– Да. Приезжай побыстрее, а… А то…

– А то что? – Нина быстро взглянула на Лену.

– А то день сегодня хреновый…

– Ладно. Я скоро, - пообещала Нина.

Не станет она ничего Ленке говорить. И Сергею не станет. Лучше продолжит подталкивать к разводу. Не бывало еще такого, чтобы вышло не по ее.

– Кто это? Толик? – улыбнулась Лена, когда Нина вернулась.

– А? Какой Толик? – рассеянно спросила Нина.

– Ну, тот самый.

Лена многозначительно приподняла правую бровь и хитро посмотрела.

– А-а-а, нет… Нет. Это не Толик, - отмахнулась Нина.

Вспоминать тот спектакль не любила. Три месяца назад, устав от бесконечных обещаний, Нина пригласила Лену с мужем в гости. С наслаждением смотрела, как вытянулось лицо Сергея, когда в роскошной гостиной на белоснежном кожаном диване, он увидел Толика.

Мельком они были знакомы. Сергей видел Толика пару раз. Иногда Нина брала с ним индивидуальные тренировки и не очень сопротивлялась, когда его рука крепко ложилась ей на бедро или выше. Толик был молод, любил свое рельефное тело и явно преуспел в соблазнении женщин. Особенно тех, кто постарше. Нина с ним частенько забавлялась – кокетничала и делала комплименты. Слушала его глупые шутки и оставляла чаевые.

В гости Толик пожаловал с большим удовольствием. Правда, немного скис, когда узнал, что пригласила его Нина не для любовных утех. А он-то уже завелся с полуоборота. Особенно когда увидел размеры квартирки с панорамными окнами, откуда открывался вид на парк с прудами. Подозревал, конечно, что Нина не ютится в однушке, но чтобы так…

Толик вел себя очень раскованно, его рука то и дело накрывала круглую Нинину коленку, она хихикала и требовала подлить ей еще шампанского. Делала вид, что Сергея в комнате нет. А он играл желваками и кривил губы, стараясь хоть как-то поддеть невыносимо говорливого Толика.

На следующий день Лена хихикала:

– Слушай, мой-то вчера за тебя распереживался! Весь вечер не мог успокоиться. Я ему говорю: тебе-то что? А он: зачем Нина этого альфонса к себе домой притащила? Я говорю: что сразу альфонс? Приятный молодой человек. А Сережка начал мне доказывать, что твой Толик только и мечтает о деньгах и комфорте. Забавно так…

Вот за это Нина Ленку и ненавидела. За то, что в ее немодной квартире уютно и не хочется уходить, за Сергея, который не превратился в пузатого плешивого мужичка, лежащего с банкой пива на диване, за то, что есть у нее женское счастье.

То самое бабье счастье, которое Нина столько раз презрительно высмеивала, но которого отчаянно и страстно захотела, когда увидела, как Сергей смотрел на Лену.

– Ох, Ниночка, я бы еще с тобой посидела, но надо бежать. Берта у меня, как кукушка в часах, - грустно улыбнулась Лена. – Чувствует до минуты, если я задерживаюсь. Прости, не поговорили. Но я очень тебе благодарна… Правда, Нинуль. Если бы не ты… - Лена проглотила ком в горле и обняла Нину.

Через несколько секунд отстранилась и заглянула в лицо:

– А за отчет не переживай. Я всё исправлю. Сегодня вечером всё доделаю. Крокодил Гена будет доволен.

Она поцеловала Нину в щеку, подхватила сумку и быстрым шагом пошла к выходу. Пробегая мимо, махнула за стеклом рукой. Нина задумчиво проводила ее взглядом и, кажется, приняла единственно верное решение.

Глава 11

– Пенсия, Лена. Сегодня пенсия, - вынырнула из небытия Берта.

Проблеск случался каждый месяц. Поначалу Лена цеплялась за этот факт, но доктора быстро спустили ее на землю. Берта могла вспомнить, какое платье на нее надела мама в три года, но не понимала, где находится сейчас.

– Да, Берта, верно, - кивнула Лена. – Вот.

Она протянула ей сто рублей. Бумажками по пятьдесят. И еще два рубля мелочью. Это было важно. Методом проб и ошибок они пришли к этому варианту. Одну купюру Берта не брала, отворачивалась и монотонно вскрикивала: пенсия, пенсия, пенсия. Только две по пятьдесят. Тогда успокаивалась. Остальное хранилось на ее карте, и Лена по мере надобности снимала.

