«Трэвел инк.» возникла тридцать лет назад. Вначале это была небольшая семейная фирма. Постепенно она разрасталась и теперь превратилась в одну из самых крупных туристических компаний в Бенилюксе.

Джордж Вандекерхове превратил небольшую службу такси, доставшуюся ему от отца, в современную транснациональную компанию, в которой работало около трех тысяч человек. Ее ежегодный денежный оборот составлял четырнадцать миллиардов бельгийских франков.

Вандекерхове и его младший брат Рональд были крупными магнатами, твердо стоящими на ногах.

Когда Ван-Ин вошел в здание, он был просто потрясен обилием дорогой современной техники. К собственному стыду, он понял, что не знает о предназначении и половины из этих технических агрегатов. В здании царила атмосфера богатства и благополучия.

Ван-Ин пересек огромный холл и подошел к стойке администратора. Администратор, ярко накрашенная блондинка, похожая на куклу Барби, вне всякого сомнения, была выпускницей одной из фламандских школ моделей. Она улыбнулась Ван-Ину широкой американской улыбкой.

– Я узнаю, на месте ли мистер Джордж, – произнесла она с западнофламандским акцентом.

Девушка немного поколдовала над пультом управления. Ван-Ин зачарованно смотрел, как ловко она управляется с этой чудо-машиной. Зазвенел телефон. Она взяла трубку, выслушала все, что ей сказали, и с виноватым видом посмотрела на комиссара, а он при этом инстинктивно втянул живот.

– Мистер Джордж сможет встретиться с вами через пятнадцать минут, – с напускной важностью сообщила она. – Вам придется немного подождать. Если вы не против, присядьте, пожалуйста. – С этими словами она указала на диванчик, окруженный искусственными пальмами.

На стене, напротив дивана, висели огромные часы в виде солнца с синими руками. Они показывали десять часов сорок минут. Ван-Ин поискал глазами пепельницу, но не нашел. И все равно закурил. Мисс Монро закашлялась, но ничего ему не сказала. Даже когда он бросил окурок на безупречной чистоты пол, мисс Монро сделала вид, что ничего не заметила.

Когда Ван-Ин выкурил третью по счету сигарету, опять зазвонил телефон. Экс-мисс Бельгия жестом показала Ван-Ину, что он может пройти.

– Кабинет мистера Джорджа находится на шестом этаже, – все так же широко улыбаясь, пояснила Барби.

Ван-Ин закинул ногой окурки под пластиковую пальму и встал.

Управление «Трэвел инк.» было визитной карточкой компании, и потому все здесь было на самом высоком уровне. На стенах висели литографии Дали, Модильяни и даже прекрасная копия со знаменитых «Ирисов» Ван Гога. На самом деле Джордж Вандекерхове ничего не смыслил в живописи. Все это он воспринимал лишь как способ показать свое благосостояние.

Из-за шпунтовых стен и оранжево-синих ковров казалось, что в здании всегда весна. У стен стояли диванчики из тропической древесины и обтянутые кожей. Из-за галогеновых ламп казалось, что все помещение залито солнцем.

Укрепленная на стене у двери кабинета Вандекерхове панель была разделена на две половины – зеленую и красную. На красной половине панели было написано «Подождите!», а на зеленой «Входите!». Ван-Ин нажал на кнопку. Сначала загорелась красная половина панели. Это означало, что Вандекерхове сейчас занят и в данную минуту не может принять посетителя. Спустя тридцать секунд загорелась зеленая половина панели, и комиссар вошел в кабинет.

Джордж Вандекерхове сидел за массивным письменным столом. Он разговаривал по телефону, плечом прижимая к уху трубку. Его волосы были тщательно уложены и смазаны гелем. Судя по всему, его прической занимался лучший в городе мастер, но его ухищрения не могли скрыть тот факт, что Джордж начал лысеть. Внешность Джорджа была самой заурядной; если бы не дорогой костюм и яркий галстук, его можно было бы принять за какого-нибудь клерка, работающего в захудалой конторе.

Вандекерхове жестом пригласил комиссара сесть.

– В этом году многие туристы откажутся от поездки в Египет, – сказал Джордж своему собеседнику на другом конце провода. – За последние восемнадцать месяцев денежный оборот от поездок в Египет упал на шестьдесят процентов. Мы снизили цены на проживание в пятизвездочных отелях Египта. Сбавили цены на авиабилеты. Но все это не принесло никакого результата.

