Едва решила оторвать лицо от ледяных грязных прутьев, как Симпсон ткнул меня в спину, и я уперлась носом в дыру между железками. Ему повезло, но ненадолго.

Внутри поднялась огненная буря, и на миг я потеряла контроль над своим телом. Видела лишь, как резко разворачиваюсь и хватаю оторопевшего жандарма за рубашку на груди. Стены в помещении пришли в движение, а воздух накалился настолько, что обжигал при вдохе.

В голове кричали птицы, громко и наперебой, слышался шелест перьев, словно рядом с земли сорвалась стая воронов и пронеслась мимо. Глаза Симпсона полезли на лоб, а руки потянулись к моим запястьям, закованным в наручники.

Я не касалась его тела, только сгребла в ладони рубашку и заглянула в лицо. Холодная полуулыбка на губах, и в моих глазах вспыхнул яркий белый свет, на мгновение. Когда он погас, стены стояли на положенных им местах, а лицо жандарма покрылось испариной.

— Не смей так больше делать, — прошептала очень-очень тихо я и разжала пальцы.

Симпсон тут же отшатнулся от меня и попятился к столу, в который уперся задом и замер. Он видел то же, что и я. Чувствовал магию, расплавившую воздух в помещении, и больше никто. Пусть рассказывает товарищам, жалуется — всё равно никто не поверит.

Проследив за ним, я перевела взгляд на Бена. Слегка прищурившись, он смотрел на меня исподлобья. Отчасти удивлённо или даже одобрительно. И я усомнилась в том, что только мы с Симпсоном видели двигающиеся стены…. Но инспектор Брейнт не дал мне оглядеться и насладиться моментом триумфа.

— Симпсон, — грозно прорычал он, выходя из клетки. — Открой калитку.

Жандарм громко сглотнул. Осторожно шагнув ко мне, двинулся по стеночке, чтобы ненароком не прикоснуться к злой ведьме. Когда он замер в шаге от меня, я хмыкнула и отступила — замок оказался за моей спиной, и бедолага не мог подобраться и открыть его.

Компания в клетке, продолжавшая веселиться и издавать ободряющие возгласы, оживилась ещё больше. Ничего в их поведении не выдавало того факта, что они наблюдали всплеск магии, исходящий от меня. Немого полегчало. Вот только что тогда увидел или почувствовал Бен?

— Смотрите-ка! — с фальшивой бодростью воскликнул Брейнт, расстёгивая на мне наручники, пока жандарм со связкой ключей отпирал замок. — Наши завсегдатаи выказали вам радушный приёмчик. То-то вам будет весело ночью!

Криво ухмыльнувшись, я смерила детектива обжигающим ненавистью взглядом. Вскинув брови, он развернул меня за плечи лицом к открытой двери и втолкнул в обезьянник.

Вскоре очередь дошла до Бена. Он обернулся вполоборота к инспектору и несколько секунд сверлил глазами. Брейнт поджал губы, но позволил Шерману войти в клетку самостоятельно. А когда Симпсон запирал нас, он улыбнулся счастливой улыбкой. Я впервые видела искреннюю радость на лице Брейнта, и мне не понравилось.

— Приятной ночи вам.

Такое чувство, будто нас загнали в клетку к чудовищам. Оборванец на четвереньках пополз к нам с абсолютно диким видом. Проститутка будто проснулась и, широко раскрыв глаза. Скользнула к противоположной стене из прутьев и вцепилась в неё пальцами, изучая нас с плотоядным видом.

Их бесполый товарищ засунул руки в карманы грязного пиджака и важно зашагал навстречу. В тот миг, когда захотелось развернуться и вырваться на свободу любой ценой, за нашими спинами захлопнулась дверь, а ещё через миг щёлкнул замок.

Посмотрев на Бена с тоской в глазах, я испустила тяжёлый вздох. Ответив мне мимолётным взглядом, Шерман улыбнулся и чуть слышно произнёс:

— Добро пожаловать в зверинец.

На лавку было страшно садиться, и не только из-за полнейшей антисанитарии. Здесь царили негласные правила, придуманные частыми посетителями. Наши сегодняшние соседи — одни из таких. Оборванец подполз к лавке и, ловко запрыгнув на неё, сел с краю.

Бесполый в наглую разместился посередине, широко расставив ноги, и с ухмылкой следил за нашими дальнейшими действиями. Проститутка осталась стоять в стороне. Замерев перед лавкой, Бен посмотрел сверху вниз на занявших места задержанных голодранцев.

