— Это Бодуны, — сообщаю я с улыбкой.

— Кобуны?.. — переспрашивает она, вдруг испугавшись, что отстала от моды и не в курсе новых трендов, — Это Милос?.. Кефалония?

— Бодуны, — смеюсь я, — Ты почти угадала.

— О, Боже! — театрально обмахивает лицо ладошкой, — Мне срочно нужно туда!.. Твои глаза как водная лазурь!..

Подходят еще две девчонки, Аня и Саша, и они тоже в восторге от моего загара и свежей отдохнувшей кожи. Я рада видеть их, но не настолько, чтобы перестать чувствовать терзающую сердце тоску. Уже три дня от Антона ничего нет. Он позвонил мне вечером того дня, когда отец забрал меня домой, и сказал, что скоро приедет. Я была настолько счастлива, что даже не уточнила, куда приедет и зачем.

А потом наступила тишина, которую я могла бы, но не хочу прерывать первой. Внутренний голосок, тоненький и очень упрямый, настойчиво шепчет мне подождать. Из нас двоих мужчина — Баженов.

Потом все рассаживаются, и начинается пара, в течение которой нам представляют нового куратора и знакомят с расписанием на первый семестр.

Мия и Рафаэль заявляются с опозданием. Извинившись и по очереди бросив на меня виновато — вороватые взгляды, они юркают вдоль стены к задней парте.

Я почти ничего не чувствую. Неприязнь вперемешку с брезгливостью вместо острой боли от предательства двух некогда близких людей. Переживание из-за отсутствия Антона вытеснило из моей груди все ненужное.

Однако когда пары заканчиваются и я, болтая с Даной, которая никак не может найти в интернете элитный курорт с названием «Бодуны», выхожу из аудитории в общем галдящем потоке в холл универа, меня окликает взволнованный голос Мии.

Прикинувшись глухой, я продолжаю шагать в сторону лестницы на первый этаж, но бывшая подруга все равно догоняет меня на второй степени.

— Вася! — повторяет тихо, но настойчиво, и затем и вовсе берет за локоть.

Я дергаю рукой и посылаю ей гневный взгляд.

— Чего тебе?

— Я поговорить хотела...

— Боже, отвяжись, Мия!.. Даже не представляю, о чем нам с тобой разговаривать.

Ничего не понимающая Дана хлопает глазами и вскоре теряется в толпе, а Мия плетется следом, не отставая ни на шаг. Я выхожу на крыльцо, и она за мной, я иду на парковку — и она рядом.

— Вася! — восклицает со слезами в голосе, — Ну, пожалуйста! Давай поговорим! Мне очень — очень плохо!..

— Это твои проблемы.

— Я хочу все исправить, правда!..

— Серьезно? — останавливаюсь у своей машины и в шоке оборачиваюсь, — Каким образом, интересно? Вернешь мне Рафаэля и сделаешь вид, что не предавала меня?

— Да! — восклицает она хрипло, но тут же осекается, — То есть... нет, конечно!.. Верну Рафаэля и буду молить тебя о прощении.

Обойдя меня, складывает руки в молитвенном жесте и смотрит глазами побитой собаки. Мое врожденное милосердие, мои доброта и сострадание должны были поколебать решительность, с которой я была настроена не прощать предателей, но этого не происходит.

Огромный жизненный опыт, полученный мною в Бодунах, говорит о том, что от таких людей нужно держаться подальше. Что истинное отношение не проверяется красотой слов, оно в поступках и делах.

— Ты серьезно думаешь, что я возьму его после тебя?..

Господи, она слепая, что ли?! На мне загар олива с миндалем, и глаза как лазурь. Неужели она думает, что я стану довольствоваться объедками?!

Но Мия словно не в себе. Об этом говорят и нервные суетливые жесты, и пятна на щеках и шее, и диковатый оскал, делающий ее похожей на гиену, и бегающие по орбите зрачки.

— Вася... Васенька... — шепчет она задушенно, оттесняя меня к машине.

Я теряюсь от такого напора и вскоре оказываюсь прижатой поясницей к нагретому солнцем металлу.

— Вася, прости ты его дурака...

— Ни за что!

— Прости, пожалуйста!.. И забери его обратно!

— С чего бы это?..

В ее глазах, столько отчаяния, что на мгновение мне становится страшно. Что между ними происходит?!

— Не могу я больше с ним!.. Понимаешь, не могу!

