Когда, водрузив сковородку с исходящим паром омлетом в центр стола, Данька вышел, я облегченно и вместе с тем с каким-то отчаянием выдохнула. Долго я так не продержусь: не имеющий никакого отношения к еде аппетит не даст.

Данька вскоре вернулся, а мой покой — нет.

Ещё и обнаружила, пока мыла руки, что Данька уже успел наносить воды. Флэш он что ли?

А вот о том, что не почувствую вкуса еды, я переживала зря. Омлет я в принципе не особо люблю, но этот был бесподобен.

— Конфетка, — донёсся до удрученной этим фактом меня, робкий голос Даньки. — Тебе не понравилось? Ты такая мрачная.

Будешь тут мрачной: он же хорош, — причём пока что во всём — как бог, и соблазнителен, как дьявол!

— Это я предстоящей разлукой с тобой опечалена, — язвительно сообщила я и прикусила язык.

Во-первых, даже в такой форме не стоило вываливать ему то, о чём думаю, а, во-вторых, неожиданно он посмотрел на меня с такой практически по-детски искренней надеждой, что мне стало неловко за то, что я не смогу её оправдать. Во всяком случае сейчас.

— Правда?

Да. То есть нет. То есть правда, но я ни за что не признаюсь.

— Ты всё же решил от меня съехать? — продолжая сосредоточенно смотреть в тарелку, нейтрально поинтересовалась я.

— Нет, я лишь хотел сходить на работу, — растерянно ответил он.

— Вот видишь: значит у меня нет повода для печали, — весело заключила я. Однако Данька моей весёлости не разделил.

— Но если бы…

— Омлет очень вкусный, — уже догадываясь, куда он клонит, перебила я. И, подняв-таки взгляд от опустевшей тарелки на него, добавила: — Спасибо, Дань.

Он кивнул. Уголки губ слегка дрогнули, но новой попытки он не предпринял.

Сообразительный мальчик.

Итак, он уходит на свою подработку. А чем мне занять в это время себя? Я бы почитала, но телефон разряжен. Может смотаться в магазин? Или прогуляться до леса? Взять с собой Джеки… Но сначала оценю вчерашнюю Данькину работу. А то с утра проскочила, даже не разглядев толком.

— Конфетка, что тебе приготовить на обед? — убрав со стола, и, принимаясь за посуду, деловито спросил Данька.

Хозяюшка-то ты моя! Я начала на него злиться. Вот какого хрена он такой идеальный? Хоть бы в чём-нибудь облажался! Даже тогда, когда я спалила его на подслушивании, то сама облажалась больше, чем он.

— Реши сам, — пожала плечами я. — У тебя весьма неплохо получается. Продукты все в холодильнике. Попозже схожу ещё закуплюсь.

— Вместе сходим, — стоящий ко мне спиной Данька, не оборачиваясь, покачал головой.

Я вопросительно изогнула бровь, но сообразив, что моей мимики он всё равно не видит, озвучила своё недоумение:

— Почему именно вместе?

— Я понесу сумки, — просто пояснил он.

Побыстрей бы он уже ушёл, а то моя крепость сдастся без боя, а это как-то прямо совсем фу!

Но к моим чаяниям боженька, как и накануне, оказался глух, и Данька после мытья посуды принялся за готовку обеда. Такого измывательства над моими уже устоявшимися представлениями о мужчинах, моя психика не выдержала, и я, предупредив его о том, что отправляюсь на прогулку, попросила, чтобы, уходя, он поставил к дверям метлу.

— Зачем? — любопытство Даньки выглядело вполне натурально.

— В вашем мире нет такого обычая? — усмехнулась я.

— Не слышал, — ловко снимая ножом кожуру с картофеля, пожал плечами Данька.

— Это чтобы чужие поняли, что хозяева вышли, но где-то рядом, — пояснила я.

Данька помолчал.

— Мне кажется, если воспользоваться ключом, эффект будет тот же: чужие поймут. Но так ещё и надёжнее.

Ага, особенно если этот ключ оставить под ковриком, о чём тоже все знают!

— Ты ж сам видел: у меня выносить нечего.

— Как скажешь, Конфетка. Я лишь выразил своё мнение. Пойдём покурим?

