Вынуждена признать: я обладаю рядом неоднозначных талантов. И умение влипать в сомнительные истории — один из них. Пример? Да пожалуйста!

Вот он: без задних ног дрыхнет на моем диванчике. К слову, мне даже неизвестно его имя. А в ушах до сих пор звучит фраза: «Спрячь меня»!

Не правда ли, не самая распространенная просьба от человека при первой встрече, которого изначально ещё и обнаружила лежащим без сознания?

И ладно бы он на своих шести сотках валялся — я бы и слова не сказала! Так нет же — ему чем-то мои приглянулись. Ну и кто мне виноват, что любопытство оказалось сильнее гласа разума?

Но обо всём по порядку.

Это утро ничего особенного не предвещало. Подумаешь, проснулась с первыми лучами солнца — всяко ж бывает!

Понежившись ещё немного в постели под заливистое щебетание птах за окном, — вот уж кому неймётся! — встала и побрела-таки умываться.

Душу, пока плескалась под рукомойником, грела мысль о миске ароматной клубнички с парным молочком. Сказка, а не завтрак! Сказка-то сказка, да где б ее взять?

Мой реальный завтрак был куда скромнее: кофе и бутерброд. А вот за ягодами: клубники нет, зато малина зреет исправно, — в сад я всё-таки вышла.

И вот как раз там — в саду — я и споткнулась о бесчувственное тело красавчика, что спит сейчас у меня на веранде. Знаю, о чём вы подумали: как можно не увидеть лежащее на земле тело?!

Ну, во-первых, у меня в том месте участка трава сто лет некошеная, а, во-вторых, — о, я ещё и не такое могу! Иногда думаю: исчезни весь мир, — как скоро я это замечу?

В общем, шествовала я вся в своих мыслях да летнем лёгком платьишке к вожделенному малиннику.

Под ноги смотреть? Пф! Чего я там не видала? Но вот, как оказалось, кой-чего не видала!

Впрочем, в каком-то смысле боги в это июльское утро были ко мне всё же благосклонны. По крайней мере, споткнувшись, я чудом не рухнула на неожиданно возникшее на пути препятствие. И наконец-то соизволила сделать то, с чего следовало начать — взглянула под ноги…

Он лежал, широко раскинув руки, и даже с закрытыми глазами был бессовестно хорош.

Угольно-чёрные волосы, татуха на руке, надпись «Адидас» на спортивках — мозг фиксировал крупные детали, пока я, забыв закрыть рот, как дура, пялилась на него. А ведь изначально заорать собиралась!

По-любому раньше я его никогда не встречала. Такого если раз увидишь — запомнишь без вариантов! Однако странное, иррациональное, ощущение узнавания крепло внутри с каждой секундой.

И хотя видимых повреждений на теле парня я не обнаружила, но как будто бы отсутствующее дыхание, заставило моё сердце затрепыхаться сильнее.

Так, и что теперь? Быстро оглядевшись по сторонам, я убедилась, что свидетелей, по случаю раннего часа, вокруг не наблюдается. Звать на помощь?

Пожалуй, пока повременю. Вдруг это вообще чей-то тупой пранк?

Вон у Афанасьевны-соседки младший Ванька плюс-минус того же возраста. Так может это его дружок тут разлегся позагорать, а сам Ванька где-нибудь в засаде на телефон всё снимает?

Небось на визги-писки рассчитывали? А вот шиш им!

На этот раз по сторонам я озиралась куда внимательнее, но гипотетический сообщник выдавать себя не спешил.

Вздохнув, я собралась присесть на корточки, чтобы прощупать нежданной находке пульс, но...

Слабый ветерок, что до этого лишь слегка развевал мои длинные волосы, вдруг резким порывом надул подол платья. И вот надо же было спящему царевичу распахнуть свои очи именно в сей пикантный момент!

Впрочем, я испытала настолько сильное облегчение: жив! — что не сразу и сообразила. Дошло, когда увидела его блаженную улыбку и услышала мечтательный голос:

— Идеальный ракурс! Уже только ради этого стоило здесь очутиться…

— Какого?! — возмущенно одергивая платье, резко начала я, но тут встретилась с ним взглядом… и пропала! Только и сумела выдохнуть: — Чёрт!

— Не совсем, — кокетливо поправил он.

