— Девочки, выходите, — предложил глухой и насмешливый голос Крокодилия. — А то хуже будет.

— Мы сдадимся, если вы отпустите детей, — твёрдо заявила Асира.

Я возмутилась:

— Вот ещё! Забирайте детей, я жить хочу!

— Ничего нет! — захныкала Пася, всплёскивая руками.

— Наверное, в дымоходе, — страшным шёпотом предположил Хойр.

Подпрыгнул и втиснулся в трубу. Мы с Асирой переглянулись и правильно друг друга поняли. Даже удивительно, насколько выразительными могут быть взгляды! Орчиха кивнула.

— Я вам вышвырну наружу Аглаю, — предложила она громко, — а вы отпустите нас с детьми. Предупреждаю: попробуете взломать дверь, мы будем отстреливаться.

— Давайте лучше я вам выдам Асиру! Вы сможете шантажировать императора жизнью его офицера и требовать вертолёт!

— Ах ты гадина! Тварь! Эгоистка! — завопила та.

— Ну и что! — заорала я в ответ. — Открой дверь немедленно и проваливай! Я — жена дракона! Знаете, что с вами сделают Тририхи, если с меня хоть волос упадёт⁈

И, сменив тональность и громкость:

— Ну что там?

— Бу-бу-бу! — отозвалось из камина.

— Он застрял, — перевела Пася.

Час от часу не легче!

— В задницу Тририхов! — понятливо проревела Асира и изобразила звуки борьбы.

Я затянула бинт, поднялась. Голова кружилась. Вот только не хватало ещё, чтобы меня вырвало прямо тут! Хойр бился, пытаясь выпасть обратно. Я подошла, кивнула Пасе:

— Ты за левую ногу, я за правую. Давай! Три-четыре!

Кое-как перехватив брыкающую ногу запаниковавшего Хойра, мы разом рванули мальчика вниз.

— Перестань меня душить, тварь высокородная! — захрипела Асира и попой пару раз для убедительности саданула по дверям. — Ах ты… ах ты! Да я тебя своими руками выкину!

— Не получится! — всхлипнула Пася.

— Всё у нас получится! — прошипела я. — Давай. Не паникуем. Слышишь? У нас всё хорошо. Мы вместе, а это — самое главное. Ну? Соберись, девочка! Твоя судьба в твоих руках, запомни это раз и навсегда. Ни один метаморф не поможет, если ты не поможешь себе.

Она шмыгнула носом, вытерла слёзы с глаз.

— Ну что, готова?

Пася решительно кивнула и снова схватилась за коленку Хойра.

— Три-четыре! — скомандовала я.

Мы рванули и…

Падая, Хойр инстинктивно вцепился в кирпичи и сорвал толстую холстину со стены очага. Все эти камни, сажа, трещинки и… всё это оказалось нарисованным!

— Ой! — он сел на колени, сморщил лицо, схватился за ушибленный локоть…

Я подскочила к своей сумке, вытащила из неё налобный фонарик, надела на Хойра, а простой фонарик вручила Пасе. За холстом оказалась дверь. Металлическая, как в сейфе, только размером с эльфоорчёнка. Кое-кто точно мог бы сломать о неё деревянный нос. Я надавила на дверь обеими руками, и та внезапно с мягким, тихим щелчком открылась.

Внутри была тьма, но когда на неё попал свет фонаря, оказалось, что это что-то вроде капсулы в камне, откуда вниз вела очень крутая и узкая винтовая лестница.

— Вперёд! — зашипела я.

А вслух заорала:

— Ну всё, жирдяйка! Ты меня достала! Сейчас увидишь меня в гневе!

— Эй, девочки, не поубивайте там друг друга, — захихикали в коридоре. — Вы нам обе нужны.

— Визжи от страха, — шёпотом велела я Асире.

Та сделала большие удивлённые глаза. Но объяснять времени не было: Хойр уже спускался. Умница Асира тоненько-тоненько завизжала.

— Нет-нет! О, единороги…

— А как же вы? — шёпотом спросила Пася.

— Дуй давай! — прорычала я тихо.

Девочка испуганно обернулась на дверь, но упрямо повторила:

— Я с вами!

О ёжики лысые! Как это бесит!

— Твоя задача вывести отсюда Хойа. Ты же старшая, — прошипела я.

Пася поколебалась, но всё же послушалась.

— Вперёд, — шепнула Асира мне одними губами, а потом продолжила завывать, подражая и своему, и моему голосам.