— Пошли вон, — устало велел он.

— Заплати, и мы уступим место, — улыбнувшись, заявил бесполый.

Бен даже не моргнул.

— Исчез отсюда, или будешь зубы с пола подбирать.

Бесполый ещё шире заулыбался.

— Это там, — он указал на дверь клетки, — ты — жандарм. Здесь все равны. Так что выворачивай карманы, если не хочешь, чтобы твоя кукла пачкала дорогие шмотки, сидя на полу.

Бен ничего не ответил. Мгновение он смотрел пустым взглядом на скалившегося голодранца. И вдруг схватил его за ворот пиджака и поднял с лавки. За шкирку, как вшивого котёнка.

Болтая ногами в воздухе, Бесполый проорал что-то типа «отпусти, или пожалеешь», но Шермана не проняло. Одним резким движением он швырнул возомнившего себя королём обезьянника оборванца, в сторону.

Никуда не целясь — так просто бросил, как ненужную вещь недалеко от своих ног на грязный пол. Рухнув, тот запричитал, потирая ладонью ушибленный зад. Бен склонил голову, посмотрев на бездомного, рассевшегося с другого края лавки.

Втянув голову в рубашку, тот медленно сполз на пол. Не отводя взгляда от Шермана, забился в угол тесного помещения и поджал под себя ноги. Бен обернулся на меня через плечо.

— Присядь.

Чувствуя себя важной особой, заручившейся поддержкой грозного и авторитетного жандарма, я прошествовала к лавке и уселась на неё. Закинув ногу на ногу, расправила плащ под внимательным взглядом Бена.

Он неспешно прошёлся по клетке и лишь после этого опустился на лавку рядом со мной. Подался вперёд, расставил ноги и сложил руки на коленях. Когда я осмелилась посмотреть на своего защитника, его взгляд оказался прикован к инспектору Брейнту, стоявшему вдалеке. Он о чём-то переговаривался с Симпсоном.

— Где мои зелья? — шёпотом спросила я.

Бен покосился на меня — движение глаз и только.

— У меня, — лаконично ответил он.

Я чуть не задохнулась от возмущения.

— Но как? Когда ты успел вытащить их? И зачем?

— Когда Брейнт вёл нас к своей карете, — он небрежно пожал плечами. — Мне знакома стандартная процедура обыска в участке. Оставалась надежда, что меня никто не осмелится досмотреть.

— Почему?

Бен чуть повернул голову, чтобы перехватить мой взгляд.

— Я — лучший в своей смене. Имею на счету достаточное количество задержаний особо опасных преступников. Среди наших это высоко ценится.

— Выходит, мне повезло, — вздохнула я.

Проститутка в левом углу не сводила с нас глаз. Я успела привыкнуть к её пристальному вниманию и перестала нервничать. Бена же интересовал Брейнт, кроме него он никого не замечал.

— Ты так на него смотришь….

— У меня проблемы с инспектором Брейнтом, — ответил он и вновь перевёл на меня взгляд. — Теперь их прибавится.

— Что происходит? — почувствовав за собой вину, я опустила глаза, и какое-то время разглядывала свои руки.

Бен выдержал паузу, изучая меня, а потом устало вздохнул.

— Нас отведут в комнату для допроса. Он хочет нас прощупать.

Не успел Бен договорить, как инспектор двинулся в нашу сторону в компании Симпсона, который с опаской поглядывал на меня. В животе потяжелело от волнения, и я сжалась изнутри. Остановившись перед клеткой, Брейнт злобно поморщился.

— Шерман, ты первый идешь в допросную.

Я не успела ахнуть — Бен поднялся с места и неторопливо подошёл к открывающейся двери. Я надеялась, что он хоть через плечо взглянет на меня, но напрасно. Не успел он шагнуть за дверь, как Симпсон её запер и невзначай посмотрел на меня. И вид у него был растерянный.

— Не упускай её из виду, Симпсон, — дал наставление Брейнт.

Жандарм нервно сглотнул, стараясь не смотреть на меня.

Я провожала взглядом удаляющегося Бена, конвоируемого Брейнтом, и чем дальше они уходили, тем ближе подбирались ко мне обитатели клетки. Первой с места сдвинулась проститутка. Раскачивая бедрами, она обошла меня вокруг и опустилась на лавку на опустевшее место. Я старалась не смотреть на неё, игнорировать, но с каждой минутой это делать становилось труднее.