– Да, Лили Бар, – смущенно ответила мисс Лейн.

– Кто это? Вторая горничная?

– Нет, мисс Бар работает в конторе, которая занимается импортом из Калькутты. Владелец фирмы снимает офис в этом здании. Но сейчас Лили уже ушла.

– Откуда вы знаете?

– Она сказала мне «до свидания» и помахала рукой.

Записав фамилии всех опрошенных, капитан поднялся в пентхаус. Гости пребывали в полном унынии.

– Я уже ознакомился с вашими ответами на вопросы, заданные вам мисс Морроу, – строго сказал капитан, давая понять, что он тут самый главный. – Поэтому ограничусь тем, что попрошу каждого из вас представиться. Громко и четко назовите свое имя и скажите: вы видели или, может, слышали то, что дало бы зацепку в расследовании? Прошу вас прямо сейчас сообщить мне об этом. Я знаю, что одна из дам заметила незнакомого мужчину, который спускался по пожарной лестнице. Я желал бы узнать подробности.

Эллен слово в слово повторила свою историю.

– Как он выглядел? – допытывался Фланер. – Опишите его внешность!

– Я видела только силуэт, и тот еле брезжил в тумане, – устало ответила женщина.

Фланеру ничего не оставалось, как всех отпустить. Гости не замедлили воспользоваться разрешением и отправились по домам. Чарли Чан взял свои плащ и шляпу, намереваясь, видимо, последовать за прочими.

– Мистер Чан! – окликнула его Джил. – Вы что, уже покидаете нас? Я хотела бы с вами посоветоваться…

– Мне бы немного отдохнуть перед отъездом, – смущенно произнес сержант.

– Уверяю вас, это совсем недолго.

– Хорошо, – кивнул китаец.

– Ситуация непростая, – с апломбом заявил капитан Фланер. – Я пришел к выводу, что у каждого из гостей имелась возможность воспользоваться пожарной лестницей. Несколько человек выходили в сад, потом возвращались в зал или гостиную и, конечно, запомнили расположение комнат и лестниц.

– Я полностью разделяю ваше мнение, – отозвался Барри Кирк.

– Вы заметили, капитан, что светлое платье одной из наших дам испачкано ржавчиной? – осторожно вмешался Чарли Чан.

– Еще бы не заметить! – важно изрек Фланер и почему-то покраснел. – А кто эта особа?

– Миссис Эндерб, которая сообщила о мужчине на пожарной лестнице. Рад быть вам полезен хотя бы в такой малости, хотя не люблю никого поучать. Но теперь разрешите откланяться. Завтра я возвращаюсь в Гонолулу.

«Ну и скатертью дорога, – подумал про себя Фланер. – Тоже мне, заезжая знаменитость! Сами справимся».

Китаец между тем продолжал, скромно опустив глаза:

– Правда, сердце мое разрывается на тысячу кусочков при мысли, что я оставляю досточтимого коллегу наедине с таким сложным делом. Поэтому разрешите мне обратить ваше благосклонное внимание вот на эту тоненькую книжечку.

С этими словами Чан протянул Фланеру ежегодник клуба «Космополитен».

– Ну и что в ней такого? – недовольно буркнул полицейский, повертев книжечку в руках. – Мало ли тут, в кабинете, всяких бумаг валяется! Если бы она представляла какую-то ценность, убийца забрал бы ее с собой.

– В таком случае извините меня, обитателя далекого острова, что отвлек вас от главного таким пустяком.

Отвесив капитану низкий поклон, Чарли Чан поспешно проследовал в холл. Джил Морроу и Барри Кирк устремились за ним.

– Мистер Чан, вы же не бросите меня одну с таким запутанным делом! – взмолилась девушка. – Останьтесь, ради бога.

– Искренне сожалею, мисс Морроу, но меня ждет семья, – твердо произнес китаец. – Я в ответе за своих родных, потому что я – муж и отец, а не только сыщик.

– Вы обиделись на Фланера, – вздохнула девушка. – Но вы ведь прекрасно понимаете, что капитан не справится с расследованием. Чванство, надменность и высокомерие – плохое подспорье в нашей профессии, он даже не знает, как подступиться к проблеме, а у вас, несомненно, уже появились блестящие идеи. Пожалуйста, возьмитесь за это дело – вам будут созданы самые благоприятные условия для работы.

– Неужели вы не испытываете ни малейшего любопытства как детектив? – вступил в разговор Барри Кирк, явно покровительствующий мисс Джил. – Ведь это же так интересно! Это потрясающе азартно!

