– А подруга может сесть не на боковую полку, а рядом с другом?

Заморозка  легла, как родная, поэтому я спокойно переключился на предложенную волну:

– Подруге хочется хотя бы раз в сто лет прикасаться к его руке?

– Ага.

– Тогда почему «сесть», а не «лечь»? Верхняя полка тут широченная.

– Ваше великодушие не знает границ! – благодарно улыбнулась она, в темпе отжала оба полотенца – видимо, чтобы я не передумал – расстелила и легла к самой стене. А после того, как я устроился на своей половине, «нагло» коснулась тыльной стороны моей ладони и еле слышно вздохнула: – Чувствую себя полной дурой. Но мне действительно стало легче. Поэтому буду дуреть дальше…

Я накрыл ее ладонь своей, переплел наши пальцы, задавил невовремя проснувшуюся фантазию и вздохнул:

– Наташ, закрой, пожалуйста, глаза, и вдумайся в фразу «Мы выжили». Вариант, в котором акцент ставится на глагол, безусловно, радует. Но, на мой взгляд, второй, с акцентом на местоимении, важнее: выжили МЫ. Благодаря тому, что действовали бок о бок, командой. Теперь почувствуй мою ладонь и растворись в четырех мыслях: «Он – рядом. Ведь мы остаемся командой даже в парилке. НАША команда может ВСЕ. А значит, бояться чего бы то ни было просто смешно…»

…Отпустило Наташу во время второго захода в парилку. А после того, как мы попрыгали в бассейн, донырнули до противоположного бортика, заплыли на подводную полку и врубили гидромассаж, переключило в режим мечтателя. К этому моменту мои советы успели переформатировать сознание, поэтому женщина уверенно «нащупала» мою руку чувствами Воды и Воздуха, накрыла своей, сжала и поделилась интересными мыслями:

– Я думаю о будущем. Но не о «несостоявшемся», а о том, которое мы рано или поздно создадим. В нем тут, в усадьбе, проводятся приемы и балы, на месте ловушки и стрелкового полигона разбит красивый парк, а в гостевых домиках останавливаются ваши уважаемые  родственники, друзья и деловые партнеры. При этом иномирное зверье уничтожается не в одном, а в четырех Фортах. И магами, которых в разы больше. А живут они – само собой, вместе с семьями – рядом с Восточным: там построен большой коттеджный поселок со спорткомплексом, огромным бассейном, новым стрелковым полигоном, подземными гаражами и всем тем, что необходимо для комфортной жизни сотням боевых магов высшей категории…

– Красиво… – выдохнул я, представив себе описанную картину. Потом включил голову и задумчиво пробормотал: – И, пожалуй, правильно: усадьба должна являться средоточием комфорта и впечатлять гостей непоколебимой уверенностью рода в завтрашнем дне, а все остальное, начиная со шлифовки наших магических наработок и заканчивая вечерними посиделками в уютных беседках, должно происходить вдали от любопытных глаз. Кстати, ты права и в том, что планировать такое будущее надо уже сейчас. Чтобы построить тот же большой бассейн не где попало, а рядом с будущим коттеджным поселком. Что ж, озадачу матушку: это дело – в ее вкусе и достаточно масштабное, чтобы отвлекать от… прошлого. Спасибо за идею, Наташ: я в восторге.

Тут она отожгла по полной программе:

– А можно получить поощрение не премией, а моим самым любимым сочетанием стихий? Мне хочется окончательно разомлеть…

«Поощрил». Ее – Огнем и Жизнью, а себя – заморозкой . А то близость… хм… разомлевшей напарницы очень уж сильно ударила в голову. Впрочем, удержать фантазию в узде и задвинуть куда подальше помогло не столько это заклинание, сколько спасительный звонок генерал‑лейтенанта Товстоногова.

Кстати, общаться с ним под шум гидромассажа я был не готов, поэтому выскользнул из воды, «приморозил к месту» встрепенувшуюся, было, Наташу объяснением из пары фраз и приложил ее еще одним «поощрением». Чтобы компенсировать мое отсутствие. Вызов принял, выйдя из рывка  возле самого дальнего лежака, поздоровался, представился, выслушал аналогичный «набор фраз» и заявил, что весь внимание.

