– Слушайте, жители Сегалы! – кажется, ей повезло, и глашатай как раз начал свою речь сначала. – В ходе следствия было установлено, что за ковеном некромантов, долгие годы досаждавшим нашему славному городу, стоял лично король Меладрии Нитхард восьмой! Отринув все добродетели, присущие монархам, он обратился к тёмным колдунам, чтобы посеять смуту в провинции и захватить её западные пределы! Но гнев императора не замедлил обрушиться на голову негодяя! Сегодня утром, доблестная Пятая армия, возглавляемая ардрагом Ноланом лен Гардом, пересекла границу Меладрии, и сейчас победным маршем идёт на Тилнеру, не встречая серьёзного сопротивления! Его высочество принц Дарин, прибывший к нам из столицы, дабы проследить за тем, чтобы виновные понесли наказание, лично присоединился к армии и возглавил сотню отборных воинов! Помните, добрые жители империи, что род Эст всегда будет стоять на защите вашей безопасности и покоя! Ни один враг, будь то меладрийский солдат или некромант, больше не ступит на нашу землю! Победа будет за нами!

Глашатай закончил и народ разразился бурными аплодисментами, победными криками и улюлюканьем. Отдохнув пару минут и промочив горло, он снова взял свиток и начал читать. Поняв, что ничего нового она уже не услышит, Милани покинула площадь, отправившись куда глаза глядят. Домой возвращаться ей не хотелось, к тому же последний день лета выдался на редкость приятным. Солнце уже не палило, как прежде, его золотистые лучи лишь нежно согревали кожу и освещали всё великолепие второго по величине города империи. Воздух чуть ли не искрился от скопившегося напряжения, в одночасье охватившего сотни тысяч разумных. Девушке казалось, что мостовая под ногами дрожит и она чувствует биение сердца Сегалы, живой и прекрасной, как вечно юная чародейка.

Ноги сами вынесли её за пределы внутреннего кольца городских стен и привели к рынку, где магичке открылось малоприятное, но весьма закономерное зрелище. В той части рыночной площади, которая была отведена под торговлю рабами, творилось Шил знает, что. Все въезды и выезды с неё были перекрыты десятками огромных телег со вделанными в них клетками. Какие-то работорговцы только что прибыли и, узнав последние новости, стремились как можно быстрее сбыть с рук свой товар и отправиться на границу с Меладрией. Другие, уже расторговавшиеся, желали немедленно покинуть город с той же целью. И тем, и другим война обещала по-настоящему жирный куш, и никто в этом хаосе не желал уступить дорогу конкурентам. В результате образовался жуткий по своим масштабам затор, в который то и дело вливались новые караванщики. Стоило одному из торгашей собрать по пивным и борделям своих подчинённых, как он начинал шустрить и юлить, то пытаясь протиснуть свои телеги в какой-нибудь переулок, то делая отчаянную попытку объехать торговые ряды. Итог был неизменно одним и тем же – поняв, что он здесь всё-таки не самый умный, торгаш становился в длиннющую очередь, которая сейчас, по ощущениям колдуньи, не двигалось вовсе. Крики и брань стояли такие, что казалось, фасады домов вот-вот покраснеют от стыда. В одном месте вспыхнула драка, в другом кто-то, не найдя подходящего ругательства, кнутом хлестнул обидчика по лицу. Стража оперативно пресекала такие инциденты, но организовать движение пока не могла. Всё, на что её хватало, это удерживать собравшихся от поножовщины, которой тут прямо-таки пахло. Эта картина не доставила Милани ни малейшего эстетического удовольствия, и она поспешила удалиться.

Вернувшись домой уже вечером, она узнала, что приходила Алиса, но, не дождавшись её, ушла. М-да, стоило бы подумать о том, что подруга захочет провести этот необычайный день вместе с ней. На миг девушка почувствовала укол стыда, но поспешила выкинуть эти мысли из головы. Слишком уж хорошо она прогулялась, чтобы теперь портить едва-едва поднявшееся настроение.

– Отец вернулся?

– Ещё нет, йора, – поклонился встретивший её дворецкий. – Если пожелаете, я немедленно извещу вас о его приезде.

