– О‑о‑о!!! – хором простонали Пришвина, Филимонова и Глотова, а все остальные дамы, включая Марию Тарасовну, предвкушающе заулыбались и, перебивая друг друга, начали называть виды зверей, «которые гарантированно сведут с ума все население планеты». В результате завтрак прошел в режиме планирования, а после того, как я встал из‑за стола, «охотницы» выпросили разрешение «заняться делом», пулей вылетели за дверь и унеслись готовиться к «рабочему дню». А моя родительница, которой я подал руку, дождалась щелчка дверного замка и довольно ухмыльнулась:

– А решение‑то многослойное: во‑первых, Нинка – девица справедливая, а значит, все семь человек заработают денег на безбедную жизнь; во‑вторых, мелочь сдружится еще сильнее и научится работать в команде; в‑третьих, подтянет качество микроманипуляций стихиями; в‑четвертых, загонит Юрку в идеальный тренировочный процесс: в пятых, создаст сумасшедший стимул развиваться для остальной мелочи; в шестых, позволит Пришвиной проявить задатки лидера; в‑седьмых, не оставит без присмотра взрослых… Кстати, со Спицыной переговорю я. И поставлю несколько мелких, но важных задач.

– Ставь… – ехидно улыбнулся я. – И контролируй процесс издалека. Ибо старшая хозяйка рода и все такое…

…В половине десятого мы с Наташей уединились в кабинете и грохнули индийского гуру. Кровоизлиянием в мозг и прямо во время проповеди. Кроме того, положили трех его помощников, как‑то уж очень быстро сообразивших, что их господин склеил ласты, и придвинувшихся поближе, чтобы поймать посмертный импульс.

Это воздаяние особо не зацепило, поэтому в девять пятьдесят пять мы оседлали «Буран», пребывая в деловом настроении, шустренько вынеслись на оперативный простор и покатили принимать достроенные объекты. Кстати, «окно» не организовывали. Несмотря на то, что народ пинал иномирное зверье – не видели никакого смысла прерывать процесс из‑за перспектив нарваться на монстриков всего‑навсего четвертого класса опасности.

По дороге к условно «левому» зенитно‑ракетно‑пушечному комплексу завалили двух хищных птичек бог знает из какого мира, подрулили к «башне», спрыгнули на хорошо утоптанный снег, поздоровались с майором Бердяевым и выслушали доклад Прохора Даниловича, успевшего облазить оба «Кедра» и проверить работоспособность всех систем.

Перепроверять Осоргина мне и в голову не пришло – я поблагодарил его коротким кивком, а затем заявил человеку генерал‑лейтенанта Товстоногова, что готов подписать акт приема‑передачи. И подписал. После чего пожал руку, дал понять, что доволен сотрудничеством и с ним лично, и с главным ракетно‑артиллерийским управлением Империи, перечислил немного «лишних» денег на премии особо отличившимся подчиненным, попрощался и умотал обратно. Благо, был уверен в том, что мои люди проследят за сборами вояк и проводят колонну их техники до дальнего КПП.

Как только зашли в спортзал и сняли верхнюю одежду, зазвонил телефон матушки, и она, прервав тренировку, прыгнула к мату рывком . Посмотрев на экран, приняла вызов, вывела звук на внешний динамик и поздоровалась:

– Доброе утро, Ян! Судя по тому, что у вас еще нет и семи, ты опять всю ночь пинала зверье у какого‑то портала?

– Привет, Настя! – отозвалась Волкова и вздохнула: – Если бы… Меня с пяти утра терзают звонками желающие приобрести пушистика: предлагают за посредничество такие сумасшедшие преференции и деньги, что я перестала видеть смысл в возне со своим салоном!

– Шутишь, что ли? – после небольшой паузы спросила родительница, не сразу врубившаяся в то, что эти страдания лишь изображаются.

– Неа. Пытаюсь поделиться хорошим настроением! – весело хохотнула ее собеседница и продолжила «делиться»: – Кстати, видела я вашу Милашку. Вчера вечером у оранжевого портала на Мясницкой: она помогала Даше валить «гиен» третьего ранга, выдавала весьма приличный урон и… действовала на нервы всем магам, прибывшим по вызову СОПП. Причем не только красотой меха и умильностью мордочки…

– Не скажи, что на пушистиков запала и ты? – подколола ее матушка.

