– Ага, как у первокурсников, – вымученно сострила Владлена и осторожно двинулась по коридору.

Я пошёл рядом с ней, а Павел поплёлся позади.

– Интересно, почему Алексей не активировал этот артефакт сразу? Почему сидел с нами за столом? – задался он вопросом, потихоньку отходя от шока.

– Да хрен его знает, – прошептал я, напряжённо глядя вперёд. Там из сумрака проступали очертания лестницы с резными лакированными перилами. – Может, он, как маньяк, хотел в последний раз посмотреть на наши физиономии, мысленно кровожадно потирая ручонки? Или по каким‑то другим причинам не сразу активировал артефакт. Их могут быть сотни.

– Я, конечно, понимаю, что это мнение не популярное, – задумчиво начала Велимировна, тихонько двинувшись вверх по лестнице, – но что, если за всем этим стоит не Алексей?

– А кто? Сатана? Он явился, чтобы по заключённому между вами договору забрать твою душу, обещанную ему десять лет назад?

– Нет, точно не он. У меня ещё есть пять лет, – ухмыльнулась красотка, блеснув белыми зубами. – Всё же я считаю, что стоит подумать над тем, что не Алексей всему виной.

– Меня вполне устраивает его кандидатура, – буркнул я, мысленно пытаясь связаться с Чернышом.

Тот упрямо игнорировал меня, как и «Вампир». Прискорбно.

– Слышите? – внезапно выдал свистящим шёпотом Павел, замерев посреди лестницы. – Цоканье какое‑то.

– Будто каблуки, – тихо сказала Владлена, прислушиваясь.

– Когти, – уверенно пробормотал я, тоже расслышав звук. – Зверь, причём большой.

– Откуда в доме у Воронова большие звери? – скептически произнесла Велимировна. – Кажется, ты ошибся, Игнатий.

Я промолчал и поднялся чуть выше, оказавшись на лестничном пролёте. Здесь в нише тускло поблёскивали латы рыцаря, сжимающего металлическими перчатками рукоять меча, упёршегося кончиком в пол.

Мне удалось с тихим скрежетом реквизировать клинок. Тот оказался довольно тяжёлым.

– Почти острый, – прошептал я, проведя подушечкой большого пальца по лезвию.

– Итак, рыцарь у нас есть, – едва слышно иронично произнесла декан и посмотрела на вершину лестницы. – Дракон, судя по звукам, приближается. Красавица принцесса тоже имеется. А кем будешь ты, Павлуша? Шутом или монахом?

– Главное, чтобы не трупом, – огрызнулся тот и внезапно достал из‑под пиджака столовый нож. – В гостиной прихватил, когда служанки напали. Получается, что только вы безоружная, Владлена Велимировна.

– Так и ты безоружный.

– У меня есть нож.

– Это ничего не меняет, – ехидно улыбнулась она.

Внук сощурил глаза и решительно стиснул челюсти, явно намереваясь доказать острой на язычок стерве, что она заблуждается.

Павел уставился на верхнюю ступеньку, готовясь напасть на того, кто вот‑вот покажется на ней.

Особняк Вороновых

Жанна пробиралась по коридору следом за отцом и матерью, не слыша, о чём они шепчутся.

– Дорогой, зачем ты послал Зверева в библиотеку? Там же нет оружия. Оно всё в кабинете.

– Так нужно, – процедил сквозь зубы мужчина. – Они отвлекут слуг, ставших монстрами. Те по большей части на втором и третьем этажах. А если бы мы пошли все вместе в кабинет, то слуги точно бы спустились на первый и напали на нас. А я не хочу подвергать опасности ни тебя, ни Жанну. Я должен думать о своих близких, а не о Зверевых, не об этой поганой семье, принёсшей в нашу жизнь столько бед.

Напряжение витало в сумерках, а наши взгляды были прикованы к верхней ступени. Там появились очертания собачьей головы. Мерцающие глаза проросли мраком, а из пасти свисала тягучая слюна…

– Что‑то мне подсказывает, что это нетипичный размер для такой породы. Немецкий дог же? Однако он такой здоровый, что его можно кормить другими догами, – пробормотал я, двумя руками сжимая прохладную рукоять меча.

Пёс оказался почти полтора метра в холке. Его тело раздалось в стороны благодаря мышцам, бугрящимся под кожей. Та аж кое‑где треснула, обнажив влажно поблескивающее красное мясо с торчащими из него ростками тьмы. Они напоминали шевелящуюся траву.

