— Соскучилась, — добавляю, прильнув к нему всем телом, — Тебя долго не было.

— Дела в городе, — говорит он, не вдаваясь в подробности.

— Кикие дела?

— Взрослые, Вася.

— Взрослые?.. — мне даже немного обидно становится, будто в ожидании его я здесь несерьезной ерундой занимаюсь.

Знал бы Антон, сколько покалеченных людских судеб прошло через меня.

— Обиделась что ли?

— Нет, конечно, — буркаю я.

Он просовывает под меня руку и привлекает к себе, вынуждая положить голову на его плечо. Я тяжело вздыхаю.

— Расскажи, как прошел твой день... — просит негромко и вроде бы без улыбки.

— Всего день?..

— Расскажи, что нового, Вась, — перефразирует вопрос, наверное, не понимая, что именно меня не устроивает.

Я упираюсь ладошкой в его грудь и, поднявшись, смотрю в глаза, думая, что если увижу в них насмешку, то ни скажу ни слова. Однако они вполне серьезны, кроме того, в них плещется неподдельный интерес.

— Много всякого нового, — отвечаю неопределенно, не зная, с чего начать.

— Например?..

— Ну... например, ты знал, что дед Игнат ведет блог?

— Кто?..

— Дед Игнат, Антон!.. — восклицаю со смехом, заметив недоумение на его лице, — Тот, у которого самые вкусные в Бодунах яблоки.

— Про яблоки знаю. Я еще в детстве за ними лазил, и даже пару раз по сраке за это получал.

— Правда?!

Баженов, кивнув, тихо смеется.

— Так вот... — продолжаю рассказывать, — Он ведет блог о своем огороде. И мы с Колей немного помогли ему...

— Вы с Колей?.. — тут же настораживается Антон, — Вы там каким боком?

— Ну... мы случайно мимо проходили и увидели...

По сощурившемуся взгляду понимаю, что он верит не до конца.

— Дальше?..

Я рассказываю, как мы помогли записать деду Игнату целый выпуск и ввели в эфир попугая Оганеза. Антон слушает, не перебивая, время от времени ошеломленно качая головой.

— А вчера у Георгия живот заболел...

— Да ну?..

— Представляешь?.. — хихикаю я, — Он решил, что это порча Валентины.

— Бабки Валентины?..

— Ага... С которой у него был несчастный роман.

— Роман?! У Гоши?!

— Да, она его безответная любовь, — рассказываю шепотом, — Ты не знал?.. Теперь он хочет завести отношения с Кристиной Ивановной или Галиной, тем более, что обе не против...

— Чего?.. — выдыхает Антон шокированно.

— Но считает, что порча Валентины ему не дает.

— Погоди...

— А оказалось... — перебиваю со смехом, — оказалось, что он просто тухлую селедку съел...

— Вася, погоди, у меня сейчас мозг взорвется...

— Ты не знал, что у бабушки Валентины и Георгия роман был? — изображаю удивление, — Как так, Антош?..

— Роман?! Он же ее на дух не переносит!

— От любви до ненависти и обратно один шаг, — проговариваю с умным видом, — А про ее любовь с дедом Игнатом знал?..

— Блядь...

— А про нее и утонувшего деда Никодима?

— Про них что-то слышал... мутная история...

— Да-да, Никодим утонул случайно, когда на озеро за кувшинками ночью пошел...

— Которых у нас в Бодунах отродясь не водилось, — договаривает Антон.

— И знал, что раньше бабка Валентина крупным бизнесом занималась?

— Отец что-то говорил об этом, — отвечает он задумчиво, — Но я все равно сейчас в шоке. Не уверен, что хотел знать все это...

Я целую его в щеку и смеюсь.

— Толик с Людой помирились.

Баженов смотрит в мои глаза и, медленно моргнув, уточняет:

— Тоже твоя заслуга?

— А как же!.. Пришлось взять их счастье в свои руки, — пожимаю плечами.

— М-да...

— Теперь понимаешь, как сложно мне бросить подопечных и вернуться в город? — спрашиваю вкрадчиво.

— А бросить учебу в вузе тебе не жалко?

— Я не собираюсь бросать! Просто... — вздыхаю горько.

— Что?..

— Просто буду очень скучать.

Антон обхватывает пальцами мой подбородок и подушечкой большого пальца обводит ямочку. Красивые губы изгибаются в ленивой улыбке.

