Обошелся и без телохранителей. Но неявно подчеркнул их отсутствие вроде как грустной шуткой:
– Добрый вечер, Олег Леонидович. Моя охрана чувствует себя неуютно. А я в курсе, что вы и ваши люди все сегодняшнее утро уничтожали иномирное зверье пятого класса опасности «в поле» и без использования оружия, так что знаю, что рядом с вами мне ничего не грозит. Кстати, я и в прошлый раз ехал к вам не просто так: вы – объективно сильнейший маг Российской Империи, и мне хотелось, чтобы святыни нашей Церкви и Святейшего Владыку берегли от всего на свете именно ваши воспитанники…
Следующие пару минут он старательно доказывал, что его поведение в первый приезд и в кабинете Императора было вызвано дичайшей усталостью, хроническим недосыпом и тяжким грузом ответственности, взваленным на ни разу не молодые плечи. Но в какой‑то момент почувствовал, что я не ведусь, и перешел к извинениям. Извинялся… профессионально. В смысле, толкал речь, написанную очень толковыми специалистами, сопровождал чуть ли не каждую фразу соответствующим выражением лица, менял тон и тембр голоса, изредка вздыхал и так далее. Увы, я, по совету матушки, делил все на тридцать два, вот Илларион не ощутил и понимания. Поэтому запаниковал. Вероятнее всего, решив, что мой равнодушный взгляд – признак желания опосредованно сослать его в монастырь. Вот и воспользовался домашней заготовкой на самый крайний случай – признал за собой грех гордыни, дал понять, что вырвал ее из себя недрогнувшей рукой и… сжег мосты, избавившись от всего, что мешало служить Господу. А после того, как закончил произносить эту часть покаянной речи, перечислил на мой счет всю сумму, вырученную за особняк на Кленовом бульваре!
Где находится этот самый Кленовый бульвар, я даже не представлял. Но, пересчитав нули в банковском уведомлении, пришел к выводу, что Илларион избавился от чего‑то очень большого, да еще и расположенного по соседству с Владимирским Кремлем! Вот память и напомнила еще одну рекомендацию матушки:
«Олег, не вздумай идеализировать Белосельского: он воспользовался просчетом митрополита Иллариона в своих целях . Да, тебе прилетит вира. Но как инструменту , позволившему добиться локального преимущества в одном из сражений подковерной войны между Императором и Патриархией. В общем, не принимай эти игры близко к сердцу и – что намного важнее – не ломай игру государю…»
Ломать игру я, конечно же, не стал: равнодушно смахнул уведомление с экрана, снова поймал взгляд митрополита, заявил, что его извинения приняты, и слегка смягчил свою позицию, но гарантированно обрубил все возможные «хотелки»:
– А по поводу тренировок «Чистых» скажу следующее: у меня физически нет возможности заниматься еще и ими – род у меня очень маленький, а земли, на которой регулярно появляются порталы, наоборот, много. Кроме того, я очень плотно сотрудничаю с государством и рядом спецслужб, изредка летаю во всякого рода командировки, подстраховываю соседей и так далее. Поэтому хронически не высыпаюсь, тренируюсь намного меньше, чем хотелось бы, и в принципе не трачу время даже на самообразование. В общем, вам имеет смысл найти общий язык с командирами войсковых частей нашего края – они воюют с иномирным зверьем так же плотно, как мы…
На этой «нерадостной ноте» я «принял срочный вызов» от командира дежурной смены и сообщил Иллариону, что мои дроноводы обнаружили новый портал, соответственно, нам пора подключаться к уничтожению иномирных тварей. Затем посоветовал побыстрее добраться до Каргино, так как наши соседи временно не контролируют свою зону ответственности, пожелал всего хорошего, вернулся к своему внедорожнику, забрался в салон и порулил «в поместье». А на самом деле, проехав метров пятьсот, спросил у дроноводов, как далеко умотал кортеж митрополита, получил ожидаемый ответ и отпустил машины сопровождения домой. Затем остановился, поймал вопросительный взгляд Красовской и улыбнулся:
– Хочу тебя побаловать. Поэтому сейчас посажу за руль и проведу первое занятие по управлению автомобилем…
…Катались недолго – чуть больше получаса. Но настроение у Наташи поднялось в заоблачную высь и улучшило мое. Поэтому, добравшись до своей кровати, я отключился, улыбаясь. И проснулся с улыбкой на лице… в начале одиннадцатого вечера. Нет, выспаться – не выспался. Но все равно связался с матушкой, выяснил, что рядом с Восточным обнаружено два синих портала, из которых прет совершенно новое зверье пятого‑шестого классов опасности, и рванул приводить себя в порядок. По дороге в санузел уронил в личный канал Наташи плюсик в знак того, что уже на ногах. И не прогадал – она написала, что тоже бодрствует, и даже «заказала» нам ужин. В общем, воевать с голодом мне не пришлось – я помылся, оделся, пришел в большую гостиную и вызвал к нам маму, Аню и Варвару с Валентиной. И пусть в какой‑то момент трапеза превратилась в рабочее совещание, зато я узнал, на какой уровень поднялись «рядовые» маги, в каком состоянии их энергетики, сколько еще человек могут рулить процессом уничтожения зверья, когда строители, наконец, сдадут нам бассейн, какого числа доставят материалы для строительства большого ангара, и, до кучи, получил море удовольствия от общения.