Нет совсем! Я ведь не малолетка какая-нибудь, а взрослая, тридцатилетняя, барышня, чтобы вот так вот глупо поддаваться очарованию его дурацкого взгляда! Его нереально, невозможно, возмутительно притягательного взгляда!

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Взгляда, который словно бы проникал в самую душу. И я не смогла отвести свой, хоть и следовало.

Так и пялились друг на друга: я — с горящими щеками, попутно отмечающая необычайно красивый разрез глаз в обрамлении густых темных ресниц, и он, как-то незаметно для меня успевший стать серьёзным. Мне показалось, что это длилось вечность. До обидного короткую, правда…

— Мне нужно где-то укрыться, — поднимаясь и отряхиваясь, довольно буднично произнёс парень, — и твой дом подойдет как нельзя лучше.

Я глянула на него исподлобья. Укрыться от солнца, так полагаю? Которым головушку напекло?!

Эх, сейчас бы выставить его прочь с участка, ну или хотя бы отвернуться безразлично! Но…

На голову меня выше, широкоплечий, с крепким торсом, обтянутым черной футболкой, с сильными по-мужски красивыми руками, узкими бедрами и…

И так и хотелось сказать «избушка, избушка, повернись ко мне задом!» Потому как там и задница, под этими мешковатыми «Адидасиками», которые, к слову, ему офигенно шли, наверняка, весьма зачётная. Боги, о чём я думаю?!

Сообразив, что какое-то время пялюсь в район его… в общем, ниже пояса, я, чувствуя, как горят уже не только щёки, но и уши, поспешила поднять глаза и вновь поймала его взгляд. Теперь откровенно насмешливый.

Чёрный! Ему нереально идёт чёрный цвет. Красавчик настолько гармонично в нём смотрится, будто сразу так и родился. А ещё у него интересная татуха на шее. И, и… и, блин, мне нужно срочно подумать о чем-нибудь нейтральном!

О-па! Я не ослышалась? Он сказал: «Спрячь меня»?!

Стараясь чтобы это смотрелось естественно, я отступила на шаг и оглянулась на собачью будку. Джеки на месте, с виду — вполне здоров. А лаять кто будет? Я что ли? Нет, ты посмотри: он ещё и хвостом виляет! Что теперь всякому можно беспрепятственно вторгаться на нашу территорию?

Не то чтобы Джеки такой уж прям сторож у меня, но чужих раньше молча никогда не пропускал! Ладно, морда, я с тобой позже поговорю, сперва же разберусь со своим незваным гостем.

Оборачиваясь обратно, я готовилась к чему угодно: от внезапного нападения до исчезновения красавчика, но тот по-прежнему стоял на месте и терпеливо ждал. Даже позы не сменил. Лишь во взгляде появилась усталость.

Но несмотря на это он всё равно завораживал. В итоге пока я формулировала мысль, незнакомец меня опередил:

— Наверное, это очень невежливо, но давай вопросы — потом. Переход, знаешь ли, утомил. Пустишь отоспаться? Здесь меня искать точно не станут.

Нормально, нет? Главное не «не найдут», а у меня, типа, искать не станут!

И, кстати, о ком он? О бандитах, коллекторах, органах правосудия? Переход ещё, блин, какой-то!

Интересно, а он вообще в своём уме? Я вот пока что из своего не выжила!

Ишь ты: впусти его в дом! И навлечь тем самым на себя неизвестно какие неприятности? Не может быть и речи!

— Учти, у меня дрессированный пёс, — нахмурилась я. — И телефон.

— О, ну если и телефон дрессированный, то с тобой шутки плохи, — нет, ты погляди: он ещё и прикалывается!

— Шагай в дом, пока не передумала, — мрачно велела я.

— Конфетка, — подмигнул он, спрятал руки в карманы и, обойдя меня, зашагал в указанном направлении.

Вздохнув, я развернулась, и мой взгляд тут же скользнул вниз: блин, а задница у него и правда зачетная! М-да, нелегко мне придётся!

— Какая ещё конфетка? Ты голоден? — плетясь сзади, не больно-то любезно осведомилась я.

На самом деле злилась я не на него, а на себя, но на нём-то отыгрываться удобнее!

Впрочем, незнакомец моего тона будто и не заметил. Зато я от его следующей фразы аж споткнулась и полетела вперёд. Благо, что реакция у парня оказалась отменной, и он успел, обернувшись, поймать меня прямиком в свои объятия.