Матвеич, услышав это, удивленно хмыкнул и заметно оживился.

– А вот это очень хорошая новость, Алекс, – довольно потирая руки, произнес он. – Главное, чтобы этот жулик Гилберт не попрятал все ценное перед твоим приходом. Завтра же утром, не теряя времени, едем в Риверсайд. Надо будет поспеть к самому открытию. Давно пора как следует потрясти этого скрягу Гилберта! – и он ехидно ухмыльнулся.

Такого неожиданного поворота Михаил, похоже, снести не смог.

– Я, гм, тоже приготовил вам кое‑что для дела, – глянув на меня исподлобья, угрюмо пробурчал он. – Сейчас.

Он встал и направился к гаражу, возле которого оставил два кейса: один большой, как для винтовки, а второй поменьше.

Когда он вернулся и, водрузив их на стол, откинул крышки, Матвеич удивленно присвистнул.

– Нихрена себе, Миша. Где ж ты раньше был?

Передо мной в кейсах лежали два необычных предмета. Они были явно военного предназначения, но выглядели довольно странно и непривычно. Таких образцов в нашем мире точно не производят. Во всяком случае мне про это ничего не известно.

Первый чем‑то смахивал на бинокулярный прибор ночного видения, с той лишь разницей, что сверху на нем виднелась прозрачная полусфера, внутри которой был заключен небольшой прозрачный кристалл, погруженный в голубоватую жидкость. Второй же предмет напоминал винтовку довольно необычной конструкции. Ее ствол был охвачен длинным рядом кольцевых приспособлений, к которым тянулась пара металлических кабель‑каналов от небольших экранированных полусфер, выдающихся с обеих сторон. Снизу, на своем привычном месте, крепился небольшой магазин, патронов на десять. Приклад, спусковой крючок, оптический прицел и ПБС выглядели при этом относительно привычно.

– Гаусс‑винтовка Прокофьева и зэн‑визор! – с гордостью проговорил Михаил. В этот момент его лицо разгладилось, а неприязни в голосе заметно поубавилось.

– Охренеть! И где ты такую редкость откопал? – Матвеич не мог нарадоваться. – Их же больше не выпускают. Заменили своим британским говном, уроды.

– Хорошо хоть калибр один и тот же. Проблем с боеприпасами точно не будет, – скупо улыбнувшись, произнес Михаил. – А где достал, там уже нет, – уклончиво добавил он.

– Может, кто‑нибудь расскажет, что это за зверь? – я с подозрением покосился на странную винтовку.

Михаил презрительно усмехнулся и многозначительно глянул на Матвеича. Но Степан даже бровью не повел. Похоже сейчас ему трудно было испортить настроение.

– Гаусс‑винтовка с высокой пробивной способностью пули, – деловито проговорил Матвеич. – Два питающих зэн‑элемента на основе кристаллов третьего уровня. Компенсаторный механизм отдачи, преобразующий кинетическую энергию в зэн и позволяющий немного увеличить время работы аккумуляторов. Оперенные подкалиберные пули малого диаметра с сердечником из сплава карбида вольфрама и этериума. Поддон патрона изготовлен из полимеров. Сначала срабатывают два пороховых заряда, а после этого пуля получает дополнительное ускорение за счет концентрированного зэн‑поля.

Степан даже крякнул от удовольствия, а потом весело посмотрел на меня.

– Короче говоря, этот инструмент с большой долей вероятности пробьет и энергоброню и тело Хамуса. С помощью обычной винтовки такого не добиться. Приходится ждать, пока монстр отключит защиту и подставит уязвимую зону. Эти твари очень осторожны. Чуть что, сразу врубают маскировку и сваливают. А уж если их разозлить, то можешь смело записывать себя в трупы.

Краткий ликбез Матвеича был более‑менее понятен. Осталось уточнить некоторые моменты.

– Кучность стрельбы на сто метров?

– В опытных руках в районе двух с половиной сантиметров, то есть меньше одной угловой минуты. Отклонение от цели средней точки попадания – меньше сантиметра. А теперь самый смак. Готов? – Матвеич загадочно улыбнулся, выдержал драматическую паузу и выдал: – Начальная скорость пули – две тысячи метров в секунду!

– Серьезно? Ты ничего не путаешь? – Я недоверчиво посмотрел на Степана. Насколько я знал, такой скорости в моем мире не достигала ни одна пуля. СВД стандартным боеприпасом выдавала всего восемьсот тридцать.

