Отлично, значит можно заняться кое‑чем другим.

Я пошарил по дому и отыскал в алхимической лаборатории пыльный ящик из свинцовых пластин. В нём прежде хранили всякие опасные и даже немного радиоактивные ингредиенты. Я напихал в него материалы‑диэлектрики и отправился в кабинет, пыхтя от натуги. Ящик весил как все грехи человечества.

Пока дотащил его до кабинета, весь взмок и устал материться. Даже придумал пару новых матюгов. И с громадным облегчением поставил его возле шкафа, после чего с щелчком позвонков разогнул спину и открыл дверцы.

Признаться, я с громадным опасением отворил сейф, будто в нём притаилась ядовитая змея, готовая броситься на меня. Шар ведь действительно мог выкинуть какое‑то опасное коленце…

Но всё обошлось. Он не взорвался и не начал шептать, сводя меня с ума. Но я всё же с великой осторожностью поместил шар в ящик с диэлектриками и поставил тот в сейф. А куда ещё? Пока это самое безопасное место. Однако нужно искать другое. Чернышу точно не место в этом доме. Завтра ночью его надо куда‑то перепрятать. Днём‑то он не такой опасный.

Пока же я вернулся в свои покои, принял душ и завалился на кровать, устало вздохнув.

Но мой разум не сразу погрузился в сон. Перед мысленным взором встало разгневанное лицо Владлены. То ли ангелы меня уберегли от ошибки, то ли черти не дали провести незабываемую ночь. В любом случае я заснул в своей кровати, чувствуя привкус горечи во рту.

И ко мне пришёл сон, явно навеянный сегодняшними событиями. Я снова оказался в полумраке на том самом каменном мосту, висящем над булькающей лавой в одной из локаций Лабиринта.

Демон сидел подле меня и тяжело дышал, отражая кроваво‑красными доспехами свет, исходящий от лавы. По его смуглому лицу катилась одинокая капелька пота, а в глазах всё ещё стоял страх смерти, вошедший ему под кожу, когда он соскальзывающими пальцами держался за край моста.

Наконец демон кашлянул в кулак и продолжил беседу, длящуюся уже несколько минут:

– Я помогу тебе отомстить ему, клянусь. Он не только враг тебе, но и мне. Если мы убьём его, то я займу его место и сделаю всё, чтобы демоны больше не нападали на твой мир. Договорились?

– Зачем вам эти нападения? Вы же лишь льёте кровь невинных, убиваете и насилуете, – процедил я, не спеша заключать сделку.

– Души. Высшим демонам нужны души. Ты знаешь, какой атрибут открывается на сотом уровне у мага, обладающего «пастырем душ»? – спросил демон, глядя на меня чёрными как первозданный мрак глазами, окружёнными мелкими морщинками.

– Нет, – нехотя признался я, вдыхая горячий воздух, пахнущий раскалённым камнем.

– Открывается «пожиратель». Этот атрибут поглощает души, позволяя с помощью них развиваться своему носителю. В молодости я был столь же слаб, как и ты…

– За языком следи! – рыкнул я и язвительно напомнил: – Этот слабак поставил тебя раком.

– Я просто заигрался. Недооценил тебя. Такое бывает, когда побеждаешь всех людей, кого встретил. Но теперь, зная кто ты… – он хищно оскалился.

– Ты, сволочь, дал слово! Клялся всем, что тебе дорого, что не нападёшь!

– Верно. И я не нарушу его, – улыбнулся демон. – Мы нужны друг другу. Нас свела сама Судьба. Таких совпадений не бывает. Но что‑то мы отвлеклись. Так вот, нападения нужны высшим демонам, чтобы пожрать как можно больше душ, поскольку демонскими родами правят самые сильные их представители. Да, не самые умные или хитрые, а те, что имеют наибольший уровень. Тот, кто изнасиловал твою мать, Баал, глава рода Хаас.

– А если ты врёшь? Может, он из другого рода? И я, конечно, свято уверен, что царских кровей, но что мой отец глава рода… пфф, как‑то не верится.

– Именно род Хаас напал на твой мир за девять месяцев до твоего рождения, если ты, конечно, не соврал в отношении своего возраста.

– Чем докажешь?

