Еще со времен своей курсантской юности я знал простой способ это сделать. Вытягиваем руку перед собой на уровне глаз, полностью раздвигаем в стороны большой и указательный пальцы и с вполне терпимой погрешностью получаем между ними искомый угол в пятнадцать градусов. Закрыв для большей точности один глаз, отмеряем это расстояние требуемое количество раз и приходим в нужную точку. При этом рука зафиксирована неподвижно, а поворачивается только корпус.

Это действие за годы применения было доведено у меня до автоматизма. И, судя по полученным данным, я видел, что группа Шелби продолжала все время двигаться в прежнем юго-западном направлении.

Через минут тридцать-сорок медленного и осторожного продвижения я вышел к краю неглубокого оврага, по дну которого бежал мелководный ручей. Припав к земле, я внимательно осмотрелся через густой кустарник. Присутствия неприятеля не было замечено. Зато ясно видимые следы на влажной земле, говорили о том, что группа Шелби погрузилась здесь на что-то вроде квадроциклов и двинулась по пересохшему руслу в западном направлении.

Внимательно осмотрев противоположный край оврага и склон, ведущий к нему, я не заметил никаких признаков наличия скрытых наблюдателей. Однако, такого поверхностного осмотра было явно недостаточно, чтобы полностью убедиться в отсутствии опасности. Для верности требовалось обследовать противоположную сторону оврага более тщательно. Осторожность никогда не бывает излишней и часто может избавить от скоропостижного летального исхода. Да и нужно-то всего лишь отойти вдоль оврага на безопасное расстояние, пересечь его, а потом осмотреть потенциально опасную зону.

Но только я хотел скрыться в зарослях, как вдруг услышал позади себя громкие птичьи крики. Особенно пронзительно кричало воронье. А это могло означать только одно: пернатые пытаются отогнать от гнезд потенциальную угрозу. Поскольку тревожные звуки доносились не с верхнего направления, а скорее изнутри леса, источником опасности была явно не хищная птица, а нечто, движущееся под покровом лесного полога.

Я быстро огляделся по сторонам, выбрал наиболее подходящее для наблюдения место и стремительно сиганул под прикрытие густых кустов, расположившихся на небольшом возвышении. Правая рука рефлекторно извлекла из кармана нож. Замерев, внимательно прислушался к приближающейся с севера тревожной птичьей сигнализации. Если это человек, то он ведет себя слишком неосторожно. Надо сильно постараться, чтобы так перепугать лесных пернатых обитателей. А вот если это хищник, то реакция птиц вполне понятна.

На мое счастье, я находился с подветренной стороны от приближающейся опасности. Устойчивый северный ветер исключал раннее определение моего местоположения. Однако оставленные мной следы рано или поздно все равно приведут зверя к цели. Если это медведь, то шансов против него с моим текущим вооружением у меня абсолютно никаких. Если же волк-одиночка, отбившийся от стаи, то вероятность летального исхода не настолько высока, хотя и здесь все очень сложно. В этом случае, конечно, больше подошла бы острога или хотя бы заостренный длинный кол, но за неимением оных и нож сгодится.

К тому же я вспомнил, как под моей рукой треснул ствол молодого деревца. Если верить словам Майи, то мои физические характеристики значительно улучшены. Это тоже может помочь при встрече с диким зверем. Однако полагаться только на слова искина не стоит. Дополнительные средства защиты лишними не будут.

Я снял камуфляжную куртку и обмотал ее вокруг левого предплечья. А для верности еще и проткнул эту смотку изнури гвоздем. Так, чтобы острый конец торчал наружу, а внутренний загиб был надежно зафиксирован. В случае атаки это нехитрое устройство не даст зверю полностью сомкнуть пасть и сможет уберечь меня от перелома.

Я очень надеялся, что это не медведь. А если даже он, то главное, чтобы не голодный. Хотя, проходя по лесу я видел несколько больших полян черемши. С такими богатыми плантациями у косолапого явно нет особых проблем с питанием. Значит есть шанс притвориться безобидным покойником в надежде, что зверюга потеряет ко мне интерес и уберется восвояси.

