Вина просачивается сквозь мои поры так же, как и моя тревога.

Меня поймают.

Что, если меня тоже сбросят? Что, если меня отдадут Грызням?

Дрожь пробегает по моему позвоночнику. Кажется, меня сейчас вырвет.

Когда Знак отличия кричит, я вздрагиваю, готовясь...

«Все вернуться в строй! И держитесь, блядь, подальше от краёв!»

Я моргаю, шокированная и замершая. Я слышу шуршание, а затем меня толкают, когда солдаты спешат перестроить ряды. В оцепенении я заставляю себя встать в ряд с двумя другими солдатами, когда на самом деле всё, чего я хочу, — это раствориться в луже облегчения.

Это было близко.

Армейское шествие снова начинает двигаться, и я двигаюсь с ним, как кусок морской водоросли, попавший в океанское течение. Я всё ещё дрожу, когда туман рассеивается, как пена, растворяющаяся на песке, а затем мы вытекаем на белый берег снега.

Орея.

Мои глаза расширяются, когда я осматриваю новый мир.

Земля обширна, пуста, покрыта снегом и льдом, с трещинами в земле. Единственное строение, которое стоит, находится в руинах справа от меня. Древний замок, давно рассыпавшийся.

Ландшафт так отличается от Аннвина. В нашем мире нет ни одного места, покрытого таким холодом. На самом деле это довольно красиво, если бы не разрушенная земля, разбитая и расколотая.

Небо такое же бесцветное, как и мост, но воздух имеет запах, от которого меня тошнит.

Ладно, Орея воняет.

Этого не было в учебниках истории.

Вдалеке я вижу шлейфы дыма, поднимающиеся вверх, так что, должно быть, это часть вони. Я очень надеюсь, что покрытый венами солдат не умер от вдыхания воздуха.

Надеюсь, он не отравлен.

Как только я ступаю с грязи моста на снег, я чувствую, как моя магия возвращается с шумом. Это застаёт меня врасплох, моё тело снова раздувается, напрягаясь против каменного обруча, обёрнутого вокруг меня, ноги наполняют обувь, лицо меняется, волосы темнеют и укорачиваются.

Я почти спотыкаюсь на скользкой земле, когда моё тело пытается перестроиться в соответствии с изменившимися конечностями и весом. Поскольку мои ноги больше не плавают внутри слишком больших ботинок, мне удаётся удержаться на ногах, когда я иду по снегу. Едва.

Я прохожу мимо остатков толстых ледяных стен, теперь рассыпавшихся на куски. Думаю, это объясняет те грохочущие звуки. Это барьер, о котором королю сообщили. Теперь он лежит сломанный и бесполезный.

Мы прошли. Выливаясь в замерзший мир, который кажется совершенно отличным от Аннвина. Я оглядываюсь, пытаясь найти короля, когда вдруг руины справа начинают двигаться.

Кажется, я нашла его.

Камень поднимается и сдвигается, и вся армия останавливается, наблюдая за мощью королевской силы, поскольку он двигает целые стены и возводит новые, превращая реликвию в совершенно новое сооружение.

Его магия превращает руины в громоздкий замок, который больше похож на крепость, с единственной квадратной башней спереди и остроконечной крышей, которая тянется вверх, будто хочет пронзить небо.

Когда здание успокаивается, что-то тяжёлое успокаивается и в моём желудке. Я смотрю через плечо, наблюдая, как с моста прибывает всё больше солдат. Впереди Знаки отличия кричат армии, чтобы она строилась вокруг новой крепости, вероятно, ожидая следующих приказов короля.

Они разговаривают, некоторые собираются вокруг горящих куч, откуда идёт дым. Сначала я думаю, что это чтобы согреться, но затем я замечаю форму этих дымящихся куч и понимаю, что это... тела.

Неудивительно, что так плохо пахнет.

Я проглатываю подступившую желчь, переводя взгляд на новое здание. Король сейчас там. Мне нужен всего лишь один подходящий момент. Одна секунда, когда он будет застигнут врасплох.