Подождав, пока Пасина голова скроется, я шагнула внутрь, пошарила по внутренней стороне двери и… Мы спасены! Все!

— Тут есть запирающий механизм!

Мы сможем скользнуть в ход и закрыть за собой дверь! И… и… я уставилась на гиганстскую орчиху. Сглотнула. Мне показалось, что я сглотнула собственную неистовую радость.

— Вы сюда не пролезете, — заметила хрипло, осознавая, что не готова к тому, чтобы кто-то жертвовал ради меня собой.

Та хмыкнула, достала откуда-то из чудом уцелевшего лифчика флакончик с блестящей жидкостью и подмигнула мне:

— Давай. Я сама закрою.

Оборотное зелье? Тот самый мухоморин, который лишил меня силы? Ну конечно! Иначе как из великанши могла бы получиться тонкая и звонкая эльфийка? Интересно, как у них решается вопрос с побочкой?

Я стала спускаться, нашаривая ногой ступени, как могла быстрее. Да уж на такой лестнице можно все ноги переломать! Внизу, под тёмно-красными кирпичными сводами, держась за руки, меня ждали Хойр и Пася. И почти сразу, как только мой носок коснулся каменной плиты, сверху послышался щелчок. Потом вопль, и сверху скатилась…

Эльфийка. Худенькая, растрёпанная, с кровавым пятном на разодранной в клочки юбке.

— Нужно уходить как можно быстрее! — зашипела она.

— Хойр, где Юльси? — задала я наконец давно мучивший меня вопрос.

— Она у них, — испуганно подтвердил мои худшие предположения Хойр. — И Никандрик.

Сверху что-то ударило: видимо, волки ворвались в комнату, и, конечно, сразу заметили металлическую-то дверь в камине.

— Уходим! — свистящим шёпотом повторила Асира.

Я покачала головой.

— Нам нужно спасти Юльси. Асира, ты можешь вызвать подкрепление?

— Угу, — буркнула учительница, мрачнея.

Скорее всего, за такую заваруху и самонадеянность её тоже не погладят по головке. И всё же она вытащила звонякалку и…

— Нет связи, — прошептала и растерянно посмотрела на меня.

Я кивнула:

— Уводи детей. Хойр, помнишь домик госпожи Туктукберг? Уходите туда. Подвалы замка огромны, думаю, вы найдёте выход…

— Мы с вами! — пискнула Пася.

Я покачала головой:

— Вам нужно уходить. Ни одна металлическая дверь не выдержит испытание взрывом. Так что найти нас в подвале для врагов — дело времени.

— А вы?

— А я… Асира, сколько сейчас времени?

— Час ночи.

Я кивнула:

— У меня есть план. И есть… человек, который может мне помочь. Уходите. И ещё…

У меня очень неплохая ориентация в пространстве. Я попыталась вспомнить, как мы шли с Босей, когда заключали договор, и довольно быстро смогла представить, где находится зал с гробами. Конечно, уверенности в том, что я смогу туда выйти, не натолкнувшись на глухую стену, у меня не было, но… Попытаться же можно? Тем более, Боэсхий должен чувствовать мою кровь. Может, он сам меня отыщет?

Но он не отыскал.

Я шла и шла, подсвечивая себе путь фонариком и от всей души надеясь, что Асире с детьми удалось выбраться из каменной западни. Коридоры сворачивали, петляли, но я продолжала упрямо идти, и моё упорство, наконец, было вознаграждено.

Знакомые тяжёлые своды. Закрытые гробы — с одной стороны, мумии на столе — с другой. Я сразу узнала нужный гроб. Замерла в несвойственной мне нерешительности. А что, если Боэсхий давно проснулся и куда-нибудь… ну, уехал? Улетел?

— Да что тут гадать! — прошептала вслух, чтобы слышать собственный голос.

Не припомню, чтобы когда-нибудь была настолько робкой и слабой.

Подошла, открыла крышку и… Бося спал. Бледный, как мертвец, его лицо по цвету сливалось с подушкой. Руки были сложены на груди в характерной позе. Чёрный костюм. Даже башмаки не снял! На несколько мгновений мне показалось, что он мёртв, а потом я напомнила себе, что он реально мёртв, но как бы не до конца, наклонилась и поцеловала его в губы. Тотчас отстранилась. Ой, мы же поругались! Впрочем, сейчас это такие мелочи…

Боэсхий открыл глаза. Они слабо блеснули. Вампир сел в гробу.

— Аглая Най…

— Да-да. Это я. Мне нужна твоя помощь. Нам всем нужна твоя помощь.