Увы, в четверть двенадцатого я счел, что пора заняться делом, отпустил всех женщин, кроме Наташи, отдыхать, а сам вместе с ней ушел собираться. Пока ходил за курткой, шапкой и перчатками, вызвал к ангару чету Дежневых и организовал два «окна». Благодаря чему мы без задержек дошли до «Икара», подняли его в воздух и долетели до Восточного. «Местный» ангар был занят «Исетью», так что десантировались из квадрокоптера вдвоем, а Пахом и Анна погнали его в усадьбу.
Как только борт ввинтился в небо, я связался с дежурными дроноводами Форта, распорядился привести к площадке перед ловушкой одну «креветку» и поделился с Природницей раздобытой информацией об этом виде иномирных тварей:
– Не знаю, почему наши назвали эти существа креветками – лично у меня они ассоциируются со скорпионами.
Судя по тому, что в момент выхода из портала на снег высыпается какое‑то количество песка, обитают в пустынях. И, не владей Огнем, замерзали бы у нас к чертовой матери. А так неплохо себя чувствуют – бегают по сугробам со скоростью километров под семь‑восемь в час, шарашат либо точечными, либо площадными заклинаниями на тридцать два‑тридцать четыре метра каждые две с половиной‑три секунды, перерубают клешнями деревья диаметром с мое бедро и, в теории, бьют хвостом. Но наши с ними, естественно, не рубились, так что этот тип атаки первыми увидим мы.
Пока объяснял, добавил к покрову Красовской слой Огня, поэтому она сначала благодарно кивнула, а затем спросила, в каком режиме я планирую драться.
Я пожал плечами:
– Наташ, это шестой класс опасности. Поэтому начнем «читерить», а там посмотрим…
…Читерить начал я – вывесил перед нами максимально плотный щит из семи стихий. Чтобы первый же эксперимент не закончился для нас фатально. И правильно сделал – огненный плевок «креветки» не заметил «слоеную» стену Красовской, «выдвинутую» на первый план, и снял порядка семидесяти процентов моего щита !
Мы пришли к выводу, что рубиться с этой страхолюдиной один на один Наташе пока противопоказано, и провели следующий эксперимент – всадили в тушу, мчавшуюся на нас, сначала кокон из Воздуха и Воды, а затем спутали лапы такими же лентами . Результат оказался тем же самым – монстрик без труда «испарил» их своим покровом и просадил почти девяносто процентов плотности моего щита . Не сработало и ослепление, хотя ударил я со всей дури – тварюга продолжила движение так, как будто этой атаки не было. А потом упала. От моих лент , спутавших две первые пары ног.
А еще ей очень не понравились фрагменты моих коконов , которыми я украсил… хм… ну, пусть будут «вибриссы»: покров под ними засветился раза в два ярче и попытался их испарить. Ага, так я это и позволил – добавил в них энергии и всадил в «креветку» три заклинания – туман , разряд и заморозку .