А удастся ли нам расправиться с этим псом‑переростком, накачанным тьмой? Судя по его морде, он уже мысленно сожрал меня и принялся за десерт в виде моего пухлого внука.

Между тем дог оскалил клыки и опустил голову к ступеням, а из его глотки вылетело рваное рычание. Мышцы под кожей напряглись, готовясь метнуть тело вперёд.

– Когда кинется, я приму его на меч, а ты, Павел, добивай. Владлена, ты тоже не стой в сторонке, не стесняйся. Тебе же доступен магический атрибут «чёрная милость», открывающийся на восьмидесятом уровне? Да, он, конечно, сильно ослаб, но если ты коснёшься башки этой твари, то «чёрная милость» даже в таком состоянии, скорее всего, превратит мозг твари в фарш.

Да, маги жизни действительно могли не только лечить, но и способны были очень качественно калечить.

– Попробую, – кивнула Владлена, сверля холодным взглядом пса.

Тот не торопился нападать, будто чего‑то ждал.

Внезапно у основания лестницы открылась одна из межкомнатных дверей, и в коридор вывалилось аж трое слуг, порабощённых тьмой.

– Ы‑ы‑ы! – захрипел один, раззявив рот, где шевелились отростки мрака.

– Хр‑р‑р! – зарычал другой и проворно бросился вверх по лестнице.

Остальные помчались за ним, скаля зубы.

– План поменялся! Павел и Владлена, на вас слуги, а я покажу догу, что ему не стоило ехать из Германии в Российскую империю! – отбарабанил я и сам пошёл наверх к псу, чтобы не сражаться на лестничной площадке, где мы втроём мешали бы друг другу.

– Ладно! – выдохнула Велимировна и мощным ударом ноги с хрустом выбила из перил опорный столбец.

Он напоминал короткий толстый кий. Почти кол. И хоть нам противостояли не вампиры, Владлена всё равно вооружилась им, глянув на слуг. Те, толкаясь, бежали по ступеням, поскрипывающим под их весом.

– Люди! Остановитесь! – вдруг закричал Павел, сжимая тускло поблескивающий нож. – Боритесь, отриньте тьму! Вспомните, кто вы такие! Выдавите из себя мрак!

Всё‑таки внучок в этой сказке оказался монахом. Но у него разговор со слугами не заладился. Они напали на него и Владлену.

Магичка попыталась вонзить кол в шею тучному коротышке, казавшемуся ещё меньше, поскольку он находился на пару ступеней ниже Велимировны.

Павел же с диким воплем метнулся к высокому худому лысому мужику с пышной бородой. Внучок принялся бестолково махать ножом перед лицом слуги, словно собирался побрить его или обмахнуть вспотевшее лицо.

– В глотку бей! В глотку, а не исполняй брачный танец! Это же не Миронова! – подсказал я и попутно воспользовался магией из ветви «пастырь душ».

Из «клетки» выметнулась одна из пяти душ мверзей и под воздействием «вселения» устремилась к третьему слуге. Тот из‑за узости лестницы маячил за спинами двух других, как любопытный прохожий.

Причём активация «вселения» сожрала прорву выносливости, аж сердце на миг сбилось. Но эффект меня разочаровал. Да, душа легко вошла в тело слуги, но тот не подчинился ей, а проигнорировал, хотя должен был стать агрессивным настолько, что бросился бы на своих коллег. Ан нет!

К сожалению, у меня не было времени, чтобы поразмыслить над этим. Поскольку пёс всё‑таки решил, что ему пора присоединиться к веселью…

Он оттолкнулся задними лапами и прыгнул на меня всей своей тушей. Пасть распахнулась, сверкнули клыки и активнее зашевелились отростки мрака, растущие из раздувшегося языка. С него сорвалась мутная слюна и упала на лестницу в тот самый миг, как я рванул в сторону, махнув клинком параллельно полу.

Кончик меча ударил в бок пролетевшей мимо твари, прочертив шикарную кровавую борозду. Но при этом клинок чуть не вылетел из моих рук.

Зараза! Вот это был бы провал! А ведь я вполне неплохо владел холодным оружием. Всё‑таки я не офисный клерк, а многоопытный удалой ведьмак, чей воображаемый фюзеляж забит звёздочками. Каждая из них означала победу над тем или иным монстром.