— Если тебе нравятся дикие звери, то да, она красивая: шерсть мягкая и гладкая, — ответил Мао без всякого почтения.

— Звери? — удивился Тэ Гун. — Я думал, она лиса… Такая же, как кумихо или кицунэ?

— И Хули Цзин — тоже. Так прозвали ее люди на моей родине. Но поверь мне, это обычная лиса, хоть и прожившая дольше, чем почти все в этом мире.

— Постой, ты хочешь сказать, что все эти легенды только про одну?..

— Именно. Думаешь, прожив столько лет, она просто сидела на месте? Я первый раз ее встретил еще до того, как появился проклятый клан Цзы, которому ты служишь, — сказал Мао.

— Я им не служу, это разовый контракт, — огрызнулся Тэ Гун на слова, которые его явно задели.

— Это еще хуже, — холодно отрезал Мао. — Связаться с этими отбросами — великий позор для тех, кто живет в нашем мире.

— Ты, видимо, забыл, Мао, но я человек, — спокойно ответил Тэ Гун. — И до ваших конфликтов, которым уже тысячи лет, мне нет никакого дела. Да и с ними работать безопаснее, чем, скажем, с тем же Коллекционером Хэндо.

— Только полный кретин станет иметь дело с Хэндо. И, видимо, он сейчас стоит передо мной, — бросил Мао и недовольно скривился.

В его руке тут же появилась фляжка, старая, похожая на армейскую. Он припал к ней, будто не пил целый год, и воздух мгновенно наполнился запахом дешевого спирта.

— Так сколько же вам лет, Мао, если вы жили еще до появления клана Цзы? — решил я вмешаться в их перепалку, воспользовавшись подходящим моментом. Да и добавил в голос уважения на всякий случай.

— Да-да, ни за что не поверю, что такой, как ты, — Тэ Гун окинул его взглядом, и, да, выглядел он, надо признать, жалко, — прожил больше двух тысяч лет. Может, ты еще скажешь, что своими глазами видел Конфуция?

— Может, и видел, — загадочно протянул Мао. — А может, даже беседовал с ним. Жаль только, что он был простым человеком. С таким собеседником было бы интересно коротать века за выпивкой.

Мао напустил таинственности, но моментально разрушил впечатление, снова припав к своей фляжке. Сделав пару глотков, он взглянул на солнце, почти закатившееся до горизонтом, и негромко сказал:

— Пора начинать.

Услышав это, Тэ Гун достал из кармана несколько белых лоскутов бумаги и начал расклеивать их по крыше. Мне сразу стало интересно, что это он делает, но вместо расспросов я просто начал разминаться, как перед началом тренировки. Я, конечно, стал прочнее, но не хватало, чтобы во время боя дернуть мышцу или потянуть сухожилие. А вот Мао лишь с усмешкой наблюдал за нашей подготовкой.

Ну вот и настал момент, наступления которого я так долго боялся, — подумал я, вспоминая то чудовище, с которым мы сейчас должны сразиться. Нет, если бы на нашей стороне был еще и Мао, у нас были бы шансы. А если и все, что он рассказал о себе, правда, то, думаю, он бы и в одиночку расправился с чужаком. Но по его виду вмешиваться он не собирается, на что, впрочем, имеет полное право.

Мао встал в центре небольшого садика на крыше. Я тем временем достал амулет, развязал мешочек, вынул из него жемчужину и, как тогда в пещере, слегка прикусил ее на удачу. После этого убрал ее обратно и повесил на шею. Происхождение этого артефакта из задницы журавля в данный момент волновало меня меньше всего.

— Не двигайся, — тихо сказал Мао, глядя мне прямо в глаза.

В ту же секунду его зрачки изменились: словно одни ушли вглубь, а вместо них появились другие — абсолютно черные, будто поглощающие весь свет. Затем они начали хаотично двигаться, притом каждый двигался сам по себе, будто что-то выискивая.

— Нашел, — произнес Мао и протянул руку.

Я уже подумал, что он собирается меня ударить, но его пальцы замерли в нескольких сантиметрах от моей груди. Вены на его шее вздулись, он с трудом рванул руку на себя — словно вытаскивал что-то из воздуха.

И да, он действительно что-то вытащил. В воздухе прямо передо мной появилась деревянная маска.

