— Браво, Скальпель. Наконец-то ты показал свое истинное лицо, — ничуть не страшась агрессии мужа, зааплодировала Белка.
И ее презрительная усмешка подействовала на Скальпеля словно ушат ледяной воды. Бешенная ярость в глазах мгновенно потухла, опасное лезвие исчезло из пальцев, он устало откинулся на спинку дивана и неожиданно покаялся:
— Извини, Рихтовщик. Двое суток не спал. Весь на нервах.
Опережая мой ответ, перед глазами загорелись красные строки неожиданного системного запроса:
Разумеется, не колеблясь и мгновенья, я тут же принял предложение. И через секунду от Белки в отрядный чат прилетело сообщение:
— Рихтовщик, ну че притих-то? — пихнул меня локтем в бок сидящий рядом Скальпель. — Я понимаю, что ты дохрена чего там себе навыдумывал на мой счет. Но поверь, для Галины под моей опекой будет проще и спокойней. Я гораздо лучше тебя смогу защитить дочь своего старинного друга, и позаботиться о ней.
«Ну разумеется. Учитывая, что девчонка ксер. Куда тебе без нее,» — про себя фыркнул я, вслух же озвучил совсем другое:
— Я извиняюсь, мне бы… — с напряженным лицом, я заерзал на месте.
— Твою