Глупая, ужасная идея, но... я не могу просто уйти. Во-первых, меня определённо поймают монстры, пожирающие плоть. И во-вторых... что насчёт Ореи? Что, если у меня будет шанс убить короля и покончить с этим?

«Проклятье», — бормочу я себе под нос. Зачем мои родители-вульминцы воспитали меня такой чертовски честной?

Мои глаза мечутся, и когда солдаты начинают расходиться в разные стороны, я делаю свой ход. Не обратно к мосту, а к крепости.

Я либо каким-то образом убью Каменного Короля, умру, пытаясь, либо... надеюсь, какой-нибудь третий вариант, о котором я ещё не совсем придумала, но который не включает быть убитой или съеденной заживо.

Я особенно разборчива в части «не быть съеденной заживо».

Я быстро возношу молитву Дронидилис, богине благосклонности и кражи. Потому что если я каким-то образом украду жизнь короля, то мне понадобится вся возможная благосклонность.

ГЛАВА 52

ЭМОНИ

Крепость, которую построил Каррик, такая же серая, как и небо. Меня не удивляет, что король счел нужным её возвести. Он всегда любил рисоваться, когда дело касалось его магии.

Фэйри любят силу, и мы также любим силу судить. Мы можем быть весьма критичны в этом вопросе. Даже сейчас, когда магические способности значительной части нашего населения истощились.

Но нельзя отрицать, что у короля Каррика есть магическая мощь, как и нельзя сомневаться, что он хочет её продемонстрировать. Заявить свои права на этот мир.

Вот только… не у него одного есть магия.

Я, может, и не такая эффектная, может, не могу ворочать кучу камней и строить крепости посреди пустоши, но моя магия иллюзий помогала мне много раз за эти годы.

Я надеюсь, что она поможет мне и сейчас.

Я оббегаю крепость сзади. Здесь снег глубже, так что мои шаги проваливаются, заставляя меня тащиться и оставлять за собой явный след.

Ничего не поделаешь.

Оказавшись за зданием, я оглядываюсь на мост, наблюдая за медленным, но неуклонным потоком Каменных Мечей, выходящих на берег. Некоторые из них поскальзываются, переходя с уныло-серого на ледяную орианскую землю.

Я не уверена, сколько именно Каменных Мечей посылает Каррик — у меня не было возможности точно сосчитать, когда я была в телеге для пленных. Но пока эти солдаты идут по мосту, значит, Горы ещё нет. И это хорошо.

Это будет очень плохо в ту секунду, когда их выпустят в Орею, но, возможно, я смогу этого не допустить.

Развернувшись обратно, я смотрю на край земли справа, который выглядит так, будто его оторвали. Словно когда-то здесь была богиня, и она взяла весь мир и разорвала его, как лист пергамента, оставив после себя зубчатый край этой замерзшей земли, парящий в тумане. Возможно, другая оторванная половина парит где-то ещё.

Если так, я очень надеюсь, что у них нет тупого Каменного Короля. Одного его достаточно.

Я бегу к дальнему углу крепости, а затем выглядываю из-за него, прежде чем начать пробираться вдоль её стены. Я проскальзываю мимо башни и осторожно заглядываю за угол. Отсюда меня не видно с моста, но я вижу всех Каменных Мечей, собирающихся в организованные группы.

Дверь крепости открывается со скрежетом, и я отшатываюсь назад как раз в тот момент, когда выходит Каррик. Пока он идёт, он двигает руками, и из-под снега перед ним вырастает камень. Я чуть не падаю от сотрясения земли, рукой хватаясь за стену, чтобы удержаться.

Он вырывает из земли камень, который выглядит как слоеный пирог. Он создаёт скалистую дорожку, чтобы идти по ней, чтобы его начищенные сапоги не утонули даже на дюйм в снегу. Затем перед ним начинают возводиться колонны, заставляя солдат разбегаться с дороги.

Десять колонн поднимаются к небу, ещё больше камня расплющивается на земле между ними, а затем над ними формируется покатая крыша со звуком шлифующегося камня и трескающейся породы. Он создал большой павильон, предположительно для того, чтобы некоторые солдаты могли стоять под ним, получая некоторую передышку от непогоды.