Однако весь стройный ход моих тактических выкладок был беспощадно обрушен открывшимся зрелищем. Между стволов мелькнуло нечто, приведшее меня в состояние кататонического ступора.

— Что, (нецензурно), это за (нецензурно)⁈ — непроизвольно вырвалось у меня.

Метрах в тридцати от меня виднелась гротескная морда мерзкой твари. Она была похожа на плод воспаленной фантазии обкурившегося концепт-художника. За такую отвратительную хрень парень наверняка получил бы право на ежегодный пожизненный «Оскар».

Тварь смахивала на обезумевшую крысу-переростка, по размерам больше похожую на крупную овчарку. Ощетинившаяся острыми зубами пасть, крупные когти и острые хитиновые зубцы в районе позвоночника не внушали особого оптимизма насчет исхода нашего противостояния. К тому же у меня не было абсолютно никакой информации насчет наличия у этой твари ядовитых желез. Если таковые имеются, то шансы на благополучный исход уменьшались в разы.

Однако, особых вариантов у меня не было. Крыса-мутант почуяла мое присутствие и тут же, алчно клацнув зубами, начала стремительно приближаться. Ей уже явно не терпелось приступить к трапезе.

— Подавишься, тварюга! — яростно процедил я сквозь зубы, пружинисто вскакивая на ноги и выставляя перед собой обернутую курткой руку.

Готовая к рывку крыса внезапно замерла. Она словно бы почувствовала, что просто так становиться обедом я не намерен. Тварь оскалилась еще больше и пронзительно запищала, а потом осторожными плавными движениями начала обходить меня по дуге.

И тут передо мной вспыхнуло окно связи с искином. На экране появилось лицо Майи. Оно было непривычно жестким и сосредоточенным. Глаза блеснули сталью, а голос зазвучал твердо и настойчиво:

— Аид, — внезапно назвала она мой позывной, — нет времени рассусоливать. Слушай меня внимательно. Наиболее уязвимые зоны этого зет-энергета находятся на шее и левом боку между четвертым и пятым ребрами. — Передо мной появилась объемная модель монстра, с подсвеченными красным цветом слабыми местами. — Будь осторожен. Во время фронтальной атаки она может повиснуть у тебя на руке и задними лапами распороть живот, область паха и внутреннюю часть бедер. Это стопроцентно летальный исход. Предлагаю действовать так…

Передо мной появилась анимация, моделирующая будущую схватку. Моя копия совершила несколько молниеносных уклонений и прыжков, запрыгнула на свободную от наростов холку твари и стремительным движением перерезала ей горло. Виртуальный двойник двигался настолько непостижимо даже для тренированного спортсмена, что я покрутил бы пальцем у виска, если б на это было время. Майя тут же уловила мой посыл.

— Ясно, — поспешно резюмировала она. — Тогда такой вариант…

Перед моим взором развернулась следующая картина схватки. Я с удивлением смотрел на симуляцию, поскольку и сам только что продумывал точно такой же вариант. Ну разве что с некоторыми незначительными отступлениями.

— Подсматривать нехорошо, — угрюмо буркнул я, сосредотачивая все внимание на крысе, которая в этот момент готовилась к прыжку.

Майя ничего не ответила, лишь коротко кивнула и уменьшила окно терминала связи, поместив его на правую нижнюю границу поля зрения.

А в следующую секунду началась яростная схватка с моим первым монстром.

Крыса-мутант злобно пискнула, пружинисто оттолкнулась и прыгнула на меня. Я выставил перед собой обмотанную курткой руку, одновременно уходя корпусом влево, чтобы не попасть под раздачу задних лап твари. Мощные челюсти сомкнулись у меня на предплечье, руку пронзила тупая боль, приглушенная изрядной дозой адреналина. Думаю, если бы не гвоздь, впившийся монстру в нёбо, то перелом как минимум лучевой кости мне был бы обеспечен. Хватка твари ослабла, а задние лапы, потянувшиеся было к моему бедру, вновь устремились к земле.