Я сразу ее узнал. Такие я видел не раз, и даже одну в свое время получил в подарок. Это была типичная африканская маска — грубая резьба, искаженные черты… Вот только лицо на ней, несмотря на грубость исполнения, до странного сильно напоминало того самого людоеда.

— Щас начнется, — сказал Тэ Гун, будто бы сразу понял, что произошло. А вот я совершенно не имел представления, к чему готовиться, но в следующий миг уже все понял.

Из-под маски словно начало расти тело — сначала уродливое, искаженное, но в один миг перед нами уже стоял тот самый африканский гость. И судя по его разъяренному взгляду и злобной гримасе, происходящее ему явно не понравилось.

Я действовал без предупреждения: мгновенно сунул руку в карман и со всей силы швырнул горсть белого порошка прямо в лицо людоеду. Это даже сработало — он скривился от боли. Пусть эффект оказался незначительным, зато я отвлек его достаточно, чтобы дать шанс Тэ Гуну.

Чужак еще не успел прийти в себя, как его вдруг опутали те самые четки, которые я не раз замечал на запястье Тэ Гуна. В следующий миг из его груди прорвалось острие меча. Не теряя ни секунды, я тоже ринулся в бой — мой изогнутый, не слишком длинный клинок вонзился шаману в бок. Я повел его вверх, разрывая черную, покрытую узорами кожу, словно вспарывая брюхо крокодила.

Порошок, который я швырнул, был обычной солью… ну, почти обычной. Я заказал ее через интернет еще до поездки на Чеджу: по словам продавца, это была соль, освященная в храме и способная отпугивать нечистую силу. К моему искреннему удивлению, когда Габу взглянул на нее, он сказал, что чувствует в этой соли святую силу. И, судя по реакции чужака, Габу меня не обманул.

Я только собрался порадоваться успеху, как связывающие гиганта четки внезапно разорвались, разлетаясь по крыше. Тяжелая рука ударила меня с такой силой, что я перелетел несколько метров и спиной впечатался в бетонное ограждение. И я был не один: Тэ Гун тоже оказался отброшен — его швырнуло прямо в дверь на крыше, с грохотом вминая полотно внутрь.

На мгновение шаман застыл, будто пытаясь что-то сделать, но, похоже, у него ничего не вышло. Я даже догадывался, что именно. Видимо, он снова попытался сбежать, как в прошлый раз, когда получил серьезные ранения. Однако, судя по всему, Хранитель так просто уйти ему не позволил.

— О ти ку тэл, — прохрипел он, выглядевший сейчас страшнее, чем моя жизнь. Из его груди все еще торчало лезвие меча, а из распоротого бока наружу вываливалась какая-то отвратительная масса, болтаясь на тонких волокнах.

Наша совместная атака с Тэ Гуном удалась даже лучше, чем я рассчитывал. Но этого оказалось недостаточно. Чужак, словно чертов киборг-убийца, двинулся в мою сторону, оскалив по акульи заточенные зубы.

И тут я заметил, как его ноги незаметно начали оплетать тонкие зеленые нити травы — с каждым шагом их становилось все больше и больше. Не зря все-таки я выбрал именно это место, — мелькнула обнадеживающая мысль.

Он резким движением разорвал переплетение и двинулся дальше, но трава, словно живые лозы, снова принялась опутывать его, постепенно замедляя поступь.

Этого хватило лишь на то, чтобы перевести дыхание и с трудом подняться. Я ясно чувствовал, что несколько костей в теле явно были не на своем месте.

Лишь в последний момент я успел увернуться от толстой, словно ствол дерева, руки, но он все-таки задел меня, и я снова полетел. К счастью, в этот раз я не врезался в стену, а покатился по густой, словно нарочно проросшей за доли секунды, траве.

Вот только даже просто силы удара хватило, чтобы вышибить из меня те капли воздуха, которые я успел набрать, отойдя от прошлого удара. Я с трудом начал пытаться встать. Но когда я поднял взгляд, то увидел лишь две черно-древесного цвета ноги.

И тут краем взгляда я заметил легкий блеск в траве — это был мой изогнутый клинок, который я выронил при первом ударе, и сейчас он лежал в нескольких десятках сантиметров от моего лица.

В следующее мгновение меня резко дернуло за волосы, и я почувствовал, как голову медленно тянут вверх.