Этот момент Милани сочла достаточно подходящим, для того, чтобы нанести удар. Не ждать же, когда псионик повернётся к ней и спросит «что скажете?». Громовое копьё с электрическим треском разбилось о молниеносно выставленный тёмным барьер, а следующее плетение буквально растаяло в её руках, так и не успев толком сформироваться. Голову будто бы окунули в чан с дёгтем. Чародейка оглохла, ослепла и начала задыхаться, но, всё-таки, устояла на подгибающихся ногах и смогла сбросить с себя пелену первой атаки Демиша. Хотела было снова взяться за боевые заклятия, но шилов псионик просто-таки пригвоздил её к полу своим немигающим взглядом и начал методично ломать ментальную оборону, действуя одновременно жёстко, хитро и изобретательно. Куда там жалким усилиям её одногруппников! Посреди зачуханной комнатушки стоял настоящий мастер-псионик, тот самый, на отсутствие которого этот лицемер сетовал на первых занятиях. И, что самое страшное, он знал её, как облупленную. Всё то время, что Милани, как дрессированная собачка, прыгала перед ним, желая получить новую порцию знаний, тёмный прощупывал её, изучал, готовился к этому бою… И теперь просто не мог проиграть. Оборона девушки оказалась сломленной спустя каких-то пару минут. Не помогли ни долгие тренировки, ни хвалёный талант. Какая же она дура! Расширенным оловянным взглядом магичка смотрела, как бывший наставник медленно приближается к ней, достаёт из кармана тонкий стальной браслет и защёлкивает его на её запястье. Мгновенно весь мир вокруг потерял свои краски, и ей показалось, что нос заложило, а лёгкие забились водой. Ещё ни разу в жизни на Милани не надевали негатор, и теперь она знала, каково это. Последняя надежда на то, что удастся как-то собраться с силами и выдворить тёмного из своей головы, развеялась, как дым.

– За мной, – равнодушно бросил псионик, и она последовала за ним, отчаянно пытаясь пошевелить хотя бы мизинцем без чужого приказа.

Извозчик всё ещё дожидался их, кутаясь в поеденный молью меховой плащ, и, время от времени, прикладываясь к небольшой фляжке. Демиш назвал ему адрес и приказал ей занять место в карете. Милани ждала, что в дороге он что-то ей скажет, выразит сожаление, что она стала не на ту сторону, коварно улыбнётся, как какой-нибудь книжный злодей, но псионик молча глядел в окно, словно и не было никогда их тайных занятий, словно не он восхищался её способностями и ставил её в пример прочим студентам. На глаза навернулись жгучие слёзы обиды. Неожиданно выяснилось, что плакать она ещё в состоянии. Его умные зелёные глаза ненадолго оторвались от заиндевевших стёкол, чтобы проследить за тем, как по щеке девушки пробегает слезинка, а потом снова уставились на проплывавшие мимо дома.

Вскоре карета остановилась, и тёмный вышел наружу, чтобы галантно распахнуть перед своей пленницей дверцу. Для стороннего наблюдателя, окажись тот поблизости, всё выглядело бы совершенно естественно.

– Следуй за мной.

Район, в котором они оказались, был девушке совсем незнаком. Вдоль заснеженной улицы, как на параде, выстроились небольшие двухэтажные домики, почти неотличимые друг от друга в рассеянном свете редко расставленных фонарей. К одному из них и направился Демиш, предварительно передав извозчику несколько медных монет и отпустив того восвояси. На крыльце он неторопливо сбил налипший на сапоги снег, а затем начал быстро стучать по двери, выбивая, как ей показалось, какой-то условный сигнал. Им почти сразу открыл невысокий люмен в одеждах слуги и безмолвно отступил в сторону, впуская гостей.

– Он у себя? – коротко спросил маг, скидывая тому на руки плащ.

– Да, мэтр.

– Доложи.

Слуга почтительно склонил голову и удалился, но уже через минуту вернулся, чтобы сопроводить их на второй этаж.

– А, Демиш! Входи-входи. Как наши успехи?

– Как видишь, – тёмный отошёл в сторону, и Милани увидела уютно обставленный кабинет, с некоторой претензией на роскошь. За письменным столом сидел некто, чьё лицо было скрыто клубящейся магической дымкой, а в кресле напротив расположился ещё один незнакомец в капюшоне, надвинутом чуть ли не до самого подбородка.

