– А вы сами водили с ним знакомство?

– Конечно, я же участвовала в его последнем фильме.

Чарли Чан ощутил, как на него снизошло озарение.

– Нет ли у вас снимков Денни Майо?

– Были, – ответила Рита, покачав головой. – Но Уилки настоял на том, чтобы я их сожгла. Ему было неприятно, что они связывают меня с прошлым.

Внезапно Рита умолкла и уставилась на дверь. На пороге стоял Баллоу и буквально сверлил Чана взглядом, полным плохо сдерживаемой ярости.

– Что здесь происходит? Я слышал имя Денни Майо…

– Инспектор поинтересовался, были мы с ним знакомы или нет, – пояснила Рита.

– Я рекомендовал бы инспектору не тратить попусту своего и нашего времени. Денни Майо давно умер.

– Мне очень жаль, что я огорчил вас этим вопросом, – произнес Чан с вежливым поклоном. – Я питал надежду, что смогу раздобыть у вас фотографию Денни Майо. Она мне нужна, это важно.

– Для чего?

– Кому-то очень не хочется, чтобы я ее увидел.

– Действительно? Но в этом доме нет никаких снимков Майо! Позвольте пожелать вам всего наилучшего и убедительно прошу больше нас не тревожить.

– Я бы и сам предпочел не нарушать ничей покой, но, лежа на ковре, разве научишься плавать? Желаю и вам всего хорошего.

Рита Баллоу пошла проводить Чана.

– Как жаль, что мне не удалось вам помочь! – вздохнула она. – Мне бы хотелось, чтобы вы удачно завершили расследование.

Взгляд Чана упал на украшенные кольцами пальцы собеседницы.

– Не исключено, что именно вы окажете мне неоценимую помощь.

– Какую же?

– Вчера вечером вы встретились с мисс Фейн спустя долгое время. В таких случаях женщины бывают намного наблюдательнее мужчин. Вам не сложно припомнить, во что она была одета?

– Я отлично это помню. На ней было вечернее платье цвета слоновой кости, просто очаровательное…

– А какие драгоценности?

– Шейла в тот вечер надела жемчужное ожерелье и браслет, весь усеянный бриллиантами.

– Вы обратили внимание на кольца?

– Конечно, на правой руке у нее красовалось изумительное кольцо с изумрудом.

– Значит, когда молодежь отправилась купаться, это кольцо оставалось на пальце мисс Шейлы?

– По-моему, я ясно выразилась.

– Моя благодарность вам, миссис Баллоу, поистине безгранична! – воскликнул Чарли Чан с церемонным восточным поклоном.

Усевшись на песчаном пляже, Юлия и Джим любовались великолепной картиной заходящего солнца над океаном. В последнее время молодые люди встречались почти каждый день: Джим продолжал играть роль утешителя, а Юлии в эти дни как никогда требовалось опереться о сильное плечо.

– К сожалению, мне придется вас ненадолго покинуть, – неохотно произнес он. – У меня небольшое дело в городе.

– Сколько в вас энергии и жажды деятельности! – воскликнула девушка.

– Понимаю, все это противоречит образу жизни, принятому на Гавайях. Здесь в почете безделье и сонная безмятежная лень. Мне и самому это гораздо больше по душе.

– Но так вы ничего не достигнете.

– А чего мне достигать? Я могу спокойно отдохнуть и насладиться природой.

– По-моему, подобное неплохо для кратковременных каникул, но проводить таким образом всю жизнь… Даже одна мысль об этом приводит меня в ужас!

– Похоже, журналист из меня не вышел, – посетовал Джим, в притворном ужасе вскакивая с места. – Получается, я не сумел достаточно ярко описать картину этого острова. О, какой ужас, я не справился со своей задачей!

– Еще как справились, успокойтесь! Картину вы изобразили просто восхитительную. Но здешняя красота убаюкивает, подавляет всякое желание развиваться. А если человек не стремится вперед, то в конце концов неизбежно деградирует.

– Вот оно как! Вас не устраивает роль Евы в этом раю, вы считаете более подходящей для себя роль змеи-искусительницы.

– Уж не собираетесь ли вы провести здесь остаток дней?

– Ну зачем вы меня об этом спрашиваете?

– Вы что, не ощущаете ни малейшего желания вернуться в Америку и начать деятельность, достойную такого способного человека, как вы?

– В данный момент я поставил перед собой гораздо более важную задачу – завоевать ваше сердце, Юлия. Я безумно влюблен в вас!

