– Что случилось? – полюбопытствовала Красовская, и я повернул к ней трубку.

Женщина перебралась поближе, кинула взгляд на «картинку» и ошалело посмотрела на меня:

– Восемь миллионов триста тысяч рублей – за прирученного детеныша «тираннозавра»⁈

– Ага.

– Но ведь «Ведуны» его забрали всего несколько часов тому назад!

– В последней строчке текста в графе «Назначение платежа» указано, что это – результаты некоего сетевого аукциона… – сообщил я, влез в банк‑клиент и перевел пятьдесят процентов от этой суммы на счет Пришвиной‑младшей. Потом заглянул в глаза личной помощницы, лишний раз убедился в том, что ей плевать даже на такие безумные суммы, и весело ухмыльнулся:

– Предвкушаю реакцию родителей Нинки на ее подарок себе‑любимой к пятнадцатилетию…

– Потеряют дар речи… – весело предсказала Природница, отзеркалила мое положение и добавила: – А зря: девочке просто захотелось украсить несимпатичного монстра красивым ошейником…

Кстати, у них в семье очень неплохой комплект Даров: у отца – Вода, Воздух, Огонь, у матери – Вода, Жизнь, Лед, а у дочки – Воздух, Жизнь и Приручение.

– Ага, шесть стихий на троих… – согласился я, потом подумал, что у нас с ней их десять, заметил лукавый прищур и подтверждающе кивнул: – Ага, нам с тобой до них далеко.

– Ничего, мы как‑нибудь обойдемся имеющимися… – «оптимистично» заявила она, сбегала за видеокамерой, снова легла рядом со мной и попросила вывести картинку на какой‑нибудь из контрольных экранов.

Вывел. Полюбовался на купу деревьев сине‑фиолетовых тонов, степь, поросшую густой травой, и ярко‑оранжевое солнце, пихнул напарницу плечом в плечо и улыбнулся:

– Что ж, начало коллекции положено. Ждем появления следующего портала…

– Надеюсь, не лежа⁈ – «ужаснулась» она. – Я поднялась всего на один уровень, поэтому изнываю от желания прокатиться на снегоходе с «наживкой» на багажнике, выманить сюда еще стаю‑другую и продолжить «рыбалку».

Прокатились. Причем она везла – что туда, что обратно – а я обнимал. И, каюсь, давил в себе желание распустить руки. Увы, в тот момент, когда мы парковали снегоход, ожил оперативный канал и голосом Антипа Назаровича переключил меня в боевой режим:

– Олег Леонидович, на картинках с микрокамер, установленных на юго‑западной окраине Усть‑Ангарска, видна стая «чертей». На той стороне Ангары – зона ответственности рода Румянцевых. Телефон оперативного дежурного не отвечает. Может, стоит проверить, все ли у них в порядке?

– Осмотрите их поместье с дрона, а затем найдите портал, из которого выбрались «черти». И гоните часть стаи к нам – чем быстрее «разберем», тем быстрее улетим к Румянцевым. В том случае, если им действительно требуется помощь…

…Две трети стаи «чертей» вынесли всего за восемнадцать минут. За счет того, что сочетали магию и «Сполохи» с «Кипарисами». На «наше» зверье не отвлекались – его подхватывали «птички» дроноводов и уводили на пробежку. А в тот момент, когда Егор погнал в нашу сторону последнюю треть монстров, превративших усадьбу соседей в развалины, матушка, Наташа, Аня, Валя, Варя и я помчались к ангару, а бремя управления уничтожением иномирных тварей взвалил на свои плечи Пахом Дежнев.

Высоту набирать не стали – поднялись метров на сто, вышли на форсаж, за считанные минуты долетели до Ангары, пронеслись над «полосой» льда, засыпанного полуметровым слоем снега, и над заброшенными домами поселка Стрелка, спикировали к «поляне» в центре лесного массива и приземлились на крышу единственного строения, оставшегося целым – водонапорной башни.

Пока я опускал дверь‑трап, вырубал движки и забирал у Наташи свою разгрузку, мама, Лосева, Филимонова и Глотова выскользнули из машины, в темпе распределились по краям «посадочной площадки», изобразили системы залпового огня и завалили ту часть стаи «шакалов», которая обнаружилась в поле зрения. Потом на ту же площадку спустились мы, перебрались через перила и переместились на землю. Рывками .

