– О, какие цыпочки!!! Чур, эта – моя?

Покров  продавился от удара темечком об потолок «стакана». Поэтому «слоеный» кулак  влетел в область печени, как к себе домой и сложил пополам охамевшую пьянь еще до того, как она рухнула на пол. Ну, а мои спутницы в мгновение ока «переехали» остальных – упаковали в коконы , хорошенечко встряхнули и дали почувствовать, что эти «упаковки» могут сжаться. А потом мама недобро усмехнулась и задала придуркам вопрос на засыпку:

– Кто‑нибудь еще считает нас цыпочками? Ну же, смелее: мы как раз не в духе…

– Н‑нет, ваше благородие! – промямлил самый сообразительный. – Мы… мы приносим глубочайшие извинения за то, что не успели вовремя заткнуть шапочного знакомого.

– Это меняет дело… – после недолгой паузы великодушно заявила она, посмотрела на хрипящее тело и добавила: – Будьте любезны передать этому недоумку, что он очень легко отделался: в следующий раз, когда он рискнет оскорбить кого‑нибудь из нас, представителей Усть‑Ангарской ветви рода Беклемишевых, я ударю сама. Насмерть.

Последнее слово должно было остаться за мной, поэтому я сделал шаг к этим кренделям и уставился в глаза тому, который был покрупнее:

– Вашего шапочного знакомого наказал я, боевой маг высшей категории Олег Леонидович Беклемишев. Так что если у него вдруг появится желание высказать мне какие‑нибудь претензии, то пусть приезжает к моему родовому поместью под Усть‑Ангарском и высказывает их лично. А теперь отойдите, пожалуйста, от кабинки – мы торопимся…

        25 ноября 996 г. от ВР.      

…Глаза открылись сами собой и отказались закрываться. Несмотря на открытые шторы, в спальне оказалось темно, но стоило прислушаться к диким завываниям ветра за тройными стеклопакетами, как стало ясно, что снаружи еще метет, и метет прилично.

Шевелиться было лениво, но проснувшееся любопытство вынудило посмотреть на часы и заставило мысленно схватиться за голову: я лично разрешил всем, включая себя, отсыпаться до восьми утра, а проснулся в шесть тридцать три!

Не знаю, что меня заставило уронить плюсик в канал Наташи, но уже через миг под ним появился ответ:

        «Доброе утро, мой господин! Я тоже уже не сплю. Если есть желание полениться в моей компании и, заодно, послушать самые‑разные новости, то загляните…»      

Слово «загляните» мгновенно пробудило фантазию и мотивировало начать шевелиться – я написал, что загляну минут через десять, подорвался с кровати и унесся приводить себя в порядок. А секунд за сорок до «времени Ч», как выразился бы мой батюшка, разложил диван, вырубил весь свет и открыл портал к лицу Красовской. Так как даже не представлял, во что она одета. В общем, «расширять» будущий переход между покоями пришлось вниз. Но с новым уровнем «дури» с этим делом проблем не возникло – «дырка» на удивление легко «раздвинулась» почти до двух метров, и Природница… пригласила меня к себе:

– Уют я уже навела и хочу провести всесторонние испытания большого экрана, купленного вами в «Ландыше», в вашей же компании. Кстати, никто, кроме вас, в мои покои не заходит. Так что вы меня не дискредитируете…

Я шагнул вперед после того, как отвис. Но картинка, отпечатавшаяся на сетчатке – Наташа в футболке в обтяжку и в коротеньких шортах – никуда не делась. А потом до меня дошло, что два знакомых пледа и уже включенная «глушилка», аккуратно лежащие на покрывале, недвусмысленно намекают на то, что лениться мы собираемся на Наташиной кровати, и фантазию, сразу же пошедшую вразнос, пришлось усмирять заморозкой  и ледяной минералкой, обнаружившейся на журнальном столике. Зато потом я «спокойно» улегся рядом с хозяйкой спальни, завалившейся на живот, и уставился на экран с открытым поисковиком.

