— Действительно так, милостью Омниссии, — подтвердил юный техножрец, нетерпеливо кивая.
— Духи коротких замыканий ограничили святую энергию, предотвращая нанесение ущерба в ее стремлении к свободе. — Он неудачно постарался сохранить нотки гордости в своем голосе. — Я нес персональную ответственность за соответствующие ритуалы благодарности, за их своевременное вмешательство.
— Тогда мне действительно нужно руководство для входа в устройство Великой Машины, — сказал Векс, не видя ничего дурного в поощрении тщеславия молодого человека, если это поможет ему достать необходимые данные немного более эффективно. Быстрый цифровой обмен идентифицировал его как Брата Полка, низко квалифицированного техноадепта, прикомандированного сюда Адептус Механикус. Как и у всех остальных, с кем он обменивался рукопожатиями с тех пор как прибыл, второй слой вложенного кода содержал допуск безопасности, заверенный Инквизиторским связным офисом на Лате. Векс удовлетворился этим, до сих пор уязвленный подразумеваемым Кейрой пятном на честности ордена, которому служил. — Я прав, думая, что вторичные генераторы в похожем состоянии?
— Совершенно верно, — сказал Полк, отвечая точно в такое же льстивой манере, предложенный Вексом анализ был очень вероятен. — Системы безопасности выполнили свои функции как истинные слуги Машины.
— Превосходно, — сказал Векс.
Если Полк был прав, он только что сэкономил около трех часов кропотливого расследования. Он еще раз взглянул на схему, отмечая наиболее уязвимые точки.
— Если я предложу вам составить мне компанию в главный теплообменник, я уверен, ваши советы будут там так же ценны.
— Техномагос Тонис сказал, что моя служба здесь чрезвычайно важна, — неохотно ответил Полк. — Духи машин генераторной серьезно оскорблены, и они должны быть успокоены со всем уважением.
— Единственно правильно и верно, — ответил Векс, углубляясь в длительный, детализированный анализ без помощи молодого человека. Полк кивнул, его разочарование невозможностью принять участии далее в запросах было весьма ощутимо, и другая мысль пришла к Вексу. — Хотя, возможно помогая мне в поимке человека, ответственного за их страдания, как можно быстрее, возможно восстановит их равновесие даже более эффективно.
— Возможно поможет, — с рвением ответил Полк. — да и вы, кроме того, действуете от имени Инквизиции. Возможно я смогу выполнить свой долг лучше, помогая вам.
— Это кажется наиболее рациональным выводом, — сказал Векс, позволяя себе секундное удивление над энтузиазмом молодого человека, возможно видя в нем немного себя, в день, когда Инквизитор Финуби зашел в тихую святыню Механикус с интересной проблемой для разрешения. Он встал в стороне, деактивировал инфо планшет, и вернул его в карман робы. — Возможно вы будете любезны показать дорогу.
Талант Инквизитора горел и пульсировал как психический маяк, непреодолимо маня нарушителя к нему, обжигая своей чистотой и мощью. Нарушитель на мгновение замешкался, задумываясь о том, не ждал ли он слишком долго. Сила человека росла каждую секунду, его защита была остра и алмазно тверда, уязвимости, которые он надеялся найти, затягивались даже пока он смотрел.
Затем, когда он был уже на грани, чтоб развернуться и уйти, он увидел маленький недостаток, крошечную щель, в которую никто из его рода даже не посмел бы сунуться в большинстве обстоятельств, но у него не было выбора. Ведомый отчаяньем, он бросился в атаку.
Карлос пошевелился, его сон был тревожен, как часто бывало в такие дни. Он видел и делал слишком многое, чтоб когда-либо спокойно заснуть, но утомление сковало его сознание туманом, потопив и заставив задыхаться его душу. Он был с Элирой, она не часто ему снилась, приятные воспоминания, оба еще юны, они на кровати в вилле, в горах над Фаллионом. Он возвратился в дни, когда они были только вдвоем, до того, как к ним присоединился Ройкрик, охотник за головами и Верро ратлинг. Теперь Ройкрик и Верро мертвы, и он оплакивал их, отчаянно рыдал, даже несмотря на то, что они умерли в полусекторе от него и тремя годами позже Фаллиона.
