Вокруг так много схваток, что я не могу уследить за всем. Мой пульс неровный, дыхание тяжелое, а позади я слышу звук скрежещущего камня от статуи, которая преследует меня.

Но затем я слышу, как кто-то хрипло кричит, и моя голова дёргается, когда я вижу, как Дигби падает в снег. Его голова откидывается на сугроб, и шлем слетает. Он пытается схватить меч, выпавший из его хватки, но одна из статуй надвигается на него, занося оружие для удара.

Чтобы убить.

Я работаю руками, ноги бегут так быстро, как только могут, чтобы добраться до него, но я слишком далеко.

Слишком, блядь, далеко.

Паника взрывается в моём животе и жжёт горло. Сначала Джадд, а теперь я собираюсь смотреть, как убивают и Дигби.

Я пытаюсь выжать из тела всё, преодолеть расстояние, но статуя поднимает меч и начинает опускать его, и моё сердце останавливается, когда Дигби поднимает перед собой руку, на его лице, где он лежит на снегу, вспыхивает страх.

Но внезапно из ниоткуда спикирует тимбервинг. Большой зверь врезается вытянутыми когтями в статую, хватая её за руку. С рёвом птица швыряет её в другую статую, отчего они обе трескаются и падают.

«Дигби!» Я добираюсь до него через пять шагов и затем рывком поднимаю его из снега.

Он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня, но затем его взгляд перепрыгивает через моё плечо и расширяется. «Пригнись!» — рявкает он.

Я без паузы падаю на землю и чувствую, как воздух перемещается надо мной, слышу свист меча, летящего туда, где только что была моя голова.

Было близко.

Развернувшись на земле, я подсекаю ногу статуи, выбивая опору. Ходячая скала падает назад, тяжело опускаясь, её вес заставляет её глубоко уйти в снег.

Я не теряю времени, вскакивая на ноги, как раз когда тимбервинг приземляется рядом со мной и Дигби. И тут я узнаю зверя с голой спиной.

Это Арго.

«Чёрт, ты хорошая птица», — говорю я ему.

Позади нас ещё две статуи приковали к нам своё внимание и быстро приближаются.

«Залезай!» — кричу я Дигби, и он запрыгивает на спину Арго за секунду до меня.

Как только мы оба на месте, Арго взлетает в воздух, рыча на статуй. Его крылья бьют сильно, и он поднимает нас выше. Я смотрю вниз, как статуи останавливаются, не в силах смотреть вверх, и затем начинают рыскать в поисках кого-то другого.

Мы должны остановить эти штуки.

Я вонзаю руки в перья Арго по бокам, чтобы удержаться. «Король фэйри управляет ими! — кричу я Дигби. — Нам нужно найти его!»

«Понял», — говорит он, затем перемещает хватку по бокам шеи Арго, чтобы направить его.

Зверь кружит, пока я сосредоточен на том, чтобы удержаться, моя голова поворачивается, и я пытаюсь разыскать короля. Я понятия не имею, как он выглядит, но он не может быть далеко, верно? Он должен быть близко, чтобы управлять этими штуками.

«Вон там!» — кричит Дигби, и я следую за направлением его указующего пальца и вижу мужчину, стоящего на куске колонной скалы, торчащей из земли. Он высоко, вероятно, чтобы иметь наилучший обзор, и его руки вытянуты перед ним, словно он дёргает нити невидимых марионеток.

Он даже не пытается быть незаметным.

С другой стороны, он достаточно силён, что, вероятно, не думает, что ему это нужно. Иногда подобную гордость можно использовать и превратить в слабость.

«Подними меня над ним!» — кричу я.

Арго поворачивается, его скорость полёта непревзойдённа, пока мы летим к королю. Внутренне я готовлюсь.

Нет времени колебаться, просчитывать или перебирать сценарии. Я проигрываю королю фэйри во всех возможных отношениях.

Во всех… кроме заставания его врасплох.

В тот момент, когда Арго оказывается надо мной, я бросаюсь вниз.

Никаких колебаний.

Я заставляю свой разум очиститься, эмоции — отступить. Единственный ощутимый эффект моего внутреннего страна исходит от моего бешено колотящегося сердца, пока я падаю в свободном падении.

У моего приземления очень узкий запас для точного попадания, и ещё меньше шансов, что я преуспею, даже если приземлюсь в нужное место.

Но, хотя у меня может не быть магии, может, у меня нет того, что этот фэйри считает могуществом, у меня есть одно.