– Пожелаю.

Ректор вернулся уже за полночь, но дочь всё-таки дождалась его, уж очень хотелось кое-что прояснить. Как всегда, первым делом архимаг отправился не в спальню, а в кабинет. Странная привычка. Неужели нельзя держать все дела в одном месте? Так ведь гораздо удобнее.

– Привет, пап, – сказала она, входя в комнату.

– Привет, привет. Задашь дурацкий вопрос или сама на него ответишь?

– Сама, а ты скажешь, права я или нет.

– Ну, ладно, – отец улыбнулся и поставил локти на стол, сцепив пальцы в замок.

– Никаких некромантов к нам Нитхард не посылал. Он, говорят, человек со странностями, но не дурак и не самоубийца.

– Верно. Но тебя не это сейчас должно волновать.

– Ну, пап! Ты же знаешь, что я не могу провалить вступительное испытание.

– Знаю. И тем не менее, отнесись к этому серьёзно. Оглушишь комиссию, и они потом два года будут валить тебя на экзаменах.

– Я постараюсь, – фыркнула Милани. – Как-никак я студентка, и верю в приметы.

– Хорошо. А теперь, если ты не против, у меня ещё остались дела.

Кивнув, она вышла из кабинета и отправилась в свою комнату. Завтра первый день осени, то есть день вступительного испытания для мэтров, желающих подняться с четвёртой ступени на третью. Перед таким событием однозначно следует выспаться.

Начало осени обернулось для сегальцев слабым, но затяжным дождём. На улице было пасмурно, и большинство горожан предпочли в этот день остаться дома, если у них не имелось никаких неотложных дел. У Милани дело было как раз неотложное, и плохая погода не стала для неё серьёзным препятствием. Всю дорогу до места назначения магичка проделала в экипаже, а выбравшись из него, раскрыла зонт, не позволивший ни единой капле упасть на идеально уложенную причёску. Обычно она позволяла своим буйным волосам просто ниспадать на спину медовым водопадом, но сегодня был особенный день, и выглядеть нужно было соответственно. Миновав просторный двор Сегальской академии магов, волшебница свернула на одну из аллей, обогнула здание мужского общежития и вышла к дверям Зала испытаний.

– Доброе утро, мэтр, – поприветствовал её мужчина в форменной мантии академии. – Пожалуйста, пройдите налево в гардероб и сдайте лишние вещи и магические артефакты. Не беспокойтесь, за ними присмотрят.

– Спасибо.

Из лишних вещей у неё был один зонтик, а из артефактов кольцо, подаренное Калебом. Никакой помощи при прохождении испытания оно ей оказать не могло, но правила есть правила. Сдав и то и другое пожилой гардеробщице и получив номерок, Милани вернулась в холл.

– Теперь пройдите прямо и направо.

Вообще-то она прекрасно знала дорогу, но не перебивать же исполнительного работника. Сам Зал испытаний, не всё здание, а именно тот самый Зал, представлял собой огромное круглое помещение, в центре которого находился массивный каменный куб. Каждая его грань в длину достигала четырёх с половиной локтей, и все они были испещрены десятками сложных магических формул, выбитых в камне. Разумеется, та грань, на которой этот монстр стоял, была исключением. Все туристы, приходившие поглазеть на испытательный камень, оставались под большим впечатлением. Им казалось, что в нём заключена огромная колдовская сила, хотя на деле всё, чем мог похвастаться куб, как и постамент, на котором он стоял, это чары, повышающие их прочность. Без этого, каменюкам вряд ли удалось бы долго выдерживать ежегодные вступительные тесты. По одну сторону от испытательного камня, прозванного студентами валуном, располагались пять кресел, предназначенных для членов приёмной комиссии. По другую столпилось десятка полтора мэтров, желавших пройти ещё два года обучения и подняться до третьей ступени. Волшебники тихо переговаривались, большинство из них были друг другу знакомы – вчерашние выпускники этой же академии.

– Привет, – к ней подошла Алиса. – Ну как, готова показать высший класс?

– Ещё бы! А ты?

– За тем и пришла, – уверенно улыбнулась подруга. – Как тебе последние новости?