Хотя, справедливости ради стоит сказать, что центральный проспект не был таким уж опасным местом. Относительно оживленное дорожное движение, и наличие приличного количества прохожих говорило о том, что прямо здесь никто шмалять или тыкать ножом в меня не будет. Один раз мимо даже проехала патрульная машина местного департамента шерифа, которую многие провожали откровенно неприязненными взглядами. Я, конечно, в стороне не остался и тоже изобразил презрение, глядя вслед включенным проблесковым маячкам. Мне даже имитировать не пришлось. Чувство было вполне себе искренним.

По мере неспешного продвижения по восточной окраине Риверсайда мне на глаза попадались подозрительные личности. Молодые люди, на первый взгляд ничем конкретным не занятые. Но, если приглядеться к ним повнимательнее, то они выполняли вполне определенные функции. Первым, что бросалось в глаза, были позиции, которые они занимали. Места, обеспечивающие максимальный обзор в своем секторе ответственности: углы улиц и центральный бульвар, разделяющий две полосы движения. Причем, располагались эти наблюдатели так, чтобы быть на виду, как минимум у двух соседних наблюдательных пунктов. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что весь район центрального проспекта буквально накрыт этой разведывательной сетью.

Неподалеку от этих «дозорных» кучковались группы силовой и оперативной поддержки, состоящие из крепких юнцов довольно решительного вида. И что самое интересное, в прошлый раз, когда я проходил через эти трущобы, то даже близко ничего подобного не наблюдал. А это значит, что управление этими мобильными группами осуществлялось из единого центра, и они могли оперативно сворачиваться за довольно короткий промежуток времени.

Мне не составило особого труда понять, что, как бы я не пытался слиться с толпой, но меня заметили и сразу взяли под «опеку». Вели они меня так непрофессионально, что это, мне кажется, мог заметить даже дилетант. Но это не отменяло серьезности нависшей надо мной угрозы. Вопрос теперь оставался только один: чего они от меня хотят? Просто сопроводить до выхода из района или же выпускать меня отсюда никто не собирается?

Что ж, скоро выясним. До оживленного перекрестка, обозначающего собой границу восточных трущоб, оставалось не более полутора сотен метров.

Группа сопровождения из трех крепких парней ускорила шаг. А вот и впереди еще двое нарисовались. Значит, все‑таки, более проблемный вариант? Но что им конкретно нужно? Деньги? Информация? Или они просто хотят поизмываться? А, может, все сразу? В первых двух случаях можно еще как‑то попытаться решить вопрос миром или малой кровью. Но вот момент с желанием унизить и поиздеваться придется пресекать жестко.

Теперь осталось понять, какой у них план действий? Прессанут меня прямо на оживленной улице? Маловероятно. А вот оттеснить в тот узкий переулок, что уходит направо, вполне себе вариант. Я бы на их месте именно так и поступил.

Варианты отхода у меня, конечно, были. Врубить мутаген Хамуса, активировать Скорость тигра – и хрен они меня достанут. Но демонстрировать свои способности на глазах у десятков свидетелей – не мой вариант. Во всяком случае, пока не появится серьезной угрозы для моей жизни.

А вот увести эту группу из пяти зарвавшихся юнцов в ограниченное пространство, где они не смогут выйти на оперативный простор и действовать свободно, вполне себе можно. Там и способности, если уж припрет, можно будет применить.

Для начала посмотрим, насколько эти клиенты отбитые. Может получится их убедить не лезть на рожон? В последнем я, конечно, сомневался, но попробовать стоило.

– Закурить не найдется? – Здоровяк из передней двойки нагло улыбнулся, смерив меня насмешливым взглядом.

Задняя тройка в этот момент медленно приближалась со спины. Подпускать их с этого направления на расстояние удара было бы крайне неразумно. Поэтому я выбрал наиболее верный, на мой взгляд, вариант. Состроив растерянную мину и пару раз оступившись для приличия, я попятился спиной в подворотню. Предварительно, конечно же, бросив туда мимолетный, но очень внимательный взгляд, чтобы оценить обстановку на будущем плацдарме боевых действий.

