Лена спустилась вниз, долго звонила в дверь пострадавшей от Берты квартиры, но ей никто не открыл. Почудилось только слабое мяуканье. Как там кота звали? Лена улыбнулась – Эскулап. Как смешно о нем рассказывал Давид.

Досадливо поморщилась – с чего вдруг вспомнила? Просто, так и не смогла забыть сильных рук, которые сначала успокоили и спасли от удушья, а спустя несколько дней крепко сжали ладошку и отвели за кухонный стол. И сделали для нее чай.

Вот бы сейчас открылась дверь, а там он… И тут же себя одернула – совсем уже? Прям, вот спит и видит он тебя в своих грезах. Скажи еще, мечтает встретиться. Особенно в свете наличия дементной свекрови в придачу. Самой-то не смешно?

Вернулась с небес на грешную землю и принялась звонить Татьяне Борисовне.

– Как вам это удалось? – ахнула та в полном восторге. – Там же очередь на год вперед! Это необыкновенная удача! Просто необыкновенная! Обязательно везите Берту! Слышите? Обязательно! И даже не сомневайтесь…

После слов доктора, они с Аней решились.

Ночью снилась ей Нина. Выговаривала что-то сурово, требовала, а Лена ничего не могла ответить, потому что зашила ей бывшая подруга рот суровыми нитками. Грозила и руки пришить к телу, но обошлось. Лена сделала хитрый ход и проснулась.

«Это всё от ее звонков, - подумала она, вглядываясь в темноту, - надо сменить номер». И сразу стало спокойно. Раз уж новая жизнь, пусть всё будет новым – и дом, и работа, и номер телефона. Засыпая, подумала, что нужно было хотя бы записку Жанне оставить. Ладно, заедет на днях и поблагодарит.

***

Нина приподняла голову и застонала. Будильник навязчивой трелью вгрызался в воспаленный мозг. Нашарив телефон, отключила звук и рухнула обратно на подушку. Рука осталась лежать на тумбочке, задевая бокал в красных потеках. Глухо звякнула пустая бутылка. Нина поморщилась.

Вчера после ухода Сережи, она терпеливо прождала несколько часов. Он так и не появился, на телефон тоже не ответил. Шли бесконечные долгие гудки и терялись в пространстве.

Вот тогда и была вынута из бара бутылка вина. Нина думала, что обойдется парой бокалов, но неожиданно накатила такая тоска и безысходность, хоть волком вой. Опьянела подозрительно быстро, наверное, сказались нервы. Сердце залила черная, мутная, засаленная, как старый халат злоба.

Пальцы сами скользнули по экрану. И только отвела душеньку, высказав всё, что наболело, только испытала хоть какое-то подобие облегчения, как эта стерва отключила телефон.

Нина еле сдержалась, чтобы не прыгнуть в такси и не поехать к Ленке домой. Остановило только, что та нажалуется Сергею и посеет между ними новую ссору. И так уже им напакостила, будь здоров!

Допила вино, поплакала, забылась дурным тяжелым сном. А теперь нужно как-то ползти на работу и весь день изображать из себя бодрого и энергичного руководителя. Нина схватилась за виски – как же это надоело! Еще несколько недель назад всё шло по плану и оставалось только дождаться денег, а сейчас…

Будто кто-то сглазил. За что ни возьмется, оно трещит и рушится, и вот уже их с Сережей любовь под угрозой. Вот где он провел эту ночь? Где? И тут же сама себя успокоила: в офисе, наверное. Сидел, пил коньяк, злился на весь мир.

Но ничего, вечером будет, как шелковый. Потому что Нина обиделась. И за подозрения, которыми он ее осыпал, и за ночевку не дома, и за то, что довел ее до слез и заставил опуститься до пьяных разборок с Леной.

И всё-таки было неуютно. Будто из-под панциря обнажила беззащитное розовое брюшко, показала свою уязвимость. Теперь еще Ленка подумает, что победила. Нина покосилась на пустую бутылку. Чертово вино! Будь оно неладно!

Нерешительно взяла телефон. Может, позвонить и сказать, что приболела. Нет, нельзя! Каждый день на счету. Без нее эти курицы ничего делать не станут, а перед Игорем Михайловичем нужно реабилитироваться. Умри, но ползи в офис.

Нина с трудом встала и поплелась в душ. Хорошо, будильник сработал рано и есть время, чтобы привести себя в порядок. Отсидится сегодня в кабинете, благо, с документами работы море, а вечером спокойно с Сережей поговорят.

Осталось немного. Скоро суд, продадут квартиру, поделят деньги, и начнется новая жизнь. Всколыхнулась ядовитая жижа – как же жалко отдавать Ленке половину. Так и на бабку может не хватить.

А с другой стороны, что за беда? Не хватит на самый простенький пансионат, значит, не хватит. Вот и пусть Ленка дальше с ней возится, раз сердобольная такая. Ну, назначат отчисления на Берту, что ж. Сережа заплатит. Официально у него зарплата маленькая, так что и сумма будет курам на смех.

Нина повеселела. Деньгами Ленка легко бы отделалась, а так, пусть горшки выносит до самой старухиной смерти. А она бабка крепкая. Такие и до ста лет доживают.

Из душа вышла посвежевшая. Теперь крепкий кофе и в путь.

Телефон задорно подал сигнал о новом сообщении. Нина близоруко прищурилась – Сережа, небось. Наконец-то! И тут же сморщилась, будто лимон откусила. Дашка что-то хочет. Какое-то видео прислала.

Прихлебнув кофе, открыла и почувствовала, как сердце ухнуло в желудок. В полумраке показалось жизнерадостная мордашка дочери. Она старательно пригладила спутанные волосы и интимно промурлыкала:

– Привет, мамусик… Посмотри, в каком шикарном номере я сегодня ночую. И мне здесь совсем не скучно.

Камера совершила полукруг, показав довольно уютную комнату. Выхватила портьеры и скользнула дальше, к кровати. Даша снова появилась в кадре. Плечи обнажены, а ниже закутана в длинную простыню, как в тогу.

– А знаешь, мамусик, почему мне нескучно?

Даша захихикала и, кажется, немножко покраснела.

– Сейчас покажу,- заговорщически прошептала она и подмигнула.

Камера приблизилась к лежавшему на кровати мужчине, и Нина на секунду перестала дышать.

Глава 47

– И принесите нам шампанского… - промычал Сергей, когда им выдали в гостинице ключ.

Добрались до номера. Даша попыталась пройти к балкону, но Сергей поймал ее и обнял, жарко дыша в щеку. Потом прижал к стене и, сминая юбку, повел рукой по бедру.

– Я не… ты такая красивая, - раздался его хриплый голос.

Даша вывернулась. В глазах прыгали смешинки.

– Но, но, но! – покачала она пальчиком перед лицом. – Не торопись.

Она толкнула его к кровати. Сергей качнулся и чуть не упал. Даша негромко засмеялась и взяла его за руку. Пальцы были горячими и сухими.

– Ложись… ложись… я сама всё сделаю,- шепнула она.

Сергей криво ухмыльнулся, спутанные кудри упали на лоб. Сделав пару неуверенных шагов, рухнул на большую кровать. Упал на спину, раскинул руки, пытаясь сфокусировать взгляд.

Даша изящно прилегла рядом, закинула ногу в легкомысленных гетрах на бедро. Пальчиком обрисовала профиль. Сергей замычал и попытался приподняться.

– Ш-ш-ш, лежи тихо…

– Иди ко мне, - прохрипел он, пытаясь поймать ее руки.

– Не торопись, - приказала Даша ледяным тоном.

Сергей повиновался. Глаза слипались. Он что-то пробормотал и махнул рукой. Она так и осталась закинутой за голову. Раздалось похрапывание. Сергей крепко спал.

Даша хихикнула и сползла с кровати. Сев в кресло напротив, приготовилась ждать. Нужно чтобы наверняка.

Через полчаса потрясла Сергея за плечо. Он никак не отреагировал, только всхрапнул сильнее. Ловкие пальчики быстро расстегнули рубашку, стянули с тела. Стукнула о кровать пряжка ремня, следом слетели брюки. Трусы трогать не стала.

Вытянув из-под несостоявшегося любовника покрывало, Даша набросила его так, чтобы скрыть нижнее белье. Сама быстро разделась и закуталась в скользкую простыню. Растрепала волосы, чуть размазала тушь и взяла телефон. Покрутилась, выискивая подходящий ракурс, и нажала на запись.

– Привет, мамусик… Посмотри, в каком шикарном номере я сегодня ночую. И мне здесь совсем не скучно.

***

Нина истерично взвизгнула и, отбросив телефон, затопала ногами.