Сквозь выступившие слезы, Лены видела, как Давид шагнул к ней, бесцеремонно наклонил ее вперед, положил руку между лопаток и негромко сказал:

– Сделайте резкий выдох.

Лена закрыла глаза и сильно выдохнула, следом удалось сделать коротенький вдох.

– Еще раз, - приказал сосед и второй рукой сжал ее кисть.

Лена вцепилась в него пальцами и снова выдохнула. Дышать стало легче, хотя в груди пекло, а горло саднило. Она еще несколько раз кашлянула, вытерла слезы и обессиленно откинулась на спинку стула. Говорить пока не могла.

Было в этой ситуации что-то ироничное. Она думала, что умрет от горя, а сама чуть не отправилась на тот свет из-за глотка чая, попавшего не в то горло. Это было бы совсем глупо и даже никак бы не заставило Сергея мучиться угрызениями совести. Хотя какая там может быть совесть?

Хлопнула входная дверь.

– Мам, а я нам мороженое…

Аня замолчала и вытянула шею, заметив мужской силуэт. Как молодая борзая встала в стойку – только что клыки не ощерила. Показалось, что это отец. Но увидев незнакомца, расслабила плечи.

– Здравствуйте, - поздоровалась, примостив пакет рядом с холодильником.

Покосилась на пятна на лице матери, на кружку с недопитым чаем, нахмурилась.

– Аня, это наш сосед снизу. Давид Давидович. А это Аня, моя дочь.

Голос был хриплым, пришлось снова откашляться. Давид кивнул Ане и озабоченно посмотрел на Лену.

– С мороженым я бы советовал не торопиться. Ну, всего доброго. Будьте осторожнее с чаем.

Провожать Лена не пошла. Слишком уж блекло смотрелась рядом с расфуфыренным ДД.

– Ничего такой, - хитро прищурилась Аня, когда захлопнулась дверь.

Лена почувствовала, что краснеет.

– Ань… - укоризненно качнула головой и невольно улыбнулась.

– А что? Ты у меня еще во! – она поцеловала сложенные в щепотку пальцы. – Я тебя еще на сайте знакомств зарегистрирую!

Лена закатила глаза.

– Как придумаешь что-нибудь… Давай лучше, бабушке кашу варить…

Глава 19

Лена неподвижно лежала в постели. Рядом посапывала Аня. Как маленькая, притопала в пижаме и попросилась спать с ней. Но так даже лучше. По крайней мере, не одиноко. Всё-таки привыкла за четверть века чувствовать рядом тепло. Тепло мужа. Который скоро перестанет быть мужем официально.

И снова охватили страх и безысходность. Как она будет одна? Всегда рядом с Сережей, всегда вместе, а теперь протяни руку, а там никого, скажи что-то, а рядом гулкая пустота. Засветился экран телефона, цифры показывали 3:17.

Лена усмехнулась. Во всем теперь видит даты и напоминания. Семнадцатого марта у Нины день рождения. Получается, когда они с Сергеем ездили ее поздравлять, у них уже был роман? А она ведь ничегошеньки не замечала. Внутренности снова опалило жаром. Больно стало так, что Лена поджала к животу коленки. Тихо-тихо выдохнула. Зазмеилось горе черной струйкой в воздухе. Как же всё это унизительно, и лезет, и лезет в голову. Глумится.

Она обвела глазами спальню. Личный островок спокойствия, тихая гавань, где можно было спрятаться от внешнего мира и даже от Берты. И всё это в щепки разнес не ураган, а ее собственный муж. Одним взмахом перечеркнул двадцать пять лет, стер их, развеял по ветру и ушел к ее «лучшей» подруге. К женщине, которую она считала почти сестрой и доверяла самые сокровенные тайны.

Что ж, Нине нужно отдать должное. Она умело вела двойную игру, поддерживала теплое общение, пока расшатывала ее семью изнутри.

Горько было признаться себе, что поплатилась за свою наивность. Уже который раз Лена терзала себя вопросом, почему она, такая закрытая для всех, именно перед Ниной распахнула душу нараспашку? В чем был ее секрет? Какое-то колдовство…

Чары, под которые они попали вместе с Сергеем.

Встрепенулась надежда, забилась, терзаясь о шипы, которые выпустила, защищаясь Лена. Можно ведь эту дьявольщину попытаться разрушить? И спасти Сергея. И всё будет по-прежнему.