– Точно тебе говорю, – с гордостью ответил Матвеич. – Убойная штука. Только боеприпасы дорогущие. Так что попрактиковаться не выйдет. Винтовка же пристреляна? – И он глянул на Михаила.

– Обижаешь, Степан, – рыжебородый довольно улыбнулся.

– Вот и отлично! Значит завтра день на подготовку, а в понедельник перед рассветом выдвигаемся. Ты как? – И Матвеич внимательно посмотрел на меня.

Я молча кивнул, продолжая внимательно изучать гаусс‑винтовку. По ее внешнему виду было понятно, что питающие элементы находятся в двух полусферах, расположенных по бокам. Знать бы еще, как там все работает.

Я перевел взгляд на второй кофр. Устройство, находящее в нем, Матвеич, насколько я помнил, назвал зэн‑визором. И на нем тоже была смонтирована полусфера, только прозрачная. Закрепленный в голубоватой жидкости кристалл намекал на определенную аналогию с системой питания винтовки. Возможно, что в защищенных металлическими кожухами полусферах расположены точно такие же объекты. Матвеич что‑то говорил про питающие элементы «на основе кристаллов третьего уровня». Как бы то ни было, надо уточнить предназначение этого прибора.

– Степан Матвеевич, а это что такое? – с интересом спросил я. – Название «зэн‑визор» мне мало о чем говорит.

– С помощью этого прибора можно видеть монстров в зэн‑диапазоне. Каждый из них в той или иной степени излучает зет‑энергию. Именно это излучение и засекает зэн‑визор.

– То есть ты хочешь сказать, что он поможет увидеть Хамуса, даже если тот врубит невидимость?

– В точку, Алекс!

– Полезная вещица. Вот бы еще и прицел такой же…

– Смотри сюда, салага, – самодовольно вмешался Михаил и указал на маленькую полусферу с кристаллом, расположенную на верхней части прицела. С моего ракурса он была изначально невидна. Пришлось привстать, чтобы ее разглядеть.

Унизительное обращение рыжебородого я счел за лучшее проигнорировать. Сейчас эмоции только помешают делу. Придет время, и я поставлю этого выскочку на место. Ну, или сам встанет.

– Вот этот переключатель переводит прицел в режим зэн‑визора, – слегка поморщившись от хлесткого словца Михаила, дополнил Матвеич и показал мне на кольцо переключения с тремя режимами. – Обычный прицел, тепловизор и зэн‑визор, – пояснил он, указывая на интуитивно понятные обозначения.

– Уж не собираешься ли ты, Степан, вручить винтовку этому сопляку? – нахмурившись, заявил рыжий.

– Слушай, Миша, ты вот, вроде бы, взрослый мужик, – не выдержал Матвеич, – а ведешь себя сейчас, как обиженная малолетка. Ты уж извини, но по‑другому я сказать не могу. Что ты к парню прицепился? Мы, вроде как, о деле говорим. А насчет винтовки – ты что, мне не доверяешь? Если нет, то давай, забирай свое добро. Без него обойдемся. – Степан снова не на шутку разошелся и повысил голос.

Я тут же заметил, что в освещенном окне первого этажа мелькнуло обеспокоенное Машино лицо. И ведь чувствует все, чертовка! И правда – ведьма, не иначе, с улыбкой подумал я.

– Ладно, Степан, остынь. Погорячился я. Нервы в последнее время – ни к черту! – миролюбиво ответил рыжебородый. – Ну так как? Берешь? – Он указал на раскрытые кофры. – Только под твою ответственность! – строго добавил он. – Мне их еще возвращать.

– Не переживай, Миша. Ничего с твоим добром не случится, – довольно улыбнулся Матвеич и осторожно закрыл оба кофра.

– В том‑то и дело, что не мое это добро. Так что ты там с ним поосторожнее. – В голосе рыжего прозвучали нотки беспокойства.

– Да понял я, чье, – Степан многозначительно глянул на Михаила. – Все будет хорошо, говорю же. Чай, не хрустальный сервиз у тебя беру. Уход и бережное обращение обеспечу. Не впервой.

Рыжебородый удовлетворенно кивнул и замолчал. Матвеич снял со стола кофры, поставил их возле своего стула и, смущенно кашлянув, тоже притих. Я сразу все понял. Обсуждение подготовки к предстоящей охоте подошло к своему логическому завершению. Но у этих двоих конспираторов остались еще темы, которые следовало обсудить. Только вот Матвеич не решил еще, как меня покультурнее спровадить. Видимо, лучше будет самому проявить инициативу.