— Не за горами новый год, а потом... следующее лето.

Всхлипнув, я киваю и прижимаюсь лицом к основанию его шеи.

Утром, когда я просыпаюсь, его снова нет. Где-то вдалеке в соседнем дворе, надрываясь, кричит петух. Через приоткрытое окно из огорода доносятся голоса девчонок, и все как обычно, только сердце сжимает нехорошее предчувствие.

Откинув одеяло, я поднимаюсь, быстро одеваюсь в джинсы и футболку и выхожу из комнаты. Умываюсь и сразу иду на улицу — быть может моя тоска связана с волнением за живот Сморчка?..

— Привет! — машу рукой девчонкам.

Спустившись с крыльца, поворачиваю за дом и вдруг вижу отца. Он стоит в компании Антоныча и Георгия и оживленно с ними беседует.

— Папа?!..

— Васька! — поворачивает голову и широко улыбается, — Я за тобой!

— Как?..

— Не ждала, что ли? — хохочет он, выдвигаясь в мою сторону.

Я стою как истукан, когда он подходит и сгребает меня в крепкие объятия. Оторвав от земли, немного потряхивает, как мешок с картошкой, и ставит на ноги.

— Беги собирайся, мать дома заждалась.

— Я не хочу, — хнычу тихо, но меня, кажется, никто не слышит.

— Еще ж два дня до осени, — говорит вдруг Сморчок, — Куда торопишься?

— Ей через два дня в институт... — машет отец рукой, — А вы тут поди итак от нее устали.

— Да чо ж устали-то... — бормочет Георгий, почесав затылок, — Ничо не устали.

Моя челюсть отваливается и падает на грудь.

— Считай, весь крольчатник на ней был... и вон... — показывает кивком головы в сторону, — На заднем дворе помогала.

— Серьезно?! — шалеет папа, — Васька помогала?

— Помогала, — подтверждает вполне серьезно, — и булки вкусные пекла.

Через час отец грузит мои пять чемоданов в багажник и на заднее сидение. Я еле сдерживаю слезы. Стоящая у ворот Людмила нервно теребит подол юбки и все время тяжело вздыхает. Толик, хмурый и неразговорчивый, крутится около трактора и курит сигареты одну за другой.

— Ты уже написала свою диссертацию, да? — спрашивает шепотом Нина.

— Написала, ага... — роняю я и обращаюсь к молча наблюдающей за нами Насте, — Обрати внимание на Колю, пожалуйста... Такой парень растет. Упустишь, потом локти кусать будешь.

Сестренка Людмилы густо краснеет и смущенно отворачивается. Только Виталина не скрывает своей радости по поводу моего отъезда. Лузгая семечки и смачно сплевывая шелуху на землю, она откровенно усмехается.

«Бычьи яйца тебе на глаза!» — повторяю трижды и открываю дверь, чтобы сесть в машину.

Однако слышу в этот момент звонкий Колькин голос:

— Ва-а-аська-а-а!..

Он летит на велосипеде по улице, спрыгивает на ходу и, отбросив его в сторону, бежит ко мне и повисает на шее.

— Васька!.. Все, да?!.. Домой?!

— Домой, Коль, — плачу, не стесняясь, — Лето закончило-о-ось!!!

— Я тоже сегодня домой, — шмыгает носом, — Ба сказала, я в девятый класс иду!

Попрощавшись, я сажусь в машину рядом с отцом и отчаянно машу руками, пока дом Антоныча не скрывается из виду.

А Антон...

Антона я буду ждать в городе. Ближайшие дни решат нашу судьбу.

Василина

Аудитория не заполнена даже наполовину. Очевидно третьекурсники считают ниже своего достоинства начать посещать лекции, когда лето еще не уступило осени свои права.

Сегодня второе сентября, и на вчерашнюю дурацкую линейку я тоже не пошла — нет настроения, и нет желания встречаться с некоторыми из бывших друзей.

— Василинчик! — восклицает Дана, увидев меня.

Поставив на парту брендовую сумку из последней коллекции, она опускает руки на мои плечи и расцеловывает воздух у моих щек.

— Боже... красотка!.. — сощурив глаза, смотрит на меня близоруко, — Загар — олива и миндаль!.. Мальдивы?.. Тай? Бали?

— Эмм...

— Нет же! — перебивает меня, смеясь сама над собой, — Это Майами! В прошлом году, когда...