– О‑о‑о! Ты любишь запах вишни? Та ночь пахла именно ею. Тихо несла воды извилистая река, делящая городок на две части. На западе спали седые горы, а во дворах брехали собаки. Все огни в бревенчатых домах уже погасли…

– Ты, сука, был там! – жарко выпалил я, вскочив на ноги.

– Был, – криво усмехнувшись, кивнул он, глядя на меня снизу вверх. – Убивал и собирал души, я ведь высший демон из рода Хаас. Твой родственник. Хочешь, я опишу твою мать? Баал рассказывал о ней, говорил, что с ней сделал и как она сбежала от него…

Гнев с такой силой ударил мне в голову, что аж перед глазами всё потемнело.

Но я всё же справился с собой и процедил, чувствуя, как дыхание спёрло в груди:

– Говори.

И демон начал рассказывать: чётко и без сомнений. Он говорил буднично, без эмоций, словно об очередном рутинном рабочем дне, а не о кровавой бойне с сотнями жертв и сломанных судеб.

Ясен хрен, что после слов демона, во мне взыграло желание убить его, растерзать, вырвать сердце и бросить в лаву. Но я опять справился с собой, понимая, что мне выпал невероятный шанс…

Дело в том, что мой мир входил в зону влияния рода Хаас, и если находящийся передо мной демон станет его главой, то он не будет нападать на него. Но взамен я должен буду добыть девяносто девять душ, сварить из них зелье «Кровь Смерти» и передать демону, а тот с помощью него грохнет моего отца Баала.

Конечно, демон мог и обмануть меня, найти лазейку, чтобы не выполнять клятву, но я всё же заключил с ним сделку. По крайней мере, я хотя бы отомщу тому, кто изнасиловал мою мать. Ирис, а именно так звали демона, точно хотел смерти Баала. Я видел это в его глазах.

Мой сон закончился именно на этом моменте, а после уже ничего не снилось. Я беспробудно продрых до самого утра, а когда разлепил веки, то кристально ясно помнил свой сон‑воспоминание.

– Сколько же лет минуло? – пробормотал я хриплым после сна голосом. – Уйма. И Ирис за всё это время ни разу не обманул меня. А сколько он мне передал знаний… целую кучу.

Однако у меня до сих пор имелись сомнения в том, что я сын самого Баала, главы рода Хаас. Уж больно сильно всё это отдавало книжным или киношным сюжетом.

А с другой стороны, почему бы и нет? У Баала наверняка есть отпрыски‑полукровки в разных мирах. Так почему я не могу быть одним из них?

Впрочем, меня сей вопрос не сильно заботил. Даже если Ирис лжет, я все равно буду подыгрывать ему, поскольку получаю от него много ценнейших знаний и информации. Но попутно я держу в голове свой план… И вряд ли он понравится Ирису.

Северная Пальмира, особняк Вороновых

Туманная дымка хозяйничала на улицах города, а солнце ещё не показало из‑за горизонта свою бледную опухшую морду. Но красный от ярости глава рода Вороновых в одном лишь халате уже стоял на резной лестнице и испепелял взором Алексея. А тот играл желваками, попирая блестящими ботинками ковёр, разлёгшийся в холле с многоярусной хрустальной люстрой, рыцарскими доспехами в углу и огромным камином из натурального камня.

– Как… как, твою мать, это произошло? – прохрипел Воронов, скользя взглядом по бледному лицу блондина.

Его правый глаз скрывала чёрная повязка.

– На меня напали ночью, подло, в спину, хотели ограбить, но я дал отпор. Однако… глаз. По какой‑то трагической случайности мне выбили глаз, – мрачно произнёс он, опустив голову. – Я не сумел догнать нападавших. Они трусливо удрали.

– Ты придурок, – процедил дворянин и так сильно сжал перила, что его пальцы побелели.

– Такое могло произойти с каждым! – вскинул голову Алексей, сверкнув левым глазом. – Вы сами знаете, что улицы наводнили сумасшедшие проповедники, осмелевшее ворье и просто кровожадные дуболомы!

– Ты знаешь… знаешь, что теперь будет? – свистящим шёпотом выдал Воронов. – Глаз – это тебе не просто какой‑то мускул. Чтобы его восстановить потребуется время, а ты сегодня должен был отправиться в Архангельск. Тебя там ждёт аномальный проход. А куда ты теперь, на хрен, поедешь одноглазый? Кому ты там сдался, калека? Хм, а вообще как‑то странно, что ты лишился глаза прям перед отбытием…