Карлос, что такое? спрашивала Элира, улыбаясь так, что его сердце пело, но это только усиливало его печаль. Ее волосы были красного цвета, не желтые, и он мог видеть сквозь нее, сквозь разлом, где должна была быть стена, что деревня в долине под ними горела от края до края, ее жители убегали, вопили и умирали, сгорая как свечки или задыхались в своем собственном дыму от тела. Он старался ответить, но ничего не выходило из-за мучительного плача, который сотрясал все его тело, и все что ему оставалось, выть как дитя. Все в порядке, я здесь. Ее руки обняли его, успокаивающие и обнадеживающие, и он вцепился в нее, отчаянно ища успокоения. Я теперь с тобой и никогда тебя не покину.
Он сжала его сильнее, невозможно сильно, двигаясь волнообразно вокруг него, и он начал отбиваться, смутно понимая сквозь кошмар, что что-то не так.
— Набери его еще раз, — сказал Хорст, отрывая взгляд от гипнотического кружения поземки в темноте за окном гостевых апартаментов. Элира на мгновение взглянула на него, как будто пыталась найти способ сказать, насколько глупым она нашла его совет, и сдалась, возвращая внимание к вокс панели.
— Карлос, шаттл готов. Ты слышишь меня?
— Он видимо действительно устал, — сказала Кейра, поднимая взгляд от метательного ножа, с которым она игралась, балансируя им на кончике пальца, подкидывая его вверх, чтоб поймать за рукоятку, и затем все повторяла. Дрейк завороженно наблюдал за ней с самого начала ее забавы, чашка с рекафом давно остыла в его руке и Кирлок давно ушел спать.
Хорст кивнул.
— Вряд ли это удивительно, — согласился он. — Я не помню, когда последний раз видел его таким утомленным.
— Мне лучше пойти и разбудить его, — заявила Элира.
Кейра пожала плечами.
— Он будет раздражен, — предупредила она.
— Он будет еще сильнее раздражен если мы позволим спать ему сейчас, когда шаттл готов, — сказала Элира, подходя к двери.
— Карлос. Карлос, это я — Элира. — Голос эхом разносился по гостевой комнате, сопровождаемый громким, продолжительным стуком. — Карлос, с тобой все в порядке?
Голос проник глубоко в кошмар, чистый и настоящий.
Это не происходит! Подумал Карлос, отрывая от себя фальшивую Эллиру одним психокинетически ударом. Когда она отлетела назад, он увидел, что ее конечности удлинены и лишены костей, как щупальца. Они свисали с тела, которое парило в воздухе перед ним, теряя человеческое подобие, когда он более ясно сфокусировался на нем. Он быстро проснулся от кошмара.
Штука, которая его атаковала, была настоящей, гротескный призрак, плавающий в нескольких футах над его кроватью, ее щупальца уже опускались, чтоб опять поймать его в ловушку. Хотя самым плохим было то, что эта штука была иллюзорна, мерцала и исчезала из реальности, когда он смотрел на нее. Он еще раз потянулся своим разумом, чтоб ударить ее, но она сопротивлялась. Так или иначе, момент их контакта опять подорвал его силу, и оно оживилось, избежав иллюзорного удара и кинулось на него.
— Карлос! Ты меня слышишь? — опять раздался голос Элиры, кричащий от озабоченности.
Туманные воспоминания его кошмара начали всплывать на поверхность сознания, а с ними и волна гнева, которая ворвалась в его разум, сметая все остальное прочь. Эта порожденная варпом тварь оскверняла его наиболее лелеемые воспоминания, стараясь превратить их в оружие против него, старалась превратить его любовь к Элире в инструмент его саморазрушения. Собрав каждую йоту гнева, он направил его, формируя копье чистой ненависти и злости, оно пронзило вздутое тело, которое парило над ним, прожигая его, как раскаленный добела клинок.
— Что это было? — спросил Хорст, доставая свой болт пистолет, когда от спальни инквизитора по коридору эхом разнесся жуткий вопль. Но до того, как он воспользовался пистолетом, дверь перед ним слетела с петель, сметенная клубком огня, который создала перед собой Элира.