Взглянув на Ван-Ина, Вандекерхове, извиняясь, улыбнулся, указал на хромированный металлический термос и пододвинул комиссару фарфоровую чашку.

– Денежный оборот от поездок в Турцию тоже снизился. Даже в Грецию теперь никто не хочет ехать. И все из-за РПК. Туристы до сих пор не могут отойти от того теракта, – продолжал Джордж сообщать неутешительные сведения своему невидимому собеседнику.

Ван-Ин налил в чашку кофе из термоса и сделал глоток. Вопреки его ожиданиям это была не обычная офисная бурда, а крепкий высококлассный кофе, судя по всему колумбийский, который в Бельгии был редкостью.

– С Марокко дела обстоят не лучше, – продолжал между тем Вандекерхове. Казалось, он совершенно забыл о присутствии Ван-Ина. – Как только в телевизионных новостях сообщили о бесчинствах фундаменталистов, туристы сразу же отменили поездки в эту страну.

– Нет, Алжир тоже не подойдет, – отверг Вандекерхове предложение своего собеседника на другом конце провода. – Туристы считают, что Алжир и Марокко – это одно и то же. Ведь и в той и другой стране носят бурнусы и ездят на верблюдах.

Судя по довольной улыбке, появившейся на лице Вандекерхове, его собеседник принялся извиняться. Но неожиданно лицо Джорджа помрачнело.

– Эбола? – прокричал он.

Нахмурившись, Вандекерхове молча слушал, продолжая прижимать к уху трубку. Возможно, теперь ему читали лекцию о смертельно опасном вирусе.

– Думаю, беспокоиться не о чем, – сказал он наконец. – Мы практически не работаем с Центральной Африкой. И, если туристы перестанут ездить в эту страну, большого ущерба не будет.

От нечего делать Ван-Ин смотрел в окно на пассажирский паром, медленно проплывающий по каналу. Он кашлянул, чтобы привлечь внимание Вандекерхове.

– Да, вы абсолютно правы, – не обращая никакого внимания на комиссара, продолжал разговор Вандекерхове. – Если так пойдет и дальше, то мы сможем работать только с европейскими странами. Но, боюсь, что тогда никаких отелей не хватит, чтобы принять всех туристов. Испанцам придется селить туристов в сараях для коз, как в старые времена. А англичанам – в двухэтажных трейлерах.

Ван-Ин налил кофе в другую чашку и пододвинул ее Вандекерхове. Джордж кивнул комиссару в знак благодарности и сделал глоток.

– Нет, я этого не знал, – проговорил он в телефонную трубку.

Выражение лица Вандекерхове изменилось. Благодушная улыбка сошла с его лица, а взгляд стал обеспокоенным.

– Послушайте, Джин. Перезвоните мне после десяти часов вечера. У меня сейчас важная встреча.

Вандекерхове нисколько не смутило то, что Ван-Ин стал невольным свидетелем его лжи.

– Я постараюсь решить этот вопрос к завтрашнему дню, – мрачно сказал Вандекерхове и повесил трубку. – Итак, чем могу служить, комиссар?

Мрачное выражение его лица, как по волшебству, сменилось фирменной улыбкой владельца «Трэвел инк.».

– Меня зовут Ван-Ин. Питер Ван-Ин, – сказал комиссар. Он всегда подражал Джеймсу Бонду, когда называл свое имя. Очень уж ему нравилась его манера представляться: «Меня зовут Бонд. Джеймс Бонд».

– Очень приятно, – со смехом проговорил Вандекерхове. – Простите, что заставил вас ждать. Жизнь бьет ключом, сами видите. Ни одной свободной минуты.

– Да, я это заметил. Девушка-администратор тоже была очень занята, – приветливым тоном, сквозь который все же проскальзывала насмешка, заметил Ван-Ин. – Думаю, не так-то просто найти на должность администратора красивую и одновременно толковую девушку. Но вам это удалось.

Улыбка в мгновение ока исчезла с лица Вандекерхове. Он откинулся на спинку стула и сложил руки на животе. Он ждал, когда наконец комиссар перейдет к делу. Обычно Ван-Ин не любил тратить время на праздные разговоры. Но теперь он хотел отомстить Вандекерхове, который явно намеренно заставил его ждать.