Вот только всё равно, чтобы преодолеть это расстояние, Фили бы плащ-невидимка понадобился. В противном случае хотя бы краем глаза мы бы его перемещения всё равно заметили. Хотя…

Это если бы он передвигался стоя! Но ведь к тому моменту, когда мы с Кристи отвлеклись, он ползал в траве. Лечь на брюхо и проползти несколько метров — задача вполне посильная.

И да, этот способ, конечно, не гарантирует полной незаметности, но, как по мне, эта версия правдоподобнее перемещения в другой мир.

Я глянула перед собой, оценивая расстояние до двух наиболее вероятных укрытий: бани и сарайки. Оба на примерно одинаковом расстоянии…

А Данька, отзывая меня до того в сторонку, не мог ведь не догадываться, что успевшая заскучать в наше отсутствие Кристинка непременно захочет выяснить, зачем мы отходили.

Блин, да у него прям талант! Любую ситуацию — даже если что-то вдруг пошло не по изначальному плану — все равно обернет себе на пользу.

Ну и что проверять сначала: сарай или баню? Лично я бы поставила на первый. Он чуть поближе, а наши подельнички были не в том положении, чтобы бессмысленно рисковать.

Но одна я туда, конечно же, не пойду: Фили несмотря на вид свой неказистый доверия у меня не вызвал. И хотя вероятность того, что он решится напасть посередь бела дня, наверное, всё же невелика, полностью сбрасывать её со счетов я бы не стала. Он ведь навряд ли ожидает, что его вычислили, а потому может действовать нелогично.

— Кристи, а пойдём-ка Его Высочеству инструмент для покоса подберем, а то я уже и впрямь не знаю, что в этих джунглях в следующий раз обнаружится, — глядя вопреки логике не на подругу, а как раз на упомянутое “Высочество”, позвала я.

Впрочем, всматривалась я в Данькино лицо напрасно: он был сама безмятежность. Только поинтересовался, требуется ли его помощь.

Столь любезное предложение пришлось отклонить, потому что единственная помощь с его стороны, которая бы мне сейчас пригодилась, — правдивый рассказ о том, что на самом деле здесь произошло. Но на такую роскошь, понятное дело, не стоило и рассчитывать.

— Только не говори, что ты действительно идешь за газонокосилкой, — понизив голос, проворчала Кристи, когда мы отошли.

— Не скажу, — усмехнулась я. — Крис, я подозреваю, что тот мужик прячется сейчас в сарае.

— Весьма вероятно, — задумчиво согласилась она. — Одного не пойму: как он смог проскочить так, что мы этого не заметили?

— Ползком, — пожала плечами я.

— А вариант, кстати. А я вот не додумалась.

— Может тебе здесь лучше остаться? — когда до двери оставалось пару шагов, с сомнением глянула я на неё.

— Ага, щас! В общем, план такой, — зашептала она, — ты заходишь первая и громко, прямо от дверей, интересуешься, не помню ли я, куда ты топор положила. Типа мы не за мужиком, а на самом деле за топором пришли.

— Ну-ну! А чего только за топором? Давай уж сразу за колом осиновым! Не годится. Лучше так: я захожу и спрашиваю у тебя, едет ли уже полиция? Мол, пропажа человека — дело нешуточное. А ты отвечаешь что-нибудь в духе: да, что тут добираться-то, пару минут. По-любому уже в посёлок въехали…

— Так может мы полицию и на самом деле вызовем? — оживилась Кристинка.

— И к тому времени, когда они в действительности досюда доберутся, мы уже на пенсию выйдем, — съязвила я. — А чувак этот точно успеет смыться. И придётся ещё за ложный вызов штраф платить.

— Слушай, мать: ну ладно в траве он ползком пробирался, но тут-то у дверей нет травы. Заметили бы мы, — засомневалась вдруг подружка.

— У тебя есть более правдоподобная версия, куда он мог так быстро подеваться? Или ты веришь, что он уже реально в Гадесе?

— Ну ты даёшь! Ещё и название запомнила! — поразилась Кристи.

Я не стала уточнять, что просто уже и до этого слышала его от Даньки.

Дальше действовали по придуманному наспех плану. Я зашла первой, Кристи — следом. И пока я “перетряхивала сарайку”, она на всякий случай торчала у окна: оттуда чётко просматривалась тропинка к дому. Да и Даньку, слонявшегося на том же месте, где мы его оставили, оттуда прекрасно было видно.

