммету, уже проявившему себя в роли военного коменданта Синальта.

– Отведите людей от башен с кристаллами, чтобы не было пострадавших.

– Да, ваше высочество.

Главнокомандующий отдал еще несколько менее значимых распоряжений, а тем временем их кавалькада подъехала ко дворцу, двери и коридоры которого уже охранялись имперскими воинами и колдунами.

Оставив лошадей на попечение слуг, Дарин и его спутники, в сопровождении бывшего королевского камергера, проследовали вглубь роскошных, отделанных позолотой и белым мрамором помещений, и вскоре принц уже обживал свой новый кабинет. По правде сказать, здесь ему было несколько неуютно. Предки Нитхарда, кажется, страдали манией величия, потому как отстроили для своих деловых нужд настоящий зал с широкими, во всю стену, окнами, выходившими на прекрасно ухоженный парк.

– Эм, Дарин, – неуверенно начал Тейнор, – я тут подумал…

– Полезное дело, – улыбнулся его высочество. Всех, кроме друга и телохранителя, он уже отпустил, и потому они с Тейном могли говорить свободно и без лишнего официоза.

– А что будет с наследником, – лицо Тейнора оставалось серьёзным. – Ну, с этим мелким. Ему же сейчас лет восемь, или около того.

– Вот ты о чем, – нахмурился Дарин. – Это решать отцу. Скорее всего, он возьмёт мальчишку под опеку, а годам к восемнадцати или раньше он неудачно свалится с лошади, или рыбой отравится. Сам понимаешь, имперской провинции наследники не нужны.

– Хреново, – тяжело вздохнул Тейн, переводя взгляд на вид за окном.

– Политика, – просто констатировал принц, усаживаясь за стол. Бумаги, оставленные Нитхардом, интересовали его куда больше, нежели судьба наследного принца Меладрии. Дарин и сам не заметил, как прокопался в них до позднего вечера, не обращая внимания на редкий грохот, доносившийся с окраин города. Это двое архимагов доблестной Пятой армии двигались по стене от башни к башне, зачищая их от кристаллов силы.

На ночь грохот прервался, а ранним утром возобновился, что вовсе не помешало принцу принять у себя кучку тилнерских богатеев. Разговор с ними у главнокомандующего вышел довольно коротким. Он вкратце объяснил денежным мешкам, что вскоре имперские интенданты начнут сбор и вывоз рабочей силы, и предложил им выкупить собственную свободу и свободу своих близких за звонкое золото. Как принц и ожидал, виднейшие купцы и землевладельцы без лишнего слова приняли его предложение. Теперь им предстояло как следует порыться в собственных закромах, а заодно потрясти своих менее удачливых собратьев, которым не нашлось места на аудиенции у принца, но которые, тем не менее, способны были выложить кругленькую сумму за собственную неприкосновенность.