– Рис, который растет на дальнем поле, кажется самым вкусным. Но для меня нет ничего интереснее своего дома.

– Мистер Чан, я на вас так надеялась! – воскликнула Джил чуть не плача.

Но китайский полицейский и тут проявил стойкость.

– Я счастлив с вами познакомиться, мисс Морроу, мистер Кирк, и сохраню о наших встречах наилучшие воспоминания, но все-таки легче сдвинуть гору с места, чем изменить мои планы. Завтра я отправляюсь домой, и ничто на свете не поколеблет мое решение.

Еще раз поклонившись, Чарли Чан покинул пентхаус, а Барри Кирку и мисс Морроу ничего не оставалось, как вернуться в кабинет, где капитан Фланер уже развернул бурную деятельность.

Не успел китаец войти в свой номер в гостинице и приготовиться ко сну, как на прикроватном столике зазвонил телефон.

– Мистер Чан, это Барри Кирк, прошу прощения за беспокойство. Вы же помните, что незадолго до ужина нитка бус мисс Гарленд порвалась и жемчужины рассыпались повсюду?

– Да, мистер Кирк, я прекрасно это помню, – устало промолвил сыщик.

– Так вот! Только что под письменным столом в моем кабинете, где застрелили сэра Фредерикса, обнаружили жемчужину из бус мисс Гарленд. Я решил, что вас это взбудоражит, что вы надумаете остаться и заняться расследованием.

– Поздравляю, вы стремительно продвигаетесь по пути достижения истины. Вы меня тоже поздравьте, я получил телеграмму из дома: у нас с женой родился сын. Я стал отцом в одиннадцатый раз!

На следующее утро сыщик из Гонолулу проснулся в восемь часов, пребывая в самом хорошем расположении духа. Улыбаясь, он принялся собирать вещи. Перед его мысленным взором поминутно представал новорожденный сын. Лежа в колыбели, мальчик смотрел на окружающий мир такими же черными узкими, смышлеными глазами, как у отца. Чарли Чана распирало от гордости!

Даже заметки в утренних газетах, посвященные вчерашнему злодейскому убийству, оставили китайца почти равнодушным. Мысли его были заняты более важным вопросом: как назвать малыша? Может, дать ему имя в честь Барри Кирка – образованного, успешного человека, гостеприимного хозяина, который к тому же такого высокого мнения о его, Чарли, умственных способностях? А что, звучит неплохо: Барри Чан…

Спустившись в холл гостиницы, Чан увидел Рэнкина, который поджидал сыщика, сидя в кресле напротив входа.

– У меня имеется для вас потрясающе интересная информация, – произнес репортер заговорщическим тоном.

– Я не занимаюсь делом об убийстве Фредерикса Брука, поэтому ваша информация вряд ли может оказаться полезной мне, – решительно прервал его Чарли Чан.

– Неужели вы намерены вот так…

– Послушайте, мистер Рэнкин, через три часа я покидаю Сан-Франциско. Семейные дела настоятельно требуют моего присутствия дома.

– Мне очень жаль… – разочарованно ответил Билл. – Но раз у нас есть еще немного времени, я хотел бы обсудить с вами некоторые свои умозаключения. Как репортер я не могу оставаться в стороне.

– Я внимательно слушаю вас.

– Помните, сэр Фредерикс сказал, что пятнадцать лет жизни в Индии подобны занавесу, сквозь который ничего не разглядишь. Так вот, незачем пытаться это делать, нужно лишь оказаться по ту сторону занавеса! Именно там надо искать разгадку, вам не кажется?

– Вы полагаете, что это так легко? – покачал головой китаец.

– Я почти уверен, что оба эти случая: и убийство Хилари Хальта и похищение Евы Дюран – каким-то образом связаны с вчерашним происшествием.

– А на каком основании зиждется такой вывод?

– Тут не то чтобы основания… В общем, когда я собирался опубликовать материал о нашей беседе за ленчем в ресторане, сэр Фредерикс лично явился в редакцию и настоятельно потребовал, чтобы содержание разговора было сохранено в строжайшем секрете. Согласитесь, это не просто так. Размышляя над данным фактом, я пришел к выводу, что причина подобного поступка кроется в недавней поездке сэра Фредерикса. Ведь он в одиночку занимался обоими этими в свое время не раскрытыми делами. Я все больше убеждаюсь, что они взаимосвязаны. Вдруг это Ева Дюран убила Хилари Хальта, опасаясь, что он выдаст тайну ее мнимого похищения?