Так вот, этот газ уже убил более тысячи семисот жителей ближайших жилых домов!!!
– Как я понимаю, в парке продолжает буйствовать и «носорог»? – хмуро спросил я.
Родительница отрицательно помотала головой:
– Нет, его уже убили. Вояки, которых вызвала к порталу какая‑то бабка‑полуночница. Но далеко не с первого раза и не в парке, а на пересечении проспекта Урицкого с Сосновой Аллеей!
Тут я невольно присвистнул, так как бывал в том районе и представлял, насколько далеко успела умотать животинка.
– Ага… – поддакнула матушка и недобро оскалилась: – В общем, вояки в бешенстве – командующий Белоярским военным округом приказал задержать оператора и главу рода Апраксиных, а последний, собиравшийся усилиться на иномирном зверье, имел глупость сбежать, спрятаться в городском поместье, запереть ворота и отказаться впускать группу захвата. А та просто‑напросто разнесла ограду и стену особняка, прошлась по нему огнем и мечом, нашла этого уродца и прилично поломала «при попытке к бегству».
– А ведь ему достанется еще и от государя… – мстительно предсказал я, и родительница подтвердила:
– Причем так, чтобы пример этого недоумка впечатлил всех остальных. Но на недоумков мне плевать. А вот на то, что такие слизни могут наведаться и к нам – нет. Поэтому вопрос к тебе: что мы будем делать в этом случае?
– Армейские средства индивидуальной химической и биологической защиты закажу у Анциферова после десяти утра… – ответил я, задумчиво потер переносицу и добавил: – Но почти уверен, что выносить этих существ надо магией. А какой именно, выясним в процессе своих экспериментов. А результатами экспериментов вояк с нами наверняка поделятся либо все тот же Анциферов, либо Голицын. Так что пока паниковать не с чего.
Матушка нехотя кивнула, потом посмотрела на часы и погнала нас в большую гостиную. Во время завтрака помогла распределить небоевые задачи на первую половину дня и пообещала разобраться с самыми муторными, чем подняла мне настроение. Пока я связывался с командиром дежурной смены и через него вызывал всех магов рода к спортзалу, что‑то вполголоса обсуждала с Аней и Наташей. А после того, как я встал из‑за стола, ушла за «глушилкой», хотя, по логике, могла послать за ней Лосеву. Впрочем, задерживаться в своих покоях не стала, так что мы спустились на первый этаж, вошли в любимое помещение, расселись на скамейках для жимов и немного подождали…
Народ принесся в особняк, как по тревоге, собрался в коридоре и зашел к нам всей толпой по команде Жарова. Ответив на мое приветствие, в темпе опустился на маты и превратился в слух. Вот я к делу и перешел:
– Итак, вчера каждый из вас так или иначе попробовал на излом себя и иномирное зверье. Разбирать ошибки я пока не вижу смысла. По причине того, что считаю ваши арсеналы умений «кривыми». Говоря иными словами, на мой взгляд, вам катастрофически не хватает двух составляющих – умения видеть в темноте и мобильности. А теперь внимание: вчера днем каждый из вас по моему распоряжению должен был влить довольно большие объемы энергии в кластеры, которые позволяют освоить заклинания с говорящими названиями ночной взор и рывок . Привязки к стихиям у них, по моим ощущениям, нет: первым уже вовсю пользуется весь мой ближний круг, а второе освоили еще и Варвара с Валентиной. Да, далось это нелегко, но возможность видеть врага в темноте, уходить с векторов атак или, наоборот, мгновенно сокращать дистанцию – залог вашего выживания. Кстати, на двадцать шестом уровне, на котором в данный момент находится большинство из вас, рывок позволяет прыгать аж на двенадцать метров или в любую точку на этом отрезке. Да, первое время каждое перемещение очень сильно грузит вестибулярку, но адаптировать ее не такая уж и большая проблема, так что дерзайте. Ибо рубиться со зверьем второго класса опасности я позволю только тем, кто освоит оба заклинания на достаточно высоком уровне. О том, как это сделать, расскажу чуть позже. А пока… Лева, расскажи‑ка, пожалуйста, о сегодняшнем «веселье» в Елоховском парке. Да поподробнее…
…К полудню рывок освоило девять человек, а все остальные лишний раз убедились в том, что это в принципе возможно, поэтому преисполнились нешуточным энтузиазмом и уперлись в поставленную задачу рогом. Поэтому я оставил тренирующийся народ под присмотром матушки и Ани, а сам забрал Красовскую и двух СБ‑шников, уже добившихся первых успехов, и отправил готовиться к выезду в Форт.
