— Я вижу, у нас намечается соперничество, — заметил Гейдж, отправляя в рот кренделёк.

— Тебе лучше продемонстрировать свои лучшие таланты на танцполе, — сказала я, ткнув его пальцем под рёбра.

— Ты уверена, что справишься с моими талантами? — поддразнил он.

Я с трудом справлялась с нашей потрясающей сексуальной жизнью. Я не знала, смогу ли я пережить его таланты где-либо, кроме спальни.

— О, хорошо. Вы все здесь, — сказала директриса Дестини Спраут, подходя и потирая руки. Это была женщина лет пятидесяти с энтузиазмом двадцатилетней девушки, постоянно употребляющей энергетические напитки. — Ваша главная задача — дрейфовать по залу и следить за тем, чтобы все хорошо проводили время... но не слишком хорошо. Они хорошие ребята. Я не ожидаю каких-то моментов из фильмов 1980-х, но регулярно проверяйте туалеты. Выпускной — это сезон разбитых сердец, — объяснила она. — Если вы увидите что-то вроде наркотиков, алкоголя или слишком увлечённых поцелуев, подзовите меня. Есть вопросы?

— Мы готовы, Дестини, — пообещал Гейдж, как ответственный взрослый, каким он и был.

Я присоединилась к остальным сопровождающим, кивнув в знак согласия. Какая ирония в том, что я была здесь в качестве сопровождающей, хотя на своём выпускном тайком стащила бутылку мятного шнапса из родительского бара. В туалете я продала достаточно рюмок, чтобы покрыть расходы на свой выпускной наряд.

— Держу пари, в школе ты был старостой, — прошептала я ему.

В ответ Гейдж дружески ущипнул меня за ягодицу.

— Отлично, — сказала Дестини. — У нас есть две минуты до открытия дверей. Я собираюсь сделать последнюю проверку всего и непременно отвлекусь на короткий разговор с ди-джеем.

— Это было странно, правда? — сказала я, когда Дестини направилась к импровизированной сцене в своём сверкающем костюме.

Когда я обернулась, Шеви и Арт Бог знает откуда извлекли фляжку .

Я рассмеялась.

— Тсс, — предостерёг Шеви, когда Арт разлил всё, что было во фляжке, по маленьким бумажным стаканчикам.

— Нам не разрешается употреблять алкоголь на территории школы, — объяснил Арт. — Но Дестини знает, что сопровождение — это заноза в заднице, поэтому она идёт по пути правдоподобного отрицания.

— Я и понятия не имела, что быть сопровождающим — это так круто, — сказала я, принимая стаканчик.

***

Прошло сорок минут с начала выпускного, и я была безмерно благодарна судьбе за то, что больше не являюсь подростком. Во взрослой жизни некому было следить за тем, чтобы мой наряд был уместным. Никто не говорил мне прекратить обжиматься с симпатичным парнем в тёмном углу. Мои друзья были достаточно ответственными взрослыми людьми, которые уже не пытались найти тот хрупкий баланс между тем, чтобы вписаться в общество, и тем, чтобы выделиться.

Пока Гейдж раздавал пунш вместо Блюменталей, которые отжигали на танцполе под песню Сиа «Chandelier», я нырнула в туалет, чтобы проверить свой макияж... и притвориться, что высматриваю непристойные подростковые развлечения.

Я как раз подкрашивала нижнюю губу, когда моё внимание привлекло влажное сопение, донесшееся из одной из кабинок.

— С тобой там всё в порядке? — спросила я, надевая колпачок на карандаш для губ.

— Нет, — всхлипнул голос.

— Хочешь выйти и поговорить об этом?

— Может быть.

— Я готова поделиться с тобой половиной шоколадного батончика, который у меня в сумке, если ты выйдешь и поговоришь об этом, — предложила я.

Мгновение спустя из кабинки вышла девушка в жёлтом шифоне и сдувшемся спасательном жилете. Её глаза были красными и опухшими. Опытный стилист уложил её вьющиеся каштановые волосы в строгий французский пучок, который выглядел настолько залитым лаком для волос, что сошёл бы за шлем.

Не говоря ни слова, я протянула ей половину батончика из тёмного шоколада.

— Спасибо, — сказала она дрожащим голосом. — Ты очень красивая.

— Я только что подумала то же самое о тебе.

Она скорчила гримасу своему отражению в зеркале, подняв руку, чтобы потыкать в залитые лаком волосы.

— Я выгляжу как член школьного совета. Я хотела выглядеть взрослой, а не древней, — её взгляд метнулся ко мне. — Без обид.

— Лишь умеренно обиделась. Что случилось?

Она отправила шоколадку в рот.

— Я пригласила Грегори Прайна пойти со мной на выпускной, но он сказал, что не пойдёт. Но он здесь со всеми своими тупыми друзьями, и ведёт себя так, будто не соврал мне прямо в лицо, потому что не хотел идти со мной.

— Грегори похож на придурка, — заметила я.

Это вызвало у неё неуверенную улыбку.

— Ты не не похожа на обычных сопровождающих.

— Это часть моего обаяния. Итак, каков план? Ты позволишь Грегори Придурку испортить твой выпускной?

Она пожала плечами и съела ещё немного шоколадки.

— Возможно.

— Прости. Я не могу этого допустить. Я здесь главная, — сказала я, поворачивая её лицом к зеркалу. — Здесь возможен только один вариант действий.

— Вызвать такси, с позором уехать и до конца выпускного класса перейти на дистанционное обучение? — с надеждой спросила она.

— Нет. Мы исправим твою причёску, а потом вернёмся туда, и пока я буду просить ди-джея сменить плейлист, ты соберёшь всех своих друзей на танцполе и забудешь о существовании Грегори Придурка, потому что лучшая месть — это повеселиться лучше, чем твой заклятый враг.

— Я не хочу показаться сомневающейся, но как, чёрт возьми, ты собираешься исправить этот кошмар? — спросила она, тыча в свои волосы.

— Поверь мне. Я взрослая, и я пережила миллион Грегори Придурков и миллиард неудавшихся причёсок.

Девушка вытерла пальцами под глазами.

— Я Руби.

— Приятно познакомиться с тобой, Руби. Я Зои.

— Ты довольно крутая для взрослой.

— Я знаю.

Десять минут спустя, с копной мокрых волос на голове одной из нас, мы с Руби вышли из туалета.

Гейдж схватил меня за локоть.

— Всё в порядке? Я уже начал беспокоиться, — он бросил обеспокоенный взгляд на Руби, пока она поправляла свой спасательный жилет.

— Всё будет отлично, — пообещала я ему и повернулась к Руби. — Иди, собирай своих девчонок. Увидимся на танцполе.

— Это прозвучало как проблемы, — проворчал Гейдж себе под нос.

Я потрепала его по щеке.

— Только если тебя зовут Грегори.

— Грегори Прайн? Я ненавижу этого парня.

У меня отвисла челюсть, и я на время забыла о своём задании.

— Ты же ни к кому не испытываешь ненависти. Ты слишком хороший.

— В начальной школе он довёл мою племянницу до слёз на игровой площадке, и папа поймал его на краже «Чокопая» из магазина, когда ему было четырнадцать. Уделай этого маленького ублюдка, Катастрофа.

— С удовольствием, — я поцеловала его в щёку и направилась к ди-джею.

***

— Не возражаешь, если я вам помешаю?

Гейдж появился из-за серпантина из водорослей, свисающего над танцполом, и похлопал Уэса по плечу.

— Я возражаю, дядя Гейдж, — бодро сказал Уэс. Парень был в бордовом смокинге, но одна штанина была оторвана, а к оставшейся ткани были приклеены акульи зубы.

— Она моя спутница. Из-за тебя, Гарри, и остальных детей, я не танцевал с ней весь вечер, — пожаловался Гейдж, добродушно толкая племянника в плечо, чтобы тот отошёл в сторону, и заключая меня в объятия.

— Ну, если бы ты не встречался с самой горячей девушкой в городе, мы бы не пытались её увести, — пожаловался Уэс.

— Напомни мне поработать с тобой над комплиментами, — сказал Гейдж, стремительным разворотом уводя меня от подростка.

— Ты значительно менее потный, чем несколько моих предыдущих партнёров по танцам, — отметила я, когда мы, кружа, проходили мимо взмокшей пары в полном облачении выпускного вечера.

— По крайней мере, хоть это играет мне на руку. Веселишься? — спросил он.

— Я вроде как чувствую себя королевой бала, — призналась я.

— Ты должна. Тебя пригласили потанцевать сорок процентов мужского населения этой школы.