– Новость первая, чисто информационная и требующаяся для понимания всех остальных… – начала она, как только я накинул на себя плед. – Согласно статистическим данным, приведенным в нескольких открытых источниках, перед обрушением корпуса «А» из него было эвакуировано тысяча четыреста девятнадцать человек, девятьсот сорок восемь из которых покинули здание, спустившись на разблокированных лифтах либо на первый этаж, либо в подземный гараж. А по уверениям пары‑тройки любителей сложных вычислений, не уничтожь мы «диких собак» и «сурков» настолько быстро, и продолжайся эвакуация только по воздуху, погибло бы не менее шестисот десяти человек.

– Вполне возможно… – буркнул я после того, как она включила видео, запечатлевшее перепуганную толпу, несущуюся по крыше к приземляющейся «Онеге».

Красовская кивнула в знак согласия с моим мнением и показала запись поинтереснее – нашу «встречу» с пачкой «псин», вырвавшихся из ресторана. А как только я посмотрел на себя со стороны, как‑то странно усмехнулась:

– Этот момент запечатлело и выложило в Сеть человек тридцать пять. Ракурсы и качество съемки – разные, но такое обилие материалов позволило нескольким тысячам наших сограждан создать ветки обсуждений, в которых народ ломает копья над одними и теми же вопросами: до какого же уровня раскачал энергетику Олег Леонидович Беклемишев, раз убивает иномирных зверей пятого класса опасности с одной‑единственной атаки, как напроситься к нему в ученики и… почему в его команде одни девушки.

– У‑у‑у… – застонал я, представив последствия такой известности, затем влез в папку на часах, в которую мой телефон автоматически пересылал все входящие сообщения, и схватился за голову.

– Что, уже завалили посланиями? – спросила Природница, догадавшись, что я проверяю, дождалась подтверждающего кивка и испортила настроение еще сильнее: – А ведь это – еще цветочки: если Ильины хоть кому‑нибудь сообщили, что сегодня вы можете появиться у них на новоселье, то гостей к ним прилетит… много.

Я уткнулся лбом в покрывало, несколько мгновений придумывал веские причины не лететь на это мероприятие, а потом решил посоветоваться с мамой и задал помощнице вопрос на засыпку:

– А хорошие или условно хорошие новости есть?

– Есть… – эхом повторила она. – Сегодня ночью рядом с двумя населенными пунктами нашей страны возникли порталы, выпускавшие кислотных слизней, и всех тварей до единой благополучно вынесли целители, получившие боевую коагуляцию  от государя. Кстати, во всех репортажах об этих чрезвычайных происшествиях название заклинания упоминается в связке со словом «безвозмездно» и фамилией «Белосельский».

Я пожал плечами:

– Политтехнологи Императора воспользовались возможностью поднять ему репутацию и укрепить вертикаль власти. И правильно сделали: Виктор Константинович делает для своих подданных очень и очень много, а бардак в сложившейся ситуации смертельно опасен…

В этот момент донесся отдаленный перестук, и я сначала подобрался, а затем расслабился, сообразив, что это зашевелились строители, вернувшиеся на объект. Поэтому покрутил в голове «условно хорошую новость», решил, что обсуждать ее дальше неинтересно, и полюбопытствовал у Наташи, как ей новый экран.

Она вывела на него картинку, показывавшую мир «единорогов», и усмехнулась:

– Перед тем, как лечь спать, я вывесила вот это изображение. А после того, как проснулась и спросонья наткнулась взглядом во‑он на ту рощицу, привычно потянулась к вам чувством Воздуха, не зацепила, испугалась, активировала ускорение , усилила покров , вскочила с кровати и обнаружила, что куда‑то пропала еще и вся одежда…

– Наташ, имей совесть: ты пробуждаешь очень уж буйное любопытство! – ляпнул я.

Природница ответила откровенностью на «откровенность»:

– Ваше любопытство приятно и согревает. Как ваш Огонь поверх моего покрова . Кроме того, добавляет толику удовольствия текущему мгновению, которым я теперь живу. Кстати, окажись я в подобной усадьбе до знакомства с вами, услышь жуткие завывания пурги и выгляни в окно, испугалась бы до полусмерти. А сейчас мне хорошо: я чувствую себя и дома в самом сакральном смысле этого понятия, и рядом с МОИМ господином. Поэтому‑то и делюсь тем, что на душе, не задумываясь…