Преданность.

Я так, блядь, предан Орее, нашему народу, что сделаю всё, что потребуется. Моя жизнь отдана делу. Я готова сделать всё и вся, чтобы спасти её. Но король фэйри хочет наш мир для себя. Это значит, что у него должно быть я, чтобы пожинать плоды.

Я просто хочу спасти Орею. Если я умру, чтобы достичь этой цели — пусть.

Хрен с ним, провернём. Любой ценой.

Моё тело падает.

Гравитация тянется вверх и хватает меня в свою железную хватку. Вперёд и назад, наклоняясь, тянусь, я целюсь в каменную платформу, чтобы не соскользнуть с неё и не приземлиться в сломанную, бесполезную кучу.

Один шанс.

Я вдыхаю, наклоняясь в падении, руки вытянуты…

И я врезаюсь прямо в короля фэйри.

Сила моего удара заставляет нас обоих слететь с возвышения. Мы врезаемся в землю внизу, погружаясь в снег.

Разница между нами двумя сразу заметна. У него есть корона и заострённые уши, и огромная магия, но он не солдат. Он не привык получать удары. Это очевидно, потому что, когда мы приземляемся, он ошеломлён на слишком много секунд. Секунд, которыми я могу воспользоваться.

У него есть сила, но у меня есть, блядь, кулаки.

Я начинаю его молотить. Я прижимаю его к земле, мои удары обрушиваются снова и снова, везде, куда могу попасть. Мои костяшки трещат, пальцы стреляют болью из-за того, насколько жёсткая его кожа, но я игнорирую это, не давая пройти и секунде, прежде чем снова ударить его.

Моя ярость — моя пища. Она питает меня прожорливой силой, в то время как я вымещаю на нём весь свой гнев за то, что он сделал с Ореей. С нашим народом. С Джаддом.

Моё зрение покраснело, окрасилось темнее от крови, которую я заставил брызнуть из его кожи. Я не знаю, сколько ударов мне удалось нанести, я осознаю только каждый брутальный контакт моего кулака с его телом, прежде чем меня отрывают.

Меня отбрасывает в снег другой фэйри, но я киплю от адреналина, ярости и боевой жажды, так что я перекатываюсь и вскакиваю обратно на ноги. Солдат, который оторвал меня от его короля, угрожающе вытаскивает меч… но затем его скашивает линия каменных статуй.

Он только что спас короля от избиения, а в благодарность его затаптывают.

Я смотрю налево и вижу разъярённого короля, поднимающегося из снега, его ненавидящие глаза смотрят прямо на меня. Каменные статуи расходятся в стороны, и я поворачиваюсь, пытаясь держать их всех в поле зрения.

Но они окружают меня. Окружают.

Моё дыхание тяжелое и быстрое, и я не могу пройти мимо них. Их высеченные формы смыкаются, слои камня, вылепленные в тела, надвигаются на меня с безликими взглядами.

Они даже не поднимают оружие. Они просто маршируют. Всё ближе и ближе с угрозой.

Я загнан и понимаю, что король фэйри заставит их раздавить меня насмерть своей твёрдой массой. Я поворачиваюсь, паника нарастает, я отчаянно ищу место, чтобы выскочить, но его нет.

Я в ловушке.

Клаустрофобия.

Мои глаза дико мечутся. Я скрежещу зубами, пульс колотится, но реальность берёт верх. Меня раздавят здесь насмерть.

Я смотрю, как их жёсткие, непреклонные формы смыкаются.

И смыкаются.

И смыкаются.

У меня есть ещё секунда. Один миг, прежде чем меня раздавят. Я даже не могу повернуться. Я чувствую, как они сжимают меня со всех сторон, готовые обездвижить.

В последней, отчаянной попытке выжить, мои колени сгибаются, ноги готовы, мышцы напряжены, и затем я подпрыгиваю так высоко, как только могу.

Я поднимаюсь на три фута в воздух, а затем отталкиваюсь, упираясь сапогами в статуи, используя их тела, чтобы вылезти из их сдавливающей гробницы.

Не обладая собственным разумом, они подчиняются своему кукловоду, поэтому не могут реагировать достаточно быстро. Я взбираюсь на них, хватаясь руками, впиваясь в каждую опору для ног, и затем, каким-то, блядь, чудом, я забираюсь им на плечи и выбрасываюсь из их клаустрофобического круга.