Вскоре и жандармы, и наемники поспешили убежать с площади.
– Ночью они попытаются взять вокзал штурмом, будьте готовы. И за флангами следите.
– Все проходы охраняем, – уверенно заявил Ней Ластер.
Моих людей здесь не было, они все были нужны мне в другом месте. А здесь пришлось положиться на рабочих, но они не должны подвести. Взяв в руки оружие, они поняли, что назад пути нет. Либо победа и амнистия, либо поражение и каторга.
Я ожидал ночью нападения наемников Союза промышленников. Они не рискнули отдать прямой приказ подавить выступления рабочих. Тем более что никто из них не был уверен, что Жандармерия и Городская стража такой приказ выполнит. Сами действовать днем тоже не решились и собрались напасть ночью.
Предупрежденные рабочие хорошо укрепились и приготовили для наемников ловушки. А я собрал свой отряд, чуть меньше сотни бойцов, и решил устроить Союзу промышленников сюрприз.
Я хотел подождать, пока «гвардия» промышленников завязнет в бою, а потом, в зависимости от ситуации, или ударить в спину атакующим отрядам, или даже напасть на их казармы.
Вся загвоздка заключалась в том, что я не знал ни точного времени нападения, ни конкретной цели. Вокзал, паровозное депо, портовые склады, узловая станция под Райхеном, заводы или что-то другое? Как угадать?
Вот и пришлось мне сидеть всю ночь в удобном месте на окраине города и ждать донесения от одного из моих наблюдателей. Думая при этом, что все рассчитал…
Но все пошло не так. За полчаса до полуночи мальчишка, загнавший коня, принес жуткую новость. Отряд наемников Союза промышленников вышел из города и направился к рабочему поселку. Там оставались только семьи и едва ли с десяток мужиков для защиты от грабителей.
– Быстрее! – скомандовал я, пуская коня галопом. – Быстрее!
Мы не успевали. Пока дошло донесение, пока мы выступили, а наемники Союза промышленников времени не теряли. Получив жуткий приказ, они не колебались.
Ночь они выбрали подходящую. Пошел снег, к полуночи еще и ветер поднялся. Началась сильная метель, ничего не было видно. В такую погоду можно было не бояться нежеланных свидетелей, а ветер скроет следы, заглушит в своих завываниях крики и стрельбу.
Поэтому и зарево от пожара мы увидели, только поднявшись на небольшой бугор возле поселка. Я махнул рукой, бойцы разделились на группы и с разных сторон пошли в атаку.
– Тирион! Держись рядом! Арья! Прикрой Шеалу!
Через минуту мы ворвались в поселок. Со всех сторон загремели выстрелы, засверкали заклинания. Люди сразу перемешались друг с другом в хаосе ночного боя. От горящих зданий тянуло сильным, подчас нестерпимым жаром, едкий дым ел глаза и забивал легкие. Крики, вопли, стоны, проклятья и мольбы, стрельба и взрывы гранат, лязг металла и ржание лошадей слились в жуткую симфонию битвы.
Чтобы хоть немного остановить огонь, я вмешался в разыгравшуюся непогоду. Ветер стих, а снег пошел сильнее. Большего я сейчас сделать не мог.
Тирион дрался яростно и бесстрашно. Он, как настоящий кочевник ловко орудовал саблей. Увидев, что наемники гонятся за группой женщин, алхимик, пригнувшись к шее коня, пронесся прямо через огонь между двумя пылающими лачугами.
Я прибил пламя и помчался за ним. Тирион уже зарубил одного и дрался сразу с тремя другими. Я метнул в двоих лезвия воздуха, а третьего парень сам добил. Арья с Шеалой выскочили из проулка следом за нами.
Ученица, пригнувшись, испуганно озиралась по сторонам, сжимая в руке рапиру. Она сильно растерялась и не понимала, что делать. Арья была спокойна и сосредоточенна. Она держалась позади Шеалы и за двоих смотрела по сторонам.
Мы были на центральной улице поселения рабочих и поэтому первыми оказались на пути подкрепления противника. Не меньше сотни неслось на нас.
– К бою! – закричал я. – Шеала, по моему приказу накроешь их искрами!
Тирион быстро спрыгнул с лошади и начал чертить схему прямо на снегу. Арья подняла посох и стала плести заклинания. Я запустил в воздух всполох ярко-белого огня – сигнал сбора.