– Я вам уже говорила, Джим, – ответила та, грустно покачав головой, – я вовсе не такая, какой вы меня себе представляете. На самом деле я ужасная лгунья.

– Надеюсь, ложь – не ваша профессия. Но, тем не менее, вы обнаруживаете в этом солидный опыт.

– Что вы имеете в виду? – изумленно произнесла девушка, уставившись на журналиста.

– Ведь вы сказали инспектору Чану неправду про это кольцо. И почему вам понадобилось настаивать на такой версии? Он же сразу понял, что вы лжете ему. Я слушал и удивлялся его вежливости и долготерпению.

– А мне моя маленькая выдумка показалась удачной, – ответила собеседница со слезами в голосе. – Я сделала это только ради Шейлы. Я была так одинока, а она дала мне приют, заботилась обо мне. Ради нее я готова пойти и не на такое! Подумаешь, соврать пару раз!

– Юлия, тише! – неожиданно прервал ее Джим. – Чарли Чан идет сюда. Прошу вас, дорогая, успокойтесь и соберитесь с силами!

Приветливо улыбаясь, к ним подошел инспектор полиции.

– Надеюсь, я вам не помешал? – мягко произнес он, присаживаясь на скамейку. – Мисс Юлия, не правда ли, сегодня замечательная погода?

Девушка стойко выдержала его взгляд.

– Думаю, инспектор, вас интересует вовсе не мое мнение о погоде.

– Совершенно верно, но я очень не хотел проявить неучтивость и начать разговор с неприятного вопроса, почему вы ввели меня в заблуждение насчет кольца с изумрудом.

– Вы полагаете, я солгала? – переспросила Юлия, покраснев и опуская глаза.

– Я абсолютно в этом уверен. Видите ли, мисс Юлия, кольцо на пальце мисс Фейн видел вчера вечером не только Джессуп.

– Юлия, будет лучше, если вы расскажете все, как было, – вмешался Джим, – а инспектор по-прежнему останется нашим другом. Не правда ли, мистер Чан?

– Совершенно справедливо, – улыбнулся китаец. – Я по достоинству оценю вашу откровенность, и она лишь укрепит мое дружеское расположение к вам. Итак, мисс Юлия, Шейла Фейн не давала вам это кольцо?

– Все было так, как я вам сообщила.

– То есть сначала она дала вам кольцо, чтобы вы помогли его продать, а затем взяла обратно?

– Да, она сделала это после обеда, когда вернулась от Тарневеро.

– А потом она снова надела кольцо?

– Именно.

– Тогда как кольцо оказалось у вас?

– Я сняла его с ее пальца, когда находилась с Джимом в павильоне.

– Зачем?

– Затрудняюсь вам объяснить…

– Точнее, не хотите.

– Да, не хочу. Мне жаль, инспектор.

– Вероятно, причина в том, что на кольце выгравировано имя покойного Денни Майо?

– А что вы о нем знаете?

Чарли Чан бросил на нее удивленный взгляд.

– Хорошо, давайте поступим так. Я изложу вам все, что мне известно, а вы поправите меня, если я ошибусь. Итак, в день гибели Денни Майо мисс Фейн была у него в доме. Следовательно, ей стало известно, кто убийца. Она хранила эту тайну три года. По этой же причине вы сделали все возможное, чтобы имя Денни Майо не фигурировало на следствии. Это похвально, что вы заботитесь о добром имени своей умершей подруги. Но теперь вы можете все мне рассказать. Поверьте, мисс Фейн не была бы на вас в претензии, ведь моя цель – найти того, кто лишил ее жизни. Ну же, смелее! – добавил он, заметив сомнения своей собеседницы.

– Я уже давно предчувствовала: произойдет что-то очень плохое, – начала девушка. – Когда Шейла возвратилась в тот вечер, она была совершенно не в себе. Я не стала ее ни о чем расспрашивать. Потом я, конечно, поняла, что это связано со смертью Денни Майо.

– Понятно, а что по поводу вчерашних событий?

– Утром Шейла призналась, что ей позарез нужны деньги, и дала мне кольцо с изумрудом, чтобы я продала его. После этого она пошла к Тарневеро. Она вернулась от него в крайнем волнении и заявила мне, что этот голливудский прорицатель – настоящий дьявол, жаль, что она обратилась к нему. Он сообщил ей такие подробности ее путешествия на пароходе, которые никому не могут быть известны. Она ругала себя за непростительную беспечность… Тогда я решилась спросить ее, что стряслось. В ответ она велела мне принести ей кольцо. На нем, дескать, выгравировано имя Денни Майо, поэтому украшение ни в коем случае нельзя продавать.