С того самого момента, когда она впервые пришла в спортивный зал и начала учить меня растяжке, предварительно раскритиковав мою.

Я тогда смотрел на неё и думал, что она слишком наглая для такой маленькой девчонки.

И одновременно… Слишком красивая.

Именно тогда в моей голове впервые произошло то самое тихое внутреннее: БУМ.

Я взглянул на макушку Ники, которая сейчас была прямо под моим носом, и не удержался — чмокнул её в волосы.

— Малыш, тебе купить кофе? — тихо спросил я.

Ника подняла взгляд с телефона, в котором сейчас листала чат своей группы по гимнастике, и посмотрела на меня.

Её глаза были немного сонными.

— Угу… — пробормотала она и зевнула.

В Нью-Йорке была ночь.

Ника так и не успела привыкнуть к смене часовых поясов. Её режим всё ещё строился по московскому времени.

Нам предстоял перелёт с пересадкой.

В Москве будет уже почти десять вечера, когда мы там окажемся.

Я осторожно отстранился от девушки и встал.

Ника поднялась следом за мной и поправила юбку на своём платье.

— Я в уборную, — прошептала она.

Мы разошлись в разные стороны.

Ника — в сторону туалетов.

Я — к кофейному автомату.

— Ну как дела? — спросил Толик, подходя ко мне и хлопая по плечу. — Ты доволен? Забрал пояс. И не только… Вон Ника с тобой.

— Доволен, — не стал скрывать я. — Второму я рад даже больше, чем первому.

— Что дальше делать планируете?

— В каком смысле? — я взял стаканчик из автомата и размешал ложечкой сахар.

— Ну, какие планы на жизнь?

— Предложил ей жить вместе, — ответил я.

— А она что? — хохотнул Толик.

— Считает, что я тороплюсь.

— Разве это не правда? Вы только встречаться начали. Может, притереться сначала?

— Бля, мы два года притираемся уже, — резко сказал я. — Столько времени просрано, что аж жалко.

— И то верно, — кивнул Толик. — Семейная жизнь, значит?

— Типа того… — ухмыльнулся я.

Ну нифига себе. Вот это я загнул.

И ведь правда. Почти семейная жизнь.

Пусть. С Никой ни капли не страшно.

— Ну тогда приглашаю вас с Никой на свадьбу, — вдруг сказал Толик. — Мы со Златкой в декабре женимся. Подали заявление в ЗАГС перед отъездом. Все наши будут. Пригласительные ближе к дате получите.

— Поздравляю! — ухмыльнулся я. — А почему зимой-то?

— Да потому что до декабря дат свободных и не было. Всё забито, прикинь! Так что, если решите жениться, бронируйте уже сейчас! — заржал он.

Я лишь усмехнулся.

Через несколько минут у Толика зазвонил телефон, и он отошёл.

А я взял два стаканчика с кофе и направился обратно в зал ожидания, где уже должна была быть Ника. Но её на месте не было.

Я поставил стаканчики на сиденья и решил пойти ей навстречу.

На полпути я заметил Нику. Не одну.

Она стояла чуть в стороне от основного потока людей и разговаривала с каким-то незнакомым парнем. Высокий, светловолосый, явно американец. Он стоял напротив неё, слегка наклонившись вперёд, будто боялся упустить её внимание.

О чём-то общались.

Рыжик даже вежливо улыбалась.

И эта её улыбка, лёгкая, немного смущённая, та самая, от которой у меня внутри всё переворачивалось — почему-то сейчас дико меня бесила.

А этот тип перед ней распинался так, словно выступал на каком-то грёбаном кастинге.

Даже грудь колесом выкатил. Прямо как павлин.

— You are a very beautiful girl! — эмоционально заявил этот опёздол, размахнувшись руками, будто делал ей величайший комплимент в своей жизни.

Beautiful, блять. Но не твоя.

Я остановился на секунду, глядя на них со стороны.

Что за хрень вообще происходит?

Почему возле неё постоянно кто-то ошивается?

Стоит мне отвернуться на пять минут — и рядом уже какой-нибудь умник нарисовался.

Мне что, плакат на неё прибить? Большой такой.

С надписью: «МОЯ».

Нет. Лучше кольцо надеть. Так надёжнее.

Толик вон решился спустя несколько месяцев отношений со Златкой. Я чем хуже?

Тем более, не должна моя малышка на птичьих правах жить.

Да. Вот это мысль.

Переваривая её, я подошёл к Нике. Взял её за руку.

И только потом перевёл взгляд на этого белобрысого павлина.

— Съебись отсюда! — рявкнул я.

Ника мгновенно застыла.

— Никит… — простонала рыжик, закрывая лицо ладонью, словно ей хотелось провалиться сквозь землю.

Американец же непонимающе моргнул.

— What?

— Да-да, what (вот) туда! — кивнул я, указывая рукой куда подальше. — Иди.

Он явно не понял половину того, что я сказал.

Но мой тон, похоже, понял прекрасно.

Поэтому замялся, бросил на Нику растерянный взгляд и медленно попятился назад.

А я уже не смотрел на него.

Я просто развернулся и пошёл в сторону зала ожидания, утягивая Нику за собой.

Стоило нам отойти на несколько метров, как девушка резко дёрнула меня за руку.

Я остановился. Развернулся.

— Это что сейчас было? — спросила она, кивая в сторону всё ещё офигевшего от происходящего американца.

— Ничего, — коротко ответил я и машинально коснулся её волос.

Пальцы сами нашли её рыжие пряди.

— Не нравится мне, что к тебе подкатывают.

— Так нельзя, Ник… — тихо произнесла Ника.

Она смотрела на меня спокойно. Без злости.

Но серьёзно.

— Ты не должен так себя вести. Не должен кидаться на всех, кто ко мне подходит.

— Кто такое сказал?! — я всё ещё злился, и голос мой звучал резче, чем хотелось.

— Я сказала, — мягко ответила она.

Её голос был тихим, почти успокаивающим.

— Ты же знаешь, что я с тобой. Что прилетела к тебе и улетаю с тобой. Что люблю тебя… знаешь.

Она приподнялась на носочки. Осторожно коснулась моего лица.

Её пальцы мягко прошлись по моей щеке, по тому самому месту, где ещё оставался синяк после боя.

Я застыл. Смотрел в её глаза и чувствовал, как вся злость куда-то уходит.

Просто растворяется. Будто её никогда и не было.

Я наклонился к ней. Взял её лицо в свои ладони и поцеловал.

Мягко. Без спешки. Без всякой пошлости.

Просто коснулся её губ своими.

Она тут же прижалась ко мне. Ответила на поцелуй.