Волкова вздохнула снова:

– Прирученными, вымытыми, причесанными, с красивыми ошейниками и сидящими на плече хозяек они выглядят миленько. Но я бы предпочла зверя покрупнее и позубастее. Типа саблезубого кошака, но класса опасности, эдак, шестого‑седьмого. И покрупнее…

– В родном мире саблезубы дорастают максимум до третьего… – напомнил я, затем запоздало поздоровался и добавил: – Впрочем, отловить, приручить и раскачать не так уж и сложно.

– Доброе утро, Олег Леонидович! – отозвалась она и ответила на намек: – Не‑не‑не, это желание – теоретическое. А на практике мне некогда возиться даже с идеально выдрессированными животными.

Тут я воспользовался оказией и озвучил предложение из другой оперы:

– Что ж, так и запишем: «От саблезубого кота отказалась наотрез…» А как вы отреагируете на предложение отпраздновать новый год у нас?

– Обрадуюсь сильнее некуда. Затем заявлю, что почту за честь. И честно предупрежу, что смогу прилететь только тридцать первого. Ибо приглашена на Предновогодний Императорский прием, а он состоится тридцатого.

– Нас тоже пригласили… – сообщил я. – Поэтому считайте, что проблема с перелетом уже решена – я решил не «привязываться» к регулярным рейсам, так что арендовал самолет.

Янина Павловна рассыпалась в благодарностях, а затем вслушалась в вопрос матушки, вспомнившей, с чего, собственно, началась эта беседа:

– Ян, ты, в итоге, посредничать собираешься?

Волкова насмешливо фыркнула:

– Я похожа на дуру? Если я помогу кому‑то одному, значит, дам понять всем остальным, что через меня можно выйти на Беклемишевых. Ну, и зачем мне такое счастье?

– Не знаю.

– Вот и я не знаю. Поэтому, как только закончу с вами болтать, переведу телефон в режим, блокирующий все «левые» звонки…

Мы тоже перевели. Но толку: о том, что приобрести пушистиков жаждет вся Империя, нам доложили раз двадцать, если не больше, сотрудники СБ, на которых каким‑то образом выходили особо предприимчивые страждущие. В результате к часу дня эта тема до смерти надоела. А в тринадцать двадцать ко мне «постучался» Комлев‑младший и расстроил еще сильнее:

– Олег Леонидович, на сетевую страничку Канцелярии выложили фильм с говорящим названием «Разумные медведи: очередная проблема Земли…». Я его скачал, посмотрел, сравнил фрагменты батальных сцен с записями камер участников командировки в Благово и пришел к выводу, что политтехнологи Белосельских получили приказ неявно привлечь внимание зрителей к боевым заслугам нашего рода. Нет, исходники не корректировались. Но поданы так, что мишки ощущаются неудержимыми чудовищами, а мы, Беклемишевы – монстрами похлеще их. В принципе, это неплохо. Но искать к вам подходы начнут еще интенсивнее…

Я попросил его прислать мне ссылку на фильм, ознакомился с творением профессионалов очень высокого уровня и согласился с выводами Левы – вот так, со стороны, бой выглядел эпической битвой, во время которой  напрочь промораживались дома, с них срывало крыши, а наши противники, случайно попадавшие под отголоски площадных заклинаний, превращались в ледяные скульптуры.

Умопомрачительно круто выглядел и захват «языков»: они сражались до последнего, но без толку – мы выхватывали их прямо из боевых построений, левитировали к себе и вырубали так спокойно, как будто считали не опаснее хомячков! Вот я и помрачнел, представив наклевывающиеся перспективы. А Наташа, наоборот, развеселилась:

– Олег, может, демонтируем зеркала во всех помещениях, в которые хоть иногда заходим?

– Зачем? – спросил я, продолжая обдумывать один из самых неприятных вариантов будущего.

– Не знаю, как ты, а я себя уже боюсь. Вот и пытаюсь минимизировать шансы потерять сознание от дикого ужаса…

Мама с Аней, которым я показал этот шедевр во время обеда, тоже как следует поугорали. А Мария Тарасовна грустно усмехнулась: