– Ты решила их пожалеть? – удивился я и не угадал:

– Не‑не‑не, это было вступлением. А основная часть тебе понравится: Енакиевы прибудут к дальнему КПП. И будут вынуждены ждать. В пургу, в мороз и там, где, бывает, охотятся иномирные звери. Так почему бы нам не повеселиться?

18 декабря 996 г. от ВР.

…Первый водоем мира единорогов мы увидели в два двадцать пять ночи по времени Усть‑Ангарска. На экране «базы» высокоскоростного дрона, который гнали над руслом небольшой реки. Наташа, управлявшая «птичкой» лежа, от избытка чувств пихнула меня бедром, заставила «игрушку» набрать высоту и восторженно охнула: дальний край «водоема» уходил за горизонт, а значит, мы нашли либо очень большое озеро, либо море, либо океан!

Следующие несколько минут мы вглядывались в границу между ним и небом, подернутую сиреневой дымкой, но дальнего берега так и не увидели. Поэтому подруга уронила дрон к крошечному заливчику рядом с небольшим мысом, вывесила над пятном из «туманной» травы, полюбовалась розовыми полевыми цветами и снова подняла «птичку» метров на триста.

– И… зачем? – полюбопытствовал я, пихнув женщину в предложенном ею стиле.

Ответ сорвал фантазию с нарезки:

– Сидеть у моря и пялиться на воду не в нашем стиле. А для того, чтобы буйствовать на гидроциклах, нужно знать, что тут с глубинами…

– И ведь не поспоришь… – усмехнулся я, растрепал ей волосы, подождал, пока дрон спикирует на узенькую песчаную полоску на дальней оконечности мыса, всадил метку со стихийными маркерами в чем‑то понравившийся валун и «полностью вернулся» в спальню. В смысле, отполз назад, полюбовался аппетитной попкой и красивейшими ножками напарницы, верхняя половина тушки которой все еще возлежала на надувном матрасе в мире единорогов, и открыл еще один портал. Но уже к новой точке привязки. Затем перешел на ту сторону, поймал и занес «птичку» в особняк на Лесной, положил возле стены и вытянул к себе матрас вместе с подругой, «базой» и горой вкусняшек.

Наташа сразу же перевернулась на спину, вцепилась в протянутую руку, встала, в темпе закрыла «зеркало» и уставилась мне в глаза взглядом, полным воистину детского предвкушения.

– Переодевайся! – с улыбкой разрешил я, вырубил «глушилку», набрал сообщение для матушки и Ани, отправил в их личные каналы и… приложил себя заморозкой . Так как засек чувством Воздуха «неправильное» шевеление подруги, повернул голову к ее «силуэту» и обнаружил, что женщина уже тянет вверх водолазку, а все остальное шмотье аккуратно сложено на кресле!

– Засмотрелся на купальник, который еще не видел? – ехидно спросила она, правильно интерпретировав мое секундное зависание.

К этому моменту я успел остыть, поэтому отшутился в стиле батюшки:

– Красоту купальника оценю очень и очень нескоро: в данный момент я любуюсь умопомрачительной фигуркой.

– Комплимент – приятнее некуда… – довольно мурлыкнула она, в темпе повесила водолазку на спинку кресла, изобразила красивейший танцевальный пируэт и лукаво улыбнулась: – Это я так вымогаю еще один. Или два… Кстати, может, сменим локацию, пока ты придумываешь новые? А то эта превратит нас в объекты для игривых шуточек.

Я оглядел смятую постель, матрас, валяющийся на полу, «базу», дрон и стопку Наташиной одежды, представил, как разойдется матушка, увидев все это великолепие, и согласно кивнул. Поэтому стянул футболку и шорты, влез в шлепки, мотнул головой в сторону входной двери и сорвался на бег.

Как ни странно, успели: сообщение моей родительницы «Мы готовы…» упало в мой канал через несколько секунд после того, как мы влетели в гараж. Так что я переместился к терминалу управления стационарной «глушилкой», ткнул в нужный сенсор, развернулся на месте, представил лицо родительницы и сначала открыл, а затем расширил портал.