Всадники уже вылетали из-за завесы снега. Они увидели нас, но вряд ли узнали. Я ударил первым. Порыв ветра поднял снег и бросил им в лицо. Лошади испугались и остановились, а людям пришлось закрывать глаза руками.
Волшебники и колдуны ударили в ответ. Я сразу засек их всех и мысленно показал Арье. Некромантка спустила голодных призраков. Колдуны умерли сразу, волшебники попытались сопротивляться.
Я посмотрел на Шеалу, она с испуганным видом кивнула и махнула рукой. С горящих зданий взвились тысячи искр, девушка еще раз махнула рукой, и искры, как стая голодных комаров, накинулись на всадников и лошадей.
Огненные искры обжигали людей, пропаливали одежду, жалили глаза, уши, волосы. Наемники орали, махали руками, катались по снегу, тщетно пытаясь защититься от них. Кони так и вовсе взбесились, скидывали и затаптывали своих наездников.
Шеала поднимала все новые тысячи искр и посылала их на карателей Союза промышленников. Тем временем с обеих сторон появились мои люди. По моему приказу они открыли огонь. В живых оставили только нескольких командиров.
– Прочесать весь поселок! Выслать дозорных на дороги! Раненым людям оказывать помощь! Волшебникам – потушить пожары!
Арья пошла помогать лекарям. Тирион отправился на дорогу – в случае чего он один мог задержать сотню противников. А я вместе с Шеалой медленно объезжал поселок.
Смертельно бледная девушка молча смотрела по сторонам, судорожно сжимая в руке чистую рапиру. Тут было от чего побледнеть. Погибших еще никто не считал, но готов биться об заклад, что их будет никак не меньше тысячи.
Нападение наемников для жителей поселка было совершенно неожиданным. Ни убежать, ни организовать обороны они не смогли. Защитники дрались разрозненными группами.
В свою очередь каратели не ожидали сопротивления, а встретив его, озверели. Они не щадили ни женщин, ни детей. Сомневаюсь, что им давали такой приказ. Скорей всего, хотели просто припугнуть, разогнать и пожечь дома. Но, спустив с цепи бойцовую собаку, не удивляйся, когда она вцепится в горло.
Неподалеку с треском обрушился двухэтажный барак. Большинство горевших зданий уже не было никакого смысла тушить. Нужно было защитить от огня уцелевшие. Я сам почти ничего не делал, но щедро делился силой с волшебниками.
Шеала пыталась помогать, но получалось у нее не очень. Образно говоря, у нее все из рук валилось. Пока она не услышала детский крик из горящего здания.
Прежде чем я успел что-либо сказать, девушка бросилась прямо в огонь. Кто-то из моих бойцов попытался ее остановить, но отшатнулся от стены пламени, сразу сомкнувшейся за спиной Шеалы.
Огонь быстро пожирал деревянный барак. Здание опасно трещало и грозило обрушиться. Внутри что-то рухнуло. Наконец Шеала показалась в окне на втором этаже, держа на руках перепуганного ребенка. Мы встретились взглядами, я кивнул.
Она прыгнула вниз. А я замедлил ее падение магией и на всякий случай прикрыл щитом. Едва Шеала отдала девчонку целителю, у барака обрушилась крыша.
– Ты ее накажешь? – поинтересовалась Арья.
– Нет, она ничем не рисковала.
– Так, может, похвалишь ее?
– Нет времени. Джон!
– Да, сэр.
– Узнай, кто отдал приказ, и найди доказательства.
– Сделаю, – с мрачной решимостью кивнул Джон Ковальский, забыв ответить по уставу.
– Джон, я мог бы разобраться и так, но нужно, чтобы весь город узнал об этом. Вся страна! Понимаешь?
– Конечно.
До утра я носился по городу, собирая доказательства и руководя арестами виновных. Удалось сделать многое. И днем я собирался открыто заявить о происшедшем побоище и о том, кто его организовал. Но все пошло не так…
Узнав о случившемся, рабочие едва не взбунтовались. Они похватали оружие и были готовы ринуться в город – искать и убивать врагов. Я вовремя успел перехватить их, но оказался один против толпы разъяренных, жаждущих мести людей.