– Криптик, твой выход! Покажи им, на что ты способен! – скомандовал я, чувствуя, как на моей спине активно шевелится пушистый напарник.

Маленький зверёк издал тонкий, но удивительно воинственный писк. В воздухе вокруг нас так сильно заискрило, что у меня на затылке буквально зашевелились волосы от статического электричества. Криптик был маленьким, но его природная способность поглощать любую энергию была просто незаменима в таком плотном бою.

Имперские дроиды открыли шквальный огонь. Сотни плазменных разрядов летели прямо в меня, прожигая сам воздух. Но Криптик своё дело знал на отлично. Он создал вокруг нас мощное поле поглощения. Вся энергия первых залпов не долетала до моей брони, она впитывалась в зверька, словно в губку. Криптик начал раздуваться прямо на глазах, становясь похожим на гудящую и очень сердитую шаровую молнию.

Я физически чувствовал, как энергия переполняет его маленькое тельце. Зверёк начал мелко дрожать, и я понял – пора действовать.

– Сейчас бабахнет… – тихо прошептал я, крепче сжимая рукоять устройства.

Я вытащил Нулевой Резонатор. Артефакт, больше похожий на странную геометрическую фигуру из гладкого чёрного камня. Мы с Кирой потратили кучу бессонных ночей, настраивая этот древний артефакт под уникальные способности Криптика. Теперь пришёл тот самый момент проверить, не зря ли мы так сильно рисковали на Хроносе.

Я поднял Резонатор высоко над головой, чтобы его видели все. Зверёк на моей спине выдал оглушительный писк и передал всю накопленную энергию прямиком в устройство. Артефакт мгновенно вспыхнул белым светом. На мгновение мне даже показалось, что я держу в своих руках настоящее маленькое солнце.

– Подавитесь, уроды! – выкрикнул я и нажал на главный активатор.

Резонатор выдал мощнейшую анти‑резонансную волну. Весь воздух вокруг задрожал, словно от сильного летнего жара. На секунду все звуки полностью исчезли, наступила абсолютная тишина.

А потом началось разрушение. Генераторы планетарного щита «Пантеона», которые должны были защищать крепость от любых внешних атак, не выключились. Они сдетонировали один за другим. Огромные башни‑излучатели, стоявшие по всему периметру, превратились в гигантские огненные факелы. Чёрные грибы дыма поднялись в небо, а земля под моими ногами содрогнулась так сильно, что я едва устоял. Даже массивный мех Моржа ощутимо пошатнулся.

– Вот это я понимаю – фейерверк! – проорал Морж, не переставая стрелять. – Командир, ты просто волшебник!

На орбите тоже началось какое‑то паническое шевеление. Через тактический интерфейс связи я видел, как имперский флот в спешке меняет своё построение. Они явно не ожидали, что мы сможем выбить их главный щит всего за несколько минут.

– Командир, щиты полностью упали! – снова проорал Морж. – Дорога в этот гадюшник теперь открыта! Вперёд, за Ани! Пока они не пригнали подкрепление!

Я посмотрел на огромные стальные ворота «Пантеона». Теперь они были лишены своей невидимой энергетической защиты и выглядели просто как куски металла. Тяжёлые створки казались внушительными, но для моей новой руки‑симбионта они были лишь временной преградой, которую нужно устранить.

Я быстро тряхнул головой, стараясь отогнать звон в ушах. Из руки, повинуясь мысли, вырос массивный чёрный клинок. Его лезвие слегка вибрировало, оно было готово разрезать абсолютно любой металл. С моего плеча осторожно соскользнул Криптик. Зверёк выглядел довольно забавно: он явно переел чистой энергии, его лапы разъезжались в разные стороны на скользкой земле, а из приоткрытой пасти вырывались мелкие фиолетовые искорки. Он смешно икал молниями, но выглядел при этом крайне довольным собой и проделанной работой.

– Не отставай, малец, ты сегодня герой, – сказал я ему, а затем посмотрел на Моржа. – Держись рядом и прикрывай мне спину. Если увидишь что‑то подозрительное, стреляй без всякого предупреждения. Нам нельзя терять ни секунды.

– Обижаешь, босс! Я уже зарядил всё, что только можно! – хохотнул наёмник, разворачивая свои тяжёлые пушки в сторону главного входа. – Пусть только высунутся!