Оглядев меня с головы до ног и врубившись в настоящий смысл моего сообщения, она показала мне кулак и серией жестов попросила подождать три минуты. После моего подтверждающего кивка исчезла из поля зрения. А через две с половиной минуты вышла из рывка  прямо перед «зеркалом», перешла ко мне, чмокнула в щеку и сообщила, что Анька уже бежит.

– Мы никуда не торопимся… – улыбнулся я, сделал комплимент сначала ей, а затем ее личной целительнице, закрыл портал и открыл новый. На берег то ли моря, то ли океана.

– Ух‑ты!!! – восторженно выдохнула мама, оценив красоту «картинки», метнулась к Наташе и помогла стянуть чехлы с гидроциклов. А я тем временем ускорил восприятие, «раздул» покров , перебрался в смежный мир, огляделся и махнул рукой. Вот дамы ко мне прицепы и перекатили.

Следующие минуты три‑четыре мы занимались делом: вбили в берег два стальных кола, прищелкнули к специальным кольцам карабины с тросиками от лебедок прицепов, снова завели движки последних и спустили гидроциклы на воду. А после того, как вернули «транспорт» на берег, я толкнул небольшую речь:

– Мелей, в которые можно впороться, тут нет. Крупных рыб и морских животных мы тоже не заметили. Но расслабляться не надо. Поэтому живем и в чувстве Воздуха, и в чувстве Воды, постоянно поглядываем по сторонам и держим покровы  на максимуме. И последнее: Пространством владеем только мы с Наташей. Так что катаемся на разных  гидроциклах. Чтобы, в случае чего, переместить вас в гараж. Вопросы?

– Вопросов нет! – отрапортовала матушка, шлепком по попе отправила ко мне целительницу и ушла в рывок . А после того, как возникла на сидении ближнего гидроцикла и заставила его покориться, вытребовала к себе мою напарницу.

Я поймал взгляд блондинки и предложил порулить, но она отрицательно помотала головой и рассмешила:

– Я хочу сойти с ума от скорости и буйства на грани умопомешательства, но сама такое катание не потяну!

– Наш человек! – довольно хохотнула моя родительница и потребовала, чтобы мы не тупили. Вот я ее примеру и последовал. Только перед тем, как переместиться на сидение гидроцикла, заставил воду «загустеть».

Наташа обозвала меня читером, а Аня не только удивила, но и заставила использовать заморозку  – переместившись на гидроцикл и сев за мной, как‑то уж очень смело обхватила меня за талию, вжалась в спину и проверещала на ухо, что готова ко всему на свете.

– Лови ее на слове! – ехидно посоветовала мама и сорвала свою игрушку «с места» так, что она встала на попа.

Следующие минут сорок буйствовали сравнительно недалеко от берега – закладывали сумасшедшие виражи, прыгали с создаваемых нами же волн и, конечно же, падали. Но привычка ускорять восприятие, навыки манипуляции стихиями и «раздутые» покровы  позволяли не бояться травм, а получаемое удовольствие все усиливало и усиливало кураж. Так что унялись только после того, как у матушки, Наташи и Ани «отказали» предплечья.

Ага, пассажирки тоже брали на себя управление. И периодически путали гидроциклы. Хотя нет, не так: гидроциклы периодически путали все дамы, включая мою матушку. А еще нещадно грызлись за право «подержаться» за руль, сбрасывали «конкуренток», страшно обижались на меня за помощь «не тем» и «не так», «мстили», используя магию, и, конечно же, хохотали. Причем как над своими, так и над чужими падениями или проделками. Поэтому сияли на зависть светилу этого мира и «фонили» воистину безграничным счастьем.

Прерывать веселье из‑за внезапной «немощи» не захотела ни одна: Аня, с моей помощью забравшаяся на гидроцикл после очередной уморительной попытки изобразить пушечное ядро, предложила сгонять к горизонту, а мама и Наташа, сражавшиеся за право… побездельничать, поддержали ее идею. Вот я и зашевелился. В смысле, открыл портальчик к «сетевой няне», посмотрел на экран телефонов, убедился в том, что ни меня, ни Наташу никто не дергал, и энергично взмахнул рукой.