Из гаража вырулили от силы минут через десять, самостоятельно открыли и закрыли ворота усадьбы, разогнались на дороге, хорошенечко расчищенной нашими снегоуборочными машинами, и вскоре прикатили в Усть‑Ангарск.
Поселок выглядел заброшенным, и у меня почему‑то защемило сердце. Но стоило выехать за околицу, как это ощущение забылось. Из‑за двух синявок, обнаружившихся на проезжей части. Рубиться со зверьем первого класса опасности я не видел смысла, поэтому натравил на него «охранников». И убедился в том, что они неплохо чувствуют свои стихии: монстрики склеили ласты очень и очень быстро, а «Владимирские» не пострадали.
Еще одну иномирную страхолюдину встретили на подъезде к Холмам – на редкость разъевшийся саблезубый кошак перся от поселка к лесу и плевать хотел на рев движка нашей машины.
Эту животинку, кстати, относившуюся ко второму классу опасности, тоже вынесла моя «свита». Парой, так как я не собирался ею рисковать. Затем поблагодарила. Причем как за возможность оценить свои силы, так и за три «лишние» порции халявной энергии.
Я коротко кивнул, снова загнал эту парочку в машину и порулил дальше. А километра за два до стройплощадки заметил над лесом очень уж большое количество испуганных птиц, набрал начальника бригады и спросил, что у них творится.
– Добрый день, Олег Леонидович! – с сильным напряжением в голосе поздоровался он. – Подразделение охраны уничтожает уже вторую стаю лис. В первой было голов за шестьдесят, а в этой, кажется, еще больше.
– Так, стоп: а что, установленные вами АОТ‑ки и «Кипарисы» перестали функционировать?
Мой собеседник немного поколебался и решил не врать:
– Нет, с ними все в порядке. Но без вашего участия внести коррективы в программное обеспечение невозможно, а в реестре исключений не прописана возможность движения боевой техники во время нападения животных. Вот парни и справляются сами. Чтобы усилиться по максимуму.
Я разозлился, спросил, из портала какого цвета вываливается это зверье, вытребовал точные координаты «зеркала», открыл карту и проложил условно удобный маршрут к этому месту. Следующие минут сорок гнал внедорожник по неудобьям и периодически выяснял, что творится на объекте. А после того, как подкатил к красному «мареву», затормозил рядом с «пятном» следов на снегу и перешел на командно‑штабной:
– Артем Владимирович, опустите свое стекло и перекройте эту сторону портала воздушной стеной . Антон Геннадьевич, переберитесь на мое место и «сядьте» на пулемет. Кроме того, на вас – эвакуация. Если стена не удержит сильного зверя, или сюда припрется что‑нибудь поопаснее стаи «лис». А мы с Наташей пробежимся к стройплощадке и построим охамевших вояк…
– Олег Леонидович, это… небезопасно… – осторожно заявил Векшин.
– Понимаю. Тем не менее, делаю то, что должно… – парировал я, открыл дверь, выбрался из салона, достал из багажного отделения две разгрузки, отдал менее тяжелую Красовской, натянул свою и подошел к тропе, протоптанной «лисами» поверх кровавой дорожки охотничков в погонах.
– Я готова, мой господин… – вполголоса доложила Природница через несколько секунд, и я сорвался на бег.
Первые полкилометра несся молча. На скорости, на которой помощница не должна была сдохнуть. Потом перешел на шаг, набрал начальника бригады, сообщил, с какой стороны вот‑вот подойду к объекту, и распорядился передать командиру подразделения охраны приказ немедленно прекратить огонь.
Канонада не прекратилась. Вернее, скорострельные пушки замолчали, а пулеметы и автоматы – нет.