Чуть не засмеялась в голос, но побоялась разбудить Аню. Кого ты собралась расколдовывать? Человека, который хладнокровно разрубил на части тебя. Не пощадил мать и дочь.

Лена верила, что Берта всё чувствует, знает, что Сережа исчез, и может быть, ищет его в тех своих мирах, куда им нет доступа.

А он с Ниной.

– Лен, ты сильно Сергея не нагружай… Мужчины слабее. Ему привыкнуть надо к этой ситуации.

– Лен, ты заметила, какой у Сергея уставший взгляд. Он как будто даже похудел…

– Слушай, - шептала она на ухо,- а как у вас в постели?

Всё это Нина невзначай произносила, когда приходила в гости. Теперь-то Лена понимала зачем. Она находила слабые места, искусно подливала масло в огонь, сеяла сомнения в душе Сергея.

И снова закрутилась в голове кинопленка: последние месяцы, недели, дни…

В череде воспоминаний мелькнул и сосед, загадочный ДД, который оказался вполне разумным человеком. Избежала лишних проблем – уже хорошо. Потому что денег катастрофически не хватало. А с Сергеем на эту тему говорить не может. Она вообще ни с кем разговаривать не может.

Саднящее горло напомнило, как хладнокровно и спокойно Давид помогал ей, когда она подавилась. Интересно, кто он по профессии? Может быть, доктор. На контейнер с лекарствами слишком уж внимательно смотрел.

Впрочем, какая разница? Вряд ли они еще когда-то увидятся. Берта пока под ее присмотром, а дальше возможно, удастся взять сиделку. И снова деньги… Неизвестно еще, сколько эта Королева Шура берет.

Передернуло от отвращения, представила, как обсуждает с Сергеем вопрос содержания Берты. Хорошо бы он сам всё устроил. И сумму озвучил, и не забывал перечислять.

Уставилась расширенными глазами в темноту: если бы кто-то месяц назад предсказал ей будущее, рассмеялась бы в лицо. А теперь, и правда, грозит ей одиночество и вечная забота о Берте.

Не верилось, что это всё происходит с ней.

Уснула уже под утро, и впервые проспала подъем Берты. Спохватилась, когда окно уже было залито лучами щедрого солнца. Выскочила из спальни. Почти десять утра!

Из комнаты Берты доносилось бормотание телевизора.

– Ты выспалась? – спросила Аня, переворачивая на сковороде гренки. – Бабушку умыла, переодела, покормила. Таблетки дала.

Она кивнула в сторону таблеточницы, куда Лена накануне разложила лекарства.

– Она даже не возмущалась.

Аня ловко выложила румяные гренки на тарелку. В кофеварке бормотал уютно кофе. Аня тронула ее за руку:

– А еще утром был дождь. Но он закончился. Слышишь, мам? Закончился…

Она пристально посмотрела в глаза. Лена кивнула, привалилась плечом к стене и улыбнулась. Боже мой, какая у нее не по годам мудрая дочь. Дождь закончился, значит, и всё плохое рано или поздно закончится.

***

Сергей потянулся за телефоном – 3.17. В глазах, будто мелкая соль, жжет и не дает уснуть. Мысли кружатся каруселью. И все они вокруг двух женщин, двух совершенно разных миров, в которых он долгое время прожил.

С одной стороны – Лена, чей каждый жест знаешь уже с закрытыми глазами. Не нужно угадывать, когда рассмеется, а когда нахмурится. Что приготовит на завтрак, и какие цветы купит в театр. Общие воспоминания, общие радости. И горе тоже было одно на двоих.

До сих пор Лена не стала ему чужой. Просто шло время, и все друзья вокруг пачками стали разводиться. Мужской отдых с байдарками и рыбалкой стал проходить по-другому. Сергей с удивлением видел вместо привычных жен, новых женщин. Иногда молодых, иногда почти ровесниц. В общем, других.

Подшучивал над мужиками, пресловутого беса в ребро поминал. Потому что был уверен, уж его-то это точно не затронет. Зачем, когда есть Лена? Иронично хмыкал, когда очередной знакомый с шальным блеском в глазах крутил головой и потрясенно заявлял: Ты, Серега, не представляешь, что она в постели творит!

А потом появилась Нина. Он до сих пор помнит, как поразило его ее послушное в воде тело. Она так доверчиво к нему льнула. Страсть нахлынула, как цунами. Уволокла, обдирая до крови кожу, сбивая коленки, но даря при этом необыкновенный, сквозящий через боль восторг.