Начальник главного ракетно‑артиллерийского управления Империи не стал тянуть кота за причинное место – вместо того, чтобы задавать вопросы, на которые я мог сходу и не ответить, он заявил, что вот‑вот отправит к нам подчиненного, который «привяжется» к местности и предложит несколько вариантов размещения «Кедров», радиолокационных станций обнаружения и сопровождения целей, агрегатных отсеков и всей остальной инфраструктуры.

– Как он будет добираться? – спросил я, прекрасно зная, что в наше время мотаться по дорогам края в одиночку, мягко выражаясь, небезопасно.

– Его подберут люди Григория Денисовича… – не задумываясь, ответил генерал, и мне полегчало:

– Что ж, тогда я просто жду звонка…

Товстоногов счел свою миссию законченной, пожелал мне хорошего дня и отключился. Так что я ушел в обратный рывок , вернул телефон на свой лежак, выпрямился, залюбовался точеной фигуркой напарницы и мысленно выругался, услышав очередную трель. Но стоило посмотреть на экран, как злость уступила место тревоге: командир смены, отдыхавшей в Белоярске, не стал бы беспокоить меня без особо веской причины. Тем более, всего через несколько часов после попытки моего убийства.

В общем, я снова вцепился в трубку, принял вызов и спросил у Максима Алексеевича, что случилось.

Он тоже обошелся без лишних слов:

– Олег Леонидович, у нас ЧП: после того, как нам сообщили, что вы уничтожили «Репейник», мы решили не ложиться. И отвезли детей в аквапарк «Солнечный». Мелочь отправили резвиться под присмотром Лешки Колосова и Игната Спицына, а сами обосновались в кафе на первом этаже, из которого было видно центральный вход. Группы мужчин через него не заходили. Тем не менее, группа из восьми магов тридцать шестого‑сорок четвертого уровней каким‑то образом прошла в зону отдыха и попыталась похитить наших детей.

– И…? – с хрустом сжав кулаки, выдохнул я, краем глаза заметил, как Наташа вскакивает на ноги в облаке брызг, отрешенно отметил, что она, судя по всему, «держала» меня чувством Воздуха, поэтому мгновенно среагировала на «неправильный» жест, и расплылся в безумной улыбке, услышав ответ:

– Лешка с Игнатом положили всех. Да так, что Инна с Юлей не смогли откачать ни одного человека. В общем, допрашивать теперь некого…

27‑ноября 996 г. от ВР.

…Я позвонил Голицыну уже из «Икара», извинился за то, что опять разбудил, и перешел к делу:

– У меня очередное ЧП: группа из восьми магов пыталась похитить детей моих людей из аквапарка «Солнышко». Операция сорвалась – двое парней моего возраста, приглядывавшие за мелочью, положили похитителей на месте. К сожалению, наглухо. Поэтому реанимировать и допросить не получилось. У моих людей проблем не будет – я созвонился с подполковником Ермолаевым, и он, вникнув в ситуацию, пообещал лично прибыть на место происшествия. Я тоже вылетел в Белоярск и буду там через полчаса. А вас беспокою, скажем так, по смежному поводу: по словам командира отдыхающей смены, покровы  похитителей ощущались на тридцать шестой‑сорок четвертый уровни. Магов четвертого ранга в европейской части Империи еще не так много. Поэтому я почти уверен, что эта шайка‑лейка – местная. Вот и хочу узнать, чем сегодня утром занимался наследник главы рода Смирновых, перемещался ли в такую рань его телефон, звонили ли на него или, к примеру, начальнику СБ какие‑нибудь личности не из постоянного круга общения и так далее. И еще: если окажется, что похищение заказал этот недоумок, то я хочу отомстить САМ. То есть, официально объявить Смирновым межродовую войну и на их примере продемонстрировать всем остальным охамевшим Вершителям Чужих Судеб, чем чреваты конфликты с родом боевых магов высшей категории.

– Задачу понял. Вашу версию проверю. Если она подтвердится, помогу добиться разрешения на объявление межродовой войны… – как‑то уж очень покладисто заявил Анатолий Игоревич и вздохнул: – Кстати, с последним могут возникнуть проблемы: Император в бешенстве из‑за попытки вашего убийства, взял расследование под личный контроль и выслушивает доклады каждые полчаса. Поэтому очередная демонстрация неуважения окончательно выведет его из себя. Тем не менее, я сделаю все, что в моих силах. Так как понимаю ваши резоны. В общем, ждите звонка…