— Что? Опять я веду себя не так, как положено жуткому опасному существу? — спросила я у Фердинанда.

В ответ холодные губы коснулись моего лба, а потом он посмотрел на переглядывающихся инквизитора и Императора.

— Аккуратно. Даже если Фердинанд передумает, она нам ещё нужна. Проверь, как она сюда попала, ищи следы влияния на разум. Она могла делать это неосознанно, смешивая свою магию и силу ведьм, — приказал Фредерик, возвращаясь на трон.

Скривившись, будто проглотил лимон, Иларион посмотрел на меня, а потом на Фердинанда.

— Если с ней что-то случится… — процедил сквозь зубы тот.

Как и прежде, мой мучитель лишь хмыкнул в ответ на угрозу, а затем мою голову окутала горячая сеть.

— Думай о том дне, когда попала в наш мир, захватчица, — прозвучал его холодный приказ.

Впиваясь ногтями в руку Фердинанда, я закрыла глаза и начала вспоминать, готовясь к боли.

Боли, которая так и не пришла.

Неожиданно допрос Илариона оказался не таким уж мучительным: редкие вспышки, от которых я вздрагивала, но в целом — терпимо.

Картинки сменялись так стремительно, что я не успевала понять, что именно он видит. А ещё, от этого копания в воспоминаниях меня начинало тошнить.

Это, впрочем, ничуть не мешало “палачу”. Напротив — словно почуяв, что добыча ускользает, он усилил давление, и новая волна дурноты накатила с удвоенной силой.

— Сейчас стошнит, — прошептала я, пытаясь открыть глаза.

В голову вонзилась знакомая спица. Я глухо застонала и тут же всё прекратилось.

— Достаточно! — громко рявкнул Фердинанд.

Ответом на приказ принца стал разочарованный рык.

— Слишком большой промежуток времени. Мне этого недостаточно! — возмущался Иларион, шагая вокруг.

Под его тяжелым взглядом я ощущала себя раненым зверем, вокруг которого кружит голодный хищник.

К счастью, аппетиты Главного Инквизитора не слишком волновали принца. Поднявшись, Фердинанд помог мне встать и сам поправил смятое платье.

— Для одного раза более чем достаточно. Она не преступница, а я не юнец и в состоянии отличить свои желания от навязанных, — сухо возразил он.

Они выглядели как двое мальчишек, не сумевших поделить игрушку. Если не считать, что игрушкой сейчас была я.

— Фердинанд прав. Ты выяснил то, что поможет мне принять решение. Этого достаточно, Иларион. Всё остальное мы узнаем со временем, — прервал спор холодный голос Фредерика.

На какое-то время в зале воцарилась тишина.

Глаза всех троих магов вспыхнули, а меня прижали к каменной груди.

Обсуждение моей судьбы собирались вести без меня. И в этот момент я не была уверена, хочу ли слышать их разговоры или всё-таки нет.

Пожалуй, нет.

Хватит с меня хищных взглядов, тяжелых шагов и хамства. Хватит слушать, как меня называют “существом” и описывают, насколько жалкая судьба ждет наших с Фердинандом детей.

Это было больше, чем я могла вынести за один визит.

Я подумаю об этом.

Потом. Когда-нибудь. Позже.

Сейчас главное — выжить. Иначе ни о каких детях беспокоиться не придется в принципе.

Мужчины застыли каменными изваяниями, хватка Фердинанда ослабла, и я задышала чаще.

Сказать: “Идите, женитесь, она не опасна”, — не заняло бы много времени. Значит, Инквизитор и Император пытались убедить принца в обратном.

Спор затягивался.

Глаза менталистов сияли, на висках проступили пульсирующие жилки от усердного обсуждения, а я устала стоять солдатиком.

Выбравшись из объятий ректора, я направилась к окну.

Нужно отвлечься, а потом стойко вынести неприятные новости. В то, что они окажутся радостными, верилось всё меньше, паника подкрадывалась все ближе, и дрожали уже не только руки, но и ноги.

Я попыталась сосредоточиться на пейзаже за тонким стеклом, но и там всё выглядело угрюмо.

Вид на мост, по которому топтались стражи. Ворота, которые сегодня были закрыты, будто намекая: сбежать без специального артефакта не получится.

Это совсем не отвлекало — скорее нагоняло тоску ещё больше.