Вокруг нас закипала настоящая кровавая мясорубка. Имперская пехота в панике пыталась перегруппироваться и организовать хоть какую‑то оборону, но у них не было ни единого шанса против нашего яростного напора. Я прекрасно понимал, что это только начало. Внутри крепости нас наверняка ждали хитрые ловушки, автоматические турели и, возможно, сама безумная Валериус со своими элитными гвардейцами.

Но никакого страха внутри меня больше не было. Была только одна холодная и твёрдая уверенность в том, что сегодня этот проклятый замок обязательно рухнет.

– В этой вселенной вежливость явно не в почёте, поэтому мы зайдём без стука.

«Если бы я только знала, что спасение этой проклятой галактики подразумевает ползание по грязным трубам в компании самого депрессивного пирата на свете, я бы точно осталась собирать металлолом на своей свалке», – раздражённо подумала Кира, с трудом протискиваясь сквозь узкую вентиляционную шахту.

Девушка ползла первой. В самом чреве гигантской тюрьмы «Пантеон» было темно, невыносимо душно и отвратительно пахло жжёной изоляцией. Кира ловко перебирала локтями и коленями. Она была привычна к таким суровым условиям ещё со времён своей тяжёлой жизни в трущобах Сектора 7. Но вот тому, кто полз позади неё, приходилось по‑настоящему туго.

Каэлен, закованный в свой тяжёлый и глухой чёрный кибердоспех, занимал почти всё свободное пространство тесной шахты. Металл его массивной брони со скрежетом тёрся о металлические стенки. Каждое неловкое движение пирата отдавалось гулким, пугающим эхом в бесконечном туннеле.

– Каэлен, ты можешь ползти хоть немного тише? – яростно прошипела Кира, остановившись и достав из кармана свой датапад. – Ты сейчас шумишь так, словно стадо пьяных грокосов решило устроить танцы на металлобазе!

– Я очень стараюсь, Маечка, – глухо и тяжело ответил тот. – Но этот боевой доспех совершенно не создавался для игры в прятки по грязным трубам.

Кира только тяжело вздохнула, закатила глаза и быстро застучала пальцами по яркому сенсорному экрану. Прямо под ними, судя по красным точкам датчиков, неспешно проходил патруль из тяжёлых бронированных дроидов Империи. Девушке приходилось буквально на лету взламывать сложные аудио‑сенсоры тюрьмы, транслируя в охранную систему белый шум, чтобы хоть как‑то перекрыть громкий лязг брони пирата. Её пальцы порхали по стеклу, создавая локальные петли безопасности. Но именно благодаря коду, что они добыли, сражаясь с жуткими клонами Волкова, теперь эта задача стала в разы проще. Кире достаточно было просто вводить «послания» имперским системам, подключившись к ним напрямую, лишь пряча остаточный след, чтобы никто не смог отследить, где они с Каэленом находятся в тот или иной момент.

– Замри и не дыши, – жёстко скомандовала она.

Они мгновенно замерли. Внизу послышался тяжёлый, ритмичный металлический топот железных ног. Прошло долгих, мучительных три минуты, прежде чем шаги охраны окончательно стихли где‑то вдали коридора.

Кира облегчённо выдохнула и стёрла липкий пот со лба. В узкой шахте было жарко, как в настоящей духовке.

– Пронесло, – тихо сказала она, убирая датапад. – Можем передохнуть пару минут. Дальше по схеме будет очень сложный участок.

Каэлен тяжело дышал. Замкнутое пространство сильно давило на него, но дело было далеко не только в банальной клаустрофобии. В этой кромешной темноте, находясь наедине с Кирой, он почему‑то чувствовал себя более уязвимым и беззащитным, чем под дулами десятков имперских бластеров.

– Знаешь, – вдруг неожиданно произнёс он, и его голос заметно дрогнул. – А ведь когда‑то мы с Рианом больше всего на свете мечтали именно об этом. О настоящих, больших приключениях.

Кира замерла на месте. Она не видела его лица из‑за чёрного непроницаемого визора, но буквально кожей чувствовала, как сильно напрягся раскалённый воздух между ними. Риан. Имя трагически погибшего брата Каэлена всегда висело между ними невидимой стеной.