В момент касания я всадил пятнышко  в морду еще одного «шакала», выглянувшего из распахнутых парадных дверей особняка, и «испарил» зверю голову, а моя помощница допрыгала до «Атланта» с незнакомым бортовым номером, заглянула внутрь, на мгновение застыла и жестом вытребовала меня к себе.

Я, естественно, послушался, «возник» рядом с ней, оценил компоновку «салона» и набрал Анциферова. А после того, как услышал его приветствие, задал чертовски неприятный вопрос:

– Здравствуйте, Григорий Денисович! Скажите, пожалуйста, у нас в крае вертолеты, предназначенные для перевозки заключенных, никто не угонял?

В этот момент справа‑сзади раздался крик матушки:

– Олег, тут, в местном аналоге ловушки для зверья, среди обглоданных костей валяются обрывки полосатого ватника для заключенных!

Я передал генералу и эту фразу, и он, мгновенно посерьезнев, пообещал перезвонить «попозже». Поэтому трубка отправилась в карман, а мы рванули к парадной лестнице, по которой за мгновение до этого взбежали Варя с Валей. Кстати, вовремя – не успел я влететь в фойе, залитое кровью, и увидеть четыре кучки обглоданных человеческих костей, как в оперативном канале раздался голос Филимоновой:

– Олег Леонидович, в левом коридоре – дверь, ведущая на лестничную клетку. На минус первом – еще одна, стальная. И за ней слышны звуки боя!

Описанный маршрут мы преодолели за считанные мгновения, оттеснили третью боевую двойку в сторону, приказали прикрыться щитами  и ударили. Вернее, ударил я. Разрядом . В терминал системы контроля доступа. А Наташа прикрыла мою тушку двуслойной стеной .

Электрический замок, естественно, сдох, но дверь не открылась. Скорее всего, из‑за стальных штырей, оставшихся в открытом состоянии. Поэтому я перешел к «плану Б». То есть, на пару с Красовской проломил стену. Кулаком , в который вложил аж семь стихий. Дыра получилась знатная – диаметром за два метра – но любоваться делом своих рук мне было некогда: как только моя помощница «прибила» к полу бетонную пыль, я влил максимум энергии в щит  и ворвался в смежное помещение. Естественно, не забыв углубить ускорение . Поэтому, увидев перед собой шестерку мужиков в черно‑оранжевых ватниках и штанах, как раз заканчивавших разворачиваться в мою сторону, накрыл их туманом  и вложился в площадной вариант разряда . Вернее, начал шарашить слабенько, а после того, как оценил плотность покровов  беглых заключенных, добавил мощности.

Им, естественно, «захорошело». Настолько, что защита приказала долго жить. Так что я «скинул» ускорение , вызвал к себе Валю, приказал отправить пятерых «клиентов» в целительский сон  и, не дожидаясь завершения процесса, рявкнул в оперативный канал:

– Мам, тут беглые. Будьте осторожны…

– Принято! – отозвалась она, и мне полегчало. Поэтому я метнулся к шестому телу, только‑только начавшему приходить в себя после воздействия Молнией, рухнул рядом с ним на колени, тычковым ножом  смахнул правое ухо, показал, равнодушно отбросил в сторону, в том же стиле срезал мясистый нос и добился желаемого – истошного крика «Я все скажу!!!»

Оставлять этой твари хоть какие‑то возможности для сопротивления и не подумал – упаковал ее в «слоеный» кокон , оставлявший открытой только голову, и задал первый вопрос:

– Сколько вас было?

– Девятеро…

– «Девятеро, ваше благородие»!!! – гневно уточнила Наташа и лишила «языка» оставшегося уха.

К слову, вспышку бешенства отыграла баллов на двенадцать из десяти возможных, так что испуганное тело не только «скорректировало» ответ, но и извинилось:

– Простите, пожалуйста, ва‑ваше Благородие, я больше не ошибусь!!!

– Что ж, посмотрим… – холодно процедила она и стряхнула кровь с лезвия тычкового ножа , но «скидывать» это заклинание не стала.

Поэтому взгляд мужика заметался между двумя магическими клинками. А я продолжил давить:

– Из какого исправительного учреждения вы сбежали?