— Кто тебя заставляет?..

— Он влюблен в меня по уши, Вася!.. Жить без меня не может!

— Я тут при чем?

Отодвигаю ее плечом и щелкаю сигнализацией.

— Забери его, умоляю!.. Сил моих нет его терпеть! — просит она, все же пустив слезу.

— Раньше думать надо было, когда клеилась к нему за моей спиной.

— Ну, прости ты меня! Дурой была!.. Завидовала!

— А теперь что?

— Он противный!.. Душный, липкий и неприятный!

Тут я с ней соглашусь. Диву даюсь, вспоминая свою увлеченность Кроликовым. Ведь за смазливой мордахой и умением вешать лапшу на уши в нем ничего больше нет.

— Даже так? — усмехаюсь, пытаясь открыть дверь, но Мия не дает.

— И член у него крохотный! — показывает большим и указательным пальцами, между которыми расстояние не больше трех сантиметров.

Мне, к счастью, не пришлось познакомиться с малюткой так близко, поэтому смеха сдержать не удается. Мия, куснув губы, неожиданно тоже начинает хохотать.

— Прости меня, Васька!.. Мне хотелось быть как ты!.. Чтобы такая же машина, телефон и парень!

Я лишь пожимаю плечами. Зла ни на нее, ни на Рафу у меня нет, но дружить с ними обоими я уже не хочу.

— Выглядишь на сотку, — вздыхает она, — Теперь я тоже хочу на Бали.

— Пока, Мия, — говорю я, открыв водительскую дверь с третьей попытки.

— Не держи на меня зла, ладно?..

— Окей.

Не решившись обнять и поцеловать меня, как раньше, она машет рукой и уходит. Я же сажусь за руль, нажимаю кнопку старта, но в момент, когда готовлюсь тронуть машину с места, пассажирская дверь распахивается, и на сиденье падает Рафаэль.

Черт!.. Да что ж такое?!

— Вася... Василек!.. Моя королева! — подаваясь ко мне, шепчет с придыханием, — Не вели казнить, вели слово молвить!

Василина

В первый момент я даже дар речи теряю. Наглость Мии, а теперь еще и Кроликова просто ставит в тупик. Что им нужно от меня?!

Расположившись в кресле, как у себя дома, и широко расставив ноги, он прочесывает пальцами надушенную лосьоном шевелюру и томно мне улыбается.

— Вася... где ж ты была так долго? Я с ног сбился тебя искать.

— Ты?! — переспрашиваю ошеломленно, — С ног сбился?! Правда?..

— Конечно, правда, — сообщает мне вкрадчивым доверительным тоном, и будь я той, кем уезжала отсюда месяц назад, обязательно поверила бы каждому слову.

— И где же ты искал меня, Рафа? В трусах Мии?..

— Боже!.. — вздыхает он, болезненно поморщившись, — Не напоминай мне про эту ненормальную.

— Даже так?!

Ну, это уже совсем смешно! Сначала Мия за глаза унижает Рафу, а теперь он сам прискакал ко мне, чтобы оскорбить ее?.. Эти двое идеальная пара.

— Как только ты сбежала от меня на Бали, — склонив голову, начинает тихо рассказывать, — Она тут же взяла меня в осаду...

— Бедный!.. — ахаю я.

— Ни шагу ступить не давала. «Рафа, как ты?»... — изображает ее визгливым высоким голосом, — «Рафа, какие у тебя красивые глаза! Какая манящая улыбка!.. Как блестят твои волосы! И как сияет кожа!»

— И ты растаял? — спрашиваю сочувствующе.

— Конечно, нет! Я искал тебя! Отбивался от нее, как мог!.. Постоянно говорил, что люблю только тебя!.. Что только ты мне нужна!

— Как это мило!.. — всхлипываю тихонько.

Поверивший мне недалекий Рафаэль воодушевляется еще больше. Раздухарившись, повышает голос и начинает размахивать руками и брызгать слюнями. Я еле сдерживаю смех и мысленно сама себе поражаюсь — как?! Как я могла быть такой слепой?! Как мне могло нравится вот ЭТО?!

— Да!.. Так все и было! — восклицает Кроликов, очевидно уже сам проникшийся собственными россказнями, — Я постоянно звонил тебе, но твой номер был недоступен. А Мия кружила вокруг как акула, и все время шептала: «Ты ей не нужен! Она нашла другого!.. Она тебе изменяет!»

— Вот же сука!