Курил он, как и вчера, наклонившись корпусом вперёд и облокотившись на колени. Я же, стараясь не повторить вчерашней ситуации, сосредоточила внимание на собственных ногах. Болтать ими это у меня неосознанная привычка — такая же, как барабанить пальцами, когда нервничаю.

— Давно у тебя этот дом? — через некоторое время нарушил тишину Данька.

— С детства.

— А клад на чердаке искала? — оживился вдруг он.

— Какой ещё клад? — оторопела я и зыркнула на него с подозрением. Уж не это ли истинная цель его подселения?

— Или привидений, — словно не услышав меня, продолжил он. — Мы в детстве с Дарионом весь чердак излазали. — Тут Данька поднял на меня глаза, в которых отразилось недоверие: — Ты не слышала о такой детской забаве?

— И как — успешно? — имея ввиду их вылазки с братом, насмешливо уточнила я.

Он кивнул.

— А как, ты думаешь, я принцем стал? Нашёл клад и купил себе титул. Шучу, Конфетка. Видела бы ты сейчас свои глаза. Привидений находили чаще, чем клады, но порой везло и на последние.

— А что делали привидения при встрече с вами? — спросила я.

— С одним из нас, — поправил Данька и улыбнулся. — Второй как раз отыгрывал роль привидения. Ну, а что делают привидения? Пугали, конечно же.

— А клады? — невольно заинтересовалась я.

— Ну, мы с братом одно время были просто помешаны на идее отыскать в своём доме клад. Верили, что раз дом старый, то и клад в нём обязательно должен быть спрятан. Найти, конечно, не могли, и тогда стали просто разыгрывать друг друга, как и в случае с призраками.

— Не, моим личным привидением стать было просто некому. Да и клад искать по тёмным чердакам — я не настолько смелая, — призналась я и усмехнулась, заприметив наблюдающего за нами со своего участка Ваньку. Ишь ты — никак блюдёт мою девичью честь?

И тут в меня словно бес вселился. Потушив окурок, я приобняла Даньку и чмокнула его в щёку. Ну, вот, дело сделано: одному дала понять, что ему ничего не обломится, второго навроде как обнадёжила. Теперь, пока Данька не успел очухаться, пора сматываться.

Резво подскочив с места, я бросила последний взгляд на ошеломлённо застывшего с блаженной улыбкой на устах «принца» и, «добив» его контрольным: «Счастливо оставаться, Мармеладик!» поспешила к калитке. Надеюсь, ни которому не взбредёт в голову меня преследовать?

Вроде обошлось. Вот только я же Джеки с собой взять хотела. Но прямо сейчас не решусь вернуться.

Н-да… Веду себя, как ребёнок. Ну, а что? С кем поведёшься, как говорится. Оба ведь меня младше. Тем более они первые начали. Тьфу ты, блин! Ну точно, как дитя малое.

Задумавшись, я и не заметила, как свернула к лесу. Вообще-то здесь нечасто гуляют. Это ж я на даче исключительно отдыхаю, а другие в огородах своих копошатся. Воровато оглянувшись, я ещё раз убедилась, что погони за мной нет и сбавила шагу.

Теперь, когда первый азарт спал, затея раздразнить двух самцов уже не казалась удачной. А ну как Ванька после моего побега отправился выяснять отношения с ничего не подозревающим соперником? Не то, чтобы я сомневалась в том, что Данька сумеет за себя постоять, но вот все эти разборки совершенно ни к чему. А хотя я, наверняка, преждевременно переживаю. Ну не дурак же Ванька?

Тем не менее прогуливалась я не менее часа. Решив, что этого времени должно хватить Даньке, чтобы приготовить или уж по крайней мере охладить свой пыл, медленно побрела в сторону посёлка. В конце концов я иду к себе домой!

В посёлок уже входила с гордо поднятой головой. Пусть только сунутся! Впрочем, «соваться» никто и не спешил. Ни у моего дома, ни у Афанасьевны на участке никого не было. Учуявший меня Джеки на этот раз всё же поднял радостный лай, но из дома никто не вышел. Хм…

А метла-то вроде дверь не подпирает. Подойдя ближе, убедилась, что не показалось. Так Данька всё-таки дома или, «не знакомый с обычаями нашего мира», просто забыл ее поставить?

С некоторой опаской зашла внутрь. Заглянула на веранду, прошлась по тем помещениям, которые были ему уже показаны. С кухни доносился просто умопомрачительный аромат, но самого Даньки не обнаружилось и там.