Узкий проулок, зажатый между двумя трехэтажными зданиями, оканчивался тупиком, упираясь в стену еще одного строения. В глубине виднелись мусорные баки, куча какого‑то строительного хлама и пара наглухо закрытых дверей черных выходов. Никаких пожарных лестниц и окон, только голые кирпичные стены, упирающиеся сверху в узкую полоску вечернего неба. Одним словом, идеальное место, чтобы решить проблему в виде одного непрошенного гостя. Или наоборот – огрести проблем на пять весьма наглых задниц.

Я продолжал осторожно пятиться вглубь подворотни, имитируя испуганного пацана. Главная задача состояла в том, чтобы меня хотя бы первое время не воспринимали, как опасного противника, и не пытались обойти с тыла.

Двое преследователей остались сторожить вход в проулок. И этот внушало сдержанный оптимизм. Оставшиеся трое во главе с тем, кто попросил закурить, выдвинулись в моем направлении. Получается, что он тут главный. А значит, в случае чего, атаковать в первую очередь надо именно его. Я понимал, что даже если у меня получится положить всех пятерых, так просто уйти мне не дадут. Придется в любом случае активировать маскировку. Сейчас я находился на вражеской территории и особых иллюзий не испытывал.

– Ты кто такой и чё здесь забыл? – угрожающе произнес главный.

Начало хреновое. Стандартный риторический вопрос. И неважно, что ты ответишь – в итоге тебе, скорее всего, все равно прилетит. Сжатые кулаки, угрожающая поза, презрительный взгляд – главарь вполне понятно обозначил свои намерения. Ну что ж, если драки не избежать, надо бить первым.

Теперь следовало отвлечь внимание противника, чтобы использовать все имеющиеся у меня преимущества. И самое весомое из них висело у меня сзади на поясе в наспех сделанном чехле. Я вскинул правую руку вверх, словно защищаясь. Испуганный взгляд, полусогнутое тело, суетливые движения. Все это должно было отвлечь противника. Но самое главное – рука. Любое резкое движение всегда привлекает внимание. На секунду или на две даже опытный враг инстинктивно отвлекается на такие моменты. А в это время левая рука плавно и незаметно делает главную работу: извлекает из чехла нож и отправляет его в рукав куртки.

Поэтому нам и вдалбливали во время обучения одну простую истину. Самая опасная рука не та, которой агрессивно машут в твою сторону, а та, что во время этого отвлекающего маневра извлекает из‑за пояса нож или пистолет.

Итак, нож наготове. Тело мобилизовано. Адреналин бодрящими порциями поступает в кровоток. Пора действовать. И действовать жестко. Даже если никакого вооружения у противника я пока не заметил, это не значит, что его нет. Сюсюкаться со мной здесь никто не будет.

Ну что ж, приступим…

Я остановился в нескольких метрах от стены тупика, чтобы оставить себе пространство для маневра, а потом попытался понатуральнее изобразить испуг. Поза насмерть перепуганного человека во многих случаях довольно‑таки практична: тело согнуто, подбородок прижат к груди, руки выставлены вперед. Все жизненно важные органы относительно прикрыты. Примерно так же опытный борец встречает противника. Вся разница лишь в том, что в этот момент он не скован страхом. С другой стороны, когда у тебя в глазах испуг, твой оппонент не чует подвоха и начинает вести себя непозволительно беспечно.

У меня мгновенно сформировался план предстоящей нейтрализации противника. Главарь получит колющий удар в шею чуть ниже кадыка. Максимум через пару секунд он станет недвижимостью. Обхожу его справа и работаю по второму противнику. Тот вряд ли успеет хоть как‑то среагировать, так что его тоже нейтрализую ударом в шею сбоку чуть выше ключицы. А вот с третьим придется, скорее всего, повозиться. Как минимум, он выставит перед собой руки. Придется для начала поражать либо лучевую артерию порезом лучезапястного сустава, либо бронхиальную артерию на внутренней части локтя. Через пятнадцать‑двадцать секунд после любого из этих ранений противник потеряет сознание. Этот процесс можно будет ускорить ножевой атакой шеи. На крайний случай – печени или селезенки.