Фили, впрочем, внутри не оказалось.

Пришлось повторять весь спектакль ещё и в бане. Но и там было пусто. Да и не мудрено. Видимо, он с самого начала прятался именно в ней, а пока мы торчали в сарае, благополучненько смылся. Причем, мы сами предоставили ему этот шанс.

Оставалось только признать, что нас облапошили. И осознание это вызвало у меня двоякое ощущение: с одной стороны облегчение, что удалось избежать опасности, а с другой — досаду. Но в любом случае настроения это мне не прибавило, и возвращалась я к ожидавшему нас Даньке хмурая, как туча.

Вопреки логике он тоже не выглядел довольным, а при виде меня ещё и обеспокоился:

— Конфетка, что-то с инструментом?

Пару мгновений я молча изучала его, прикидывая, чего бы дала ему быстрее: «Оскара» или «люлей»? В принципе он и того, и того заслуживал.

— Я передумала, — отмахнулась я. — Постричь мне лужайку ты и позже можешь, а вот твою историю уже прямо не терпится услышать. Ты ведь помнишь, что это моё второе условие, чтобы ты мог здесь оставаться?

Теперь он помрачнел ещё больше.

— Помню, Конфетка. И как раз об этом я хотел с тобой поговорить… в общем, мне, наверное, лучше уйти…

Его голос дрогнул, а потухший взгляд ножом полоснул моё бедное сердце. Кончики поджатых губ уже знакомым движением опустились вниз.

В глазах, которые он опустил следом, за мгновение до этого отразилась такая вселенская печаль, что стало понятно: всё-таки «Оскара!»

— Вот и славненько. Ваше Высочество, тебя до калиточки проводить или сам не заблудишься? — проявила “заботу” Кристинка.

Я же, ещё недавно размышлявшая над тем, что его уход избавил бы меня от всех проблем, неожиданно для самой себя испугалась. Мне как-то разом стало понятно, что добровольно отпустить его я вот вообще ни разу не готова.

А ещё прогонять собиралась! Смешно!

Я ведь уже говорила, что терпеть не могу ситуации, в которых теряю над собой контроль? Эта была как раз такой.

Неужели я успела в него влюбиться? Да не, бред какой-то. Я же о нём ничего не знаю. Ну разве только то, что заливает он просто мастерски.

И то, что впечатляющим актерским талантом обладает — тоже.

А ещё то, что к решению задач он подходит основательно и масштабно, а значит, наверняка, и умеет добиваться своих целей. Ну и то, что он весьма неплохо владеет собой: провокации Кристи, на которые он упорно не ведётся, тому подтверждением.

И ещё то, что его не пугает работа. И он не разделяет обязанности на мужские и женские. То, что он отменно жарит шашлык и метко бросает камни. То, что у него милая улыбка, сильные руки и невозможно красивые глаза…

Тьфу ты чёрт!

Но так-то, если подумать, получается не так уж и мало я о нём знаю. Другое дело — соответствует ли создаваемый им образ действительности? И вот тут не стоит забывать о том эпизоде, где он предлагал Кристинке подержать змею…

— Так ты ж жениться на мне хотел. Передумал? — усмехнулась я, продолжая буравить его взглядом.

— Конфетка, так ты согласна?

Сказать, что меня едва не снесло волной его восторга — это ещё ничего не сказать. Порывисто шагнув ко мне, он вдруг заключил меня в объятия, закружил, потом внезапно отстранился и недоверчиво, словно боялся поверить своему счастью, и в то же время с непередаваемой нежностью заглянул в глаза.

И всё это, ничуть не смущаясь присутствия Кристинки!

Угу, вот только за беглых принцев из “гадского” королевства я еще замуж и не выходила!

— Ты правда согласна? — его чарующий голос с бархатными нотками, от которых по телу буквально прошлась волна жара, окутал меня сладким наваждением, в которое хотелось погружаться и погружаться.

“Эль, да ты спятила!” — заполошно пискнула внутри та часть меня, которой пока удавалось сохранять остатки разума. Которая из последних сил еще сопротивлялась этому наваждению, но, кажется, уже бесполезно. Удивительно ли, что она не была услышана?