Даже доктор Лиандра, которая всегда молча наблюдала за всем со стороны, подала голос. Он был холодным и точным, как её медицинские инструменты.

— Владислав, ваш план лишён всякой логики. Вероятность успеха близка к нулю. Риск не оправдан. Это гарантированно приведёт к потерям.

Но я уже всё решил. Что-то внутри меня, какая-то неведомая сила, говорила, что так надо. Я посмотрел на их испуганные лица. Они беспокоились за меня. И это придавало мне ещё больше решимости.

— Я не прошу вас помогать, — мой голос звучал ровно, не допуская возражений. — Я пойду один. Просто подождите здесь. Если через час не вернусь — улетайте. Это мой бой.

Больше я ничего не сказал. Просто развернулся и пошёл к выходу с мостика. За спиной осталась моя ошеломлённая команда. Я слышал, как они растерянно переглядывались, а потом, как по команде, бросились за мной.

Они догнали меня уже в грузовом отсеке. Я не обращал внимания на их крики и уговоры. Мои ноги несли меня к одному из неприметных контейнеров. Пальцы сами набрали код на замке. Откуда я его знаю? Очередной сюрприз от моего прошлого. Крышка с тихим шипением отъехала в сторону.

Все замерли. Внутри, на чёрном мягком ложе, лежал доспех. Не громоздкий военный скафандр, а что-то лёгкое, подвижное. Матово-чёрные пластины, провода, сервоприводы в суставах.

Мои руки двигались сами. Щелчок, ещё один. Доспех садился на меня как влитой, словно я родился в нём. Каждая застёжка, каждый кабель были на своих местах. Я не думал, я просто делал. А в голове билась только одна мысль: что же я за человек такой?

— Влад, остановись! — кричала Кира, но её голос тонул в шипении гидравлики.

Капитан просто стоял, скрестив руки на груди, и молча смотрел на меня. В его взгляде я видел и злость, и страх, и какое-то странное, мрачное уважение.

Проверка систем. На перчатке загорелся зелёный огонёк. Я поднял с пола шлем, на секунду замер, а потом надел его. Мир изменился, лицо скрылось за тёмным стеклом.

Я не обернулся. Не стал прощаться. Просто пошёл к грузовому трапу, который уже начал опускаться, впуская внутрь пыльный, пахнущий тревогой воздух этой планеты.

— Закройте за мной, — мой голос из динамиков шлема прозвучал глухо и чуждо.

Я шагнул на трап и скрылся в пыльном сумраке порта. Тяжёлая рампа с грохотом поползла вверх, отрезая меня от корабля, от моей единственной семьи. Теперь я был один.

Трап с тяжёлым стуком опустился на пыльную посадочную площадку, и я сделал свой первый шаг в ночь Скальдии. Воздух здесь был сухой, с отчётливым привкусом озона, оставшегося после работы наших двигателей. Внутри шлема мир выглядел совсем по-другому: всё вокруг было подсвечено зелёными линиями интерфейса, а звуки доносились глухо, словно из-под воды. Каждый мой шаг сопровождался мощным, но тихим шипением сервоприводов. Я чувствовал себя не человеком, а какой-то машиной, которую достали из ящика, чтобы выполнить одну-единственную задачу.

Я направлялся к бару. Тому самому, где несколько дней назад всё и началось. Я не пытался скрываться или идти незаметно. Наоборот, я шагал прямо по центру освещённой площадки, и мои тяжёлые шаги гулко разносились в ночной тишине. Несколько портовых рабочих, что курили у штабеля контейнеров, замерли и проводили меня удивлёнными взглядами. Наверное, для них я выглядел как призрак в чёрной броне, который просто появился из ниоткуда.

Двери бара выглядели такими же потрёпанными, как и в моих воспоминаниях. Я не стал тратить время, чтобы их открывать. Я просто толкнул их плечом. Старое дерево жалобно затрещало, и я оказался внутри.

Музыка, которая до этого играла в баре, резко оборвалась, словно кто-то просто выдернул шнур из розетки. Все разговоры мгновенно стихли. Десятки пар глаз уставились на меня. За самым большим столом в центре зала сидела та самая компания. «Ржавые Стервятники». Увидев меня, они на секунду замерли, а потом их лица исказились от ярости. Самый здоровый из них, тот, которого я тогда уложил первым, издал рёв, похожий на рык раненого зверя. Он опрокинул стол и бросился прямо на меня.

