– Помни, Влад, – его голос звучал теперь отовсюду, как шелест ветра в руинах. – Если твоя рука дрогнет… я перехвачу управление.

– Не дрогнет, – пообещал я.

– Тогда… командуй.

Чёрный вихрь рванул ко мне. Он ударил в грудь, впитался в кожу, просочился в вены.

Это было больно. Но это была не разрушающая боль. Это было ощущение, словно в мои вены залили жидкий азот и расплавленный свинец одновременно. Я чувствовал, как меняется структура моих мыслей.

Страх исчез. Сомнения умолкли.

Мир вокруг схлопнулся. Чёрные колонны, пепельное небо, разбитый трон – всё это закрутилось в воронку и втянулось в меня.

Тишина. Да, снова она. Кто бы мог подумать, что я буду ей рад.

Это первое, что я осознал. Абсолютная, звенящая тишина внутри черепной коробки. Больше не было шёпота, не было ядовитых комментариев, не было ощущения чужого ледяного дыхания в затылок.

Но я не чувствовал себя одиноким. Наоборот. Я чувствовал себя… целым.

Открыл глаза.

Пещера изменилась. Или изменился я? Кристаллы больше не казались хаотичным нагромождением камней. Теперь я видел структуру их решётки, чувствовал, как преломляется свет, ощущал вибрацию каждого атома в воздухе. Мир стал чётче, резче, словно кто‑то протёр запотевшее стекло и выкрутил контрастность на максимум.

Я медленно поднялся с колен. Тело не болело. Усталость, терзавшая меня последние несколько суток, исчезла, сменившись гулом скрытой энергии.

Я посмотрел на свою левую руку.

Она была спокойна. Чёрная, матовая кожа, похожая на перчатку, больше не пульсировала и не пыталась превратиться в лезвие. Она просто была частью меня.

– Двое вошли в лабиринт, – проскрежетал голос Старца.

Я повернул голову. Зул стоял у края площадки, опираясь на свой посох. Его слепые глаза, затянутые бельмами, смотрели прямо на меня. Нет, сквозь меня.

– А вышел один? – спросил я. Мой голос изменился. Он стал ниже, спокойнее. В нём исчезли нотки вечного сомнения, которые так бесили Вазара.

– Вышел не один, – покачал головой Старец. Уголки его сухих губ дрогнули в подобии улыбки. – Вышел сплав. Сталь и плоть. Лёд и пламя. Ты пахнешь иначе, Влад Волков. Ты больше не пахнешь страхом. Теперь от тебя пахнет… неизбежностью.

– Мы договорились, – просто ответил я, сжимая и разжимая левый кулак. – Он больше не пассажир. Он – второй пилот.

– Второй пилот, говоришь? – хмыкнул Зул. – Смотри, чтобы он не перехватил штурвал, когда ты уснёшь.

Внезапно пол под ногами содрогнулся. Кристаллы жалобно зазвенели, и с потолка посыпалась каменная крошка. Где‑то в глубине, в той самой бездне, куда мы спускались, раздался глухой, утробный рокот.

– Влад! – голос Лиандры в наушнике буквально взорвался паникой. – Ты меня слышишь? Твои показатели… они зашкаливают! У тебя пульс сорок ударов в минуту, но активность мозга такая, будто ты решаешь уравнения навигации для всего флота одновременно!

– Я в порядке, Док, – ответил я. – Спокоен как удав. Что у вас?

– У нас тут ад! – вмешалась Ани. – Сейсмическая активность растёт по экспоненте. Твой ментальный «фокус» разбудил вулкан. Лава поднимается. Нам нужно уходить, сейчас же! Пещера схлопнется через пять минут!

Я кивнул сам себе. Информация обрабатывалась мгновенно. Сейсмические волны, геометрия пещеры, скорость подъёма магмы… Я знал, что у нас есть не пять минут, а четыре минуты и тридцать две секунды до того, как выход завалит.

– Уходим, – бросил я Старцу.

Зул не двигался. Он стоял, подняв голову к своду пещеры, словно прислушиваясь к чему‑то, чего я пока не слышал.

– Спешка – удел тех, кто боится смерти, – прошелестел он. – А тебе стоит бояться не камней, а глаз.

– О чём ты?

И тут я услышал это.

Звук был тихим, на грани слышимости. Высокочастотное жужжание, от которого заныли зубы.

Идентификация: Разведывательный зонд класса «Око». Модификация «Аргус‑7». Принадлежность: Имперский флот, 4‑я карательная эскадра.

Информация всплыла в моём сознании сама собой, чёткими зелёными строчками на внутренней стороне век. Это были не мои знания. Это была память Вазара. Я даже знал, где у этой штуки уязвимое место – под основным сенсорным модулем.

– Дрон, – выдохнул я, вскидывая голову.

Из расщелины в потолке, откуда пробивался слабый свет, медленно опускался металлический шар. Он был чёрным, гладким, размером с баскетбольный мяч. Вокруг него дрожало антигравитационное поле.

На его «лице» загорелся красный огонёк сканера.

– Замри, – скомандовал я в рацию, хотя девушки меня не видели. – Ани, Лиандра, не высовывайтесь. Нас нашли.

– Кто? – шёпотом спросила Ани.

– «Око» Валериус. Если оно нас засечёт и передаст сигнал, сюда через десять минут прыгнет крейсер и превратит этот квадрат в стеклянную парковку.

Дрон завис в центре зала. Красный луч сканера начал бегать по кристаллам, по полу, приближаясь к нам.

Я потянулся к поясу за бластером, но тут же остановил руку. Движение вызовет реакцию. Щиты дрона выдержат выстрел из ручного оружия, а сигнал тревоги уйдёт мгновенно.

Мне нужно было действовать быстрее, чем он «моргнёт». Но я стоял на открытом месте.

– Твоя тень слишком длинная, чтобы прятаться, – спокойно сказал Старец.

Он сделал шаг вперёд, выходя прямо под луч сканера.

– Стой! – шикнул я. – Он тебя увидит!

– Он ищет тебя, человек с двумя душами. А найдёт… только старого безумца.

Дрон сфокусировался на Зуле. Красный глаз мигнул, сканируя биологическую сигнатуру.

Цель не идентифицирована. Угроза: минимальная. Аборигенная форма жизни,  – подсказал внутренний голос.

Старец поднял свой посох. Кристалл на его вершине начал наливаться фиолетовым светом, но не мягким, как раньше, а яростным, пульсирующим.

– Уходи, Влад, – произнёс он, не оборачиваясь. – У тебя есть путь. У меня есть долг.

– Какой к чёрту долг? – я сделал шаг к нему. – Я могу сбить его! Дай мне секунду!

– Если ты выстрелишь, они узнают, что ты здесь. Энергетический след твоего оружия уникален. Вазар оставил на нём свой отпечаток. – Зул ударил посохом о камень. – Плата за силу – ответственность. А плата за твою жизнь сегодня – моя смерть.

– Я не просил тебя умирать! – во мне вскипела старая, человеческая часть, которая ненавидела потери.

– А я не спрашиваю твоего разрешения! – голос Старца грянул как гром, перекрывая гул вулкана. – Беги, глупец! Лава не станет ждать, пока ты закончишь спорить!

Пещеру тряхнуло так, что я едва устоял на ногах. Из трещины в полу, в пяти метрах от меня, вырвался фонтан огня и пара.

Старец начал петь.

Это была не песня, а набор звуков, от которых вибрировали кости. Резонанс. Он входил в резонанс с самой планетой.

Дрон, почуяв всплеск энергии, развернулся к Старцу и начал трансформацию в боевой режим. Из его боков выдвинулись миниатюрные плазменные турели.

– Ignis Natura Renovatur Integra (Огнём природа обновляется вся)! – взревел Зул.

Он поднял посох над головой, и в этот момент кристалл взорвался ослепительной вспышкой. Свод пещеры треснул. Но оттуда посыпались не камни. Оттуда ударила молния. Настоящая, ветвистая, фиолетовая молния, порождённая статическим напряжением вулкана и волей одного старого инопланетянина.

Удар пришёлся не в дрон. Удар пришёлся в озеро магмы под нами.

– БЕГИ! – ментальный крик Старца ударил меня.

Я понял, что он делает. Он вызывает извержение. Катастрофу, которая скроет все следы.

Прагматизм Вазара взял верх над эмоциями Влада. Расчёт был верен. Шанс на выживание при побеге – восемьдесят процентов. Шанс спасти Старца и не выдать себя равен нулю.

Я развернулся и побежал.

За моей спиной разверзся ад.

Грохот стал невыносимым. Я бежал к узкому лазу, ведущему на поверхность, перепрыгивая через трещины, которые расходились под ногами.