– Ба! – воскликнул тот, что был скрыт волшебной вуалью. – Никак это наша талантливая Милани! Ну, что ж, выходит, упрямство является фамильной чертой рода Саль.

– Дочь Говарда? – мгновение, и кресло напротив стола опустело, а перед чародейкой материализовалась сгорбленная фигура. Она бы испуганно отшатнулась, если б могла, настолько стремительно всё произошло. Магичка всё ещё не видела скрытого капюшоном лица, но поросшие шерстью когтистые руки с головой выдавали в своём владельце люра. Раздался неприятный свистящий звук, и девушка поняла, что незнакомец принюхивается к её запаху, стараясь его запомнить. – Отправишь её к остальным?

– Со временем. А может, и нет. Насколько я знаю, наш милый ректор в дочурке души не чает, и пока что это единственный способ на него надавить.

– Тогда спрячь её, – Милани глазом моргнуть не успела, а закапюшоненный уже вновь устраивался в кресле. – И лучше подальше.

– В Меладрии, – кивнул его собеседник. – Как бы Говард этого ни хотел, он далеко не всесилен, а у нас там…

– Довольно. Если я правильно понял, она нас всё ещё слышит.

– Так и есть, – чародейка готова была поклясться, что владелец кабинета сейчас улыбается. – Демиш, тебе теперь тоже не следует здесь задерживаться. Наш дорогой друг сегодня же отбывает обратно, а ты составишь ему компанию. Думаю, специалист твоего профиля там лишним не будет.

– А кровь? – напомнил псионик.

– Случился небольшой казус, и твой образец пропал из хранилищ Гильдии.

– Тогда, перепоручаю свою ученицу вам, – без всякого сожаления молвил Демиш, и Милани почувствовала, как её сознание затухает, а обмякшее тело подхватывает волшебный аркан.

* * *

Мерк как раз заканчивал формировать сложнейшее атакующее плетение, когда до его ушей донёсся испуганный девичий визг. Чары, на которые он угробил минимум минут двадцать, расползлись в невнятную кашу, а сам колдун с руганью вылетел из пещеры и помчался на помощь, на ходу раскидывая поисковую сеть. Где-то в полутора сотнях шагов впереди за деревьями высветилось несколько аур, быстро удалявшихся прочь. Из источника одним махом пропала добрая половина энергии, и вслед улепётывающим незнакомцам устремился веер змеящихся чёрных сгустков. Плетения, способные самонаводиться на ауры целей, которых заклинатель даже не видит – это почти что вершина магического искусства. Мерку до такого ещё расти и расти. Один за другим беглецы попадали наземь и расстояние между ними и Мерком резко начало сокращаться. Но вот одна из аур зашевелилась, нависла над другой та почти сразу погасла, ознаменовав тем самым гибель хозяина.

– Трикс! – заорал тёмный, стараясь не сбить дыхание. – Не убивай их! Да твою мать!

Деревья расступились, и он вылетел на крохотную полянку как раз в тот момент, когда девушка вонзила свой любимый стилет в грудь следующего похитителя. Останавливаться на этом она не стала и продолжила остервенело дырявить неподвижное тело.

– Трикс!

Увидев его, девчонка выронила кинжал, плюхнулась попой в траву и разревелась. Замечательно! Ладно, что у нас тут? Всего пятеро мужиков, двое из которых уже мертвы, а остальные пребывают в глубоком забытьи. Одеты очень даже неплохо, у троих нормальная обувь, да и оружие есть. Не новички, это точно. Успокаивать плачущих женщин Мерк не очень умел, но, к счастью, этого и не требовалось. Кость уже была тут как тут, подбежав к Трикс она упала рядом с ней на колени и прижала рыдающую девчонку к груди. По какой-то причине эти двое быстро нашли друг с другом общий язык, хотя болтала-то больше красноволосая, а Кость в основном молчала.

– Шиловы пятки! – раздался позади голос тяжело отдувающегося Дирка. – Командир, может, на цепь её посадить?

– Я сразу сказала, что это хреново кончится, – Хаши тоже примчалась на крик, как и прочие члены шайки. Кроме разве что Анис, она бойцом не была и от передряг старалась держаться подальше. – Эта дурочка день за днём пялится на своих сраных змеев, и вот результат! А если бы это была ловушка?