Берта схватила деньги, тщательно их свернула и положила в карман халата. Мелочь подвинула Лене:

– Купи сестре конфеты.

За сестру она принимала Аню – свою внучку.

***

Аня торопливо шагала к дорогому жилому комплексу. Красные кеды отважно шлепали по лужам, непослушный завиток косой челки лез по обыкновению в глаза. Из-за дождя Аня сняла очки, и теперь близоруко щурилась, отыскивая, как ей пробраться к воротам в царство успешных.

Набрав цифры, натянула на лицо улыбку. Нужно, очень нужно заполучить этого ученика. Не просить же у родителей на коммуналку? И так спасибо, что оплатили обучение. Баллов набрала прилично, но слишком уж мало мест оказалось на бюджете, на всех не хватило.

С первого курса бралась за любую подработку. Попробовала и роль баристы, и официантки, и курьера, но поняла, что начинает страдать учеба. Восточный факультет – не шутка. Кафедра китайской филологии. Поблажек платникам никто не делает. Поэтому выходом стало репетиторство. Китайский язык в моде. Состоятельные семьи любят, чтобы их отпрыски учили что-то экзотическое. Кого сейчас удивишь английским? Вот Аня и дала объявление на одном из сайтов.

За спиной мягко захлопнулась калитка. Аня растерянно поискала глазами, где может находиться нужный ей подъезд. Опаздывать нельзя, вдруг это повлияет на решение взять ее в репетиторы или нет. Деньги, деньги… Постоянно их недостаточно. Но раз уже решила в самостоятельность, куда деваться? Надо выкручиваться без помощи мамы и папы.

Им и так хлопот с бабушкой хватает. Жалко их. Особенно маму. Хорошо, что отец помогает. Только вот, как поняла из последних разговоров, по работе у него стало не очень. Тогда тем более просить на себя стыдно. Ничего, справится сама!

И назло Петьке справится! Сколько ни запрещала себе вспоминать о завершившемся недавно романе, всё равно в мыслях возвращалась. Особенно в выходные, когда накатывали воспоминания. Аня сердито нахмурилась: прочь из моей головы. Как в любимой песне.

Маме о разрыве с Петькой не сказала. Незачем. Начнет вздыхать, в глаза заглядывать, переживать. Всё-таки год были вместе. А у нее и так хлопот море. А Петька… Что Петька? Пусть и дальше тусит и развлекается.

Покорив еще одну дверь, теперь уже в подъезд, Аня вошла в сверкающий мрамором вестибюль. Поморщилась: и тут золоченые орлы. Не жилищный комплекс, а дворцовое поместье какое-то. Никогда не мечтала о таком пафосе. Сталинский дом, где находится квартира бабушки, гораздо уютнее. Дышит стариной, историей и бабушкиными смешными историями.

Вот мама не верит, а Берта, и правда, знает много историй. Точнее, знала. Грустно, что она так далеко забралась, потеряв связь с реальностью, но Аня себя утешала: наверняка бабушка бродит в своих диковинных мирах, о которых вещала ей в детстве.

По возможности помогала. И было в этом что-то странное, кормить с ложечки ту, которая сама тебя в детстве кормила кашей. Но Аня была терпелива.

Ученик оказался на редкость приличным. Родители, конечно, снобы. Особенно мамаша. Такое лицо сделала, когда увидела Аню.

– Простите, а вы точно третий курс закончили?

Аня, уже наученная горьким опытом, с милой улыбкой показала студенческий и зачетку, где красовались сплошные «отлично». Красный диплом светит. Хотя это и не цель. Просто так получилось.

– Ну что ты, Наташа… - пробубнил смущенный отец семейства.

– А что? – вскинула ламинированные брови Наташа.

И тут же задала новый вопрос:

– Вы и в Китае были?

– Была. На практике. Два раза.

Наташа кивнула и допустила ее в комнату к сыну – белоголовому мальчику с розовой макушкой. Аня внимания на допрос не обращала. Отвечала без снобизма, но и подобострастно расшаркиваться не собиралась.

Через час, оставив ученику задания и получив перевод на карту, покинула огромные апартаменты и поспешила на улицу. В бесшумном лифте вскинула победно руку: «вансэй» - ура! Получилось. Еще один ученик в кармане!