Остальные ринулись за ним.

Но это была уже совсем другая драка. В прошлый раз я был просто человеком в обычной одежде. Сейчас я был чем-то иным.

Первый громила замахнулся, чтобы ударить меня кулаком, который был размером с мою голову. Я даже не подумал уворачиваться. Моя рука сама дёрнулась вверх. Его удар пришёлся точно в бронированную перчатку. Раздался глухой, мокрый хруст, который я услышал даже через динамики шлема. Контрабандист дико взвыл от боли, глядя на свои сломанные пальцы. Я не дал ему времени прийти в себя. Короткое, почти незаметное движение — и мой палец ткнул его в какую-то точку под рёбрами. Громила захрипел, его глаза закатились, и он просто мешком рухнул на пол. Откуда я это знаю?

Второй попытался напасть сбоку, размахивая тяжёлой металлической кружкой. Я развернулся на месте так быстро, как не смог бы ни один обычный человек. Мои движения были быстрее, чем он мог среагировать. Я легко перехватил его руку и слегка надавил на сустав. Кружка с громким лязгом упала на пол. Ещё один точный удар по нервному узлу на шее — и он тоже обмяк, медленно сползая по стене.

Всё это происходило в почти полной тишине. Было слышно только шипение гидравлики моего доспеха и хрипы тех, кто уже лежал на полу. Я не избивал их. Я их просто «выключал». Быстро, чисто, без единого лишнего движения. Третий, увидев, что происходит с его дружками, попытался выхватить бластер, но я уже был рядом. Моя рука сомкнулась на его запястье с силой настоящих тисков. Он взвизгнул, и оружие выпало из его ослабевших пальцев. Ещё один болевой захват — и вот он тоже корчится на полу.

Когда последний из них был обездвижен, я выпрямился и оглядел затихший бар. Все посетители вжались в свои кресла и, кажется, даже боялись дышать.

И в этот самый момент в дверях появился ещё один человек.

Он был высоким и жилистым, одетым в длинный кожаный плащ. Его лицо пересекал уродливый шрам, а на месте правого глаза горел красным огоньком кибернетический имплант. Он не выглядел испуганным. Совсем наоборот, он смотрел на меня с холодным, оценивающим любопытством.

— Впечатляет, — сказал он. Голос у него был спокойный, с лёгкой хрипотцой. — Очень чисто работаешь.

Он медленно вошёл в бар, спокойно перешагивая через тела своих подчинённых, и остановился в нескольких метрах от меня.

Я поднял руки и с тихим щелчком снял шлем. Воздух бара тут же ударил в лицо запахом пота, страха и дешёвого алкоголя.

— Ваши люди начали первыми, — сказал я, глядя ему прямо в его единственный живой глаз. — Я предлагаю считать этот инцидент исчерпанным. Мы улетаем и больше сюда не возвращаемся.

Главарь «Стервятников» молчал несколько секунд. Его кибернетический глаз сканировал меня с головы до ног. Затем его губы скривились в подобии ехидной ухмылки.

— Ты прав, — медленно кивнул он. — Мои парни — идиоты. Полезли на того, кто им не по зубам. Я ценю, что ты пришёл сюда один, чтобы поговорить как мужчина, а не стал прятаться за пушками своего корабля.

Он всё время держал руки за спиной, и эта деталь мне совсем не нравилась.

— Инцидент исчерпан, — повторил он мои слова, и от того, как он это сказал, у меня по спине пробежал неприятный холодок. — Можете улетать. Мы вас не тронем.

Я смотрел в единственный живой глаз главаря «Стервятников», и что-то внутри меня кричало, что это ловушка. Его слова были правильными, но улыбка — фальшивой. Она не доставала до глаз, а в глубине его зрачка плясал холодный, хищный огонёк. Он наслаждался моментом, играл со мной, как кошка с мышью, прежде чем нанести последний удар. Я напрягся, готовясь к атаке, но не знал, откуда она последует.

И в этот момент, когда главарь произносил свои последние, пропитанные ядом слова, за его спиной из полумрака бара бесшумно, словно призрак, выросла тень.

Это была Лиандра.