Видимо, поэтому я не сразу заметила, что что-то не так.

А когда заметила — не сразу поняла.

А когда поняла, было уже поздно.

Магический шар летел прямо в стража. Маги заметались, убегая к дворцу. А из магтелег, подъезжающих к воротам, начали выплывать фигуры в тёмных плащах и со странными палками.

— Ваше Величество, либо у вашей стражи странная пересменка, либо на дворец напали, — тихо сказала я, обернувшись к всё ещё отсутствующим мужчинам.

Меня не услышали или не собирались слушать.

Пришлось повысить голос:

— Фер, там какие-то маги в чёрных плащах и с артефактными палками пытаются сломать ворота во дворец. Я группу поддержки не вызывала, так что это, наверное, к вам. И явно не с дружеским визитом, — позвала единственного, кто видел во мне большее, чем опасное коварное существо.

По крайней мере — пока.

Как ни странно, это сработало.

Глаза всех троих тут же потухли, а первым рядом со мной оказался вовсе не принц-ректор.

Небрежно оттолкнув меня от окна, Иларион посмотрел на лежавших магов и перекошенные ворота.

— Эдмонд всё-таки собрал союзников. А я вас предупреждал! — прорычал он, резко развернулся и побежал к выходу.

Следом к окну подошли Император и его брат.

Фердинанд притянул меня в объятия, а Фредерик озадаченно потер бороду.

— Что ж, судя по всему, мы нашли не всех шпионов. Охранные артефакты не работают. Придётся вам с кузеном немного вспомнить уроки в Академии, — излишне спокойно произнес он, наблюдая за суматохой магов во дворе.

Судя по его “ВАМ”, марать руки и рисковать головой Его Величество не собирался.

Но Фердинанд ничуть не удивился, будто такое уже случалось. Принц даже не особо напрягся от перспективы сражаться с предателями. Только прижал меня крепче и погладил по голове.

— Юля идёт с вами, — строго произнёс он, словно отдавал брату приказ.

В ответ Император лишь криво улыбнулся.

— Я и не сомневался. Но Августе и девочкам это не понравится. Они в курсе, какая у нас сегодня гостья, — безразлично заметил он.

Да уж, знакомство “опасного существа” с Императрицей станет ещё одним испытанием.

По коже пробежала дрожь, но я только крепче прижалась к своему чудищу. Никуда уходить не хотелось. И уж точно — не с Императором и его “девочками”.

— Со своими женщинами разберись сам, брат. И будь добр: пока я спасаю твой трон, присмотри за моей женой, — грозно рыкнул Фердинанд, а потом резко развернул меня к себе.

Удерживая за талию, он пальцем поднял мой подбородок, заставляя смотреть в глаза.

— Юли, сладкая, слушай меня. Ни на шаг от Фредерика. Мы с Иларионом быстро справимся, и я приду за тобой. Но до того, постарайся не влипнуть в приключение. Что бы ни говорили, ты моя жена. Обряд – формальность. Ты моя жена, и прошу: не слушай, не спорь и не делай глупостей, — строго напутствовал меня почти жених.

“Почти” — и этим всё сказано. Жена я только для него, для остальных — опасное существо.

— А что если ты не придёшь? — всхлипнула я.

Страх липкой жижей расползался по телу. Теперь я даже в Северную Лисандию сбежать не смогу. Без Фердинанда мне конец.

Я видела, как смотрел на меня Иларион — как хищник, попробовавший кровь жертвы.

Видела взгляд Фредерика: он сам с удовольствием казнит меня или поможет влипнуть в ту самую “неприятность”.

Слёзы катились, взгляд Фердинанда становился мрачнее, а потом мои губы захватили в плен обжигающего поцелуя.

***

Быстрые шаги подсказывали, что Фредерик ушёл, оставляя нас одних.

И только теперь я позволила себе вдохнуть. Руки сами обвили мужскую шею, губы уступили, позволяя ректору углубить поцелуй, а по телу разлетелись искры желания.

Желания, отражавшегося в дыхании Фердинанда, в его руках, замиравших на спине, и в пальцах, то и дело впивавшихся в кожу.

Мысли принца были как никогда далеки от сражений. Этот поцелуй не ощущался как прощание. Скорее — как обещание. Обещание того, от чего внизу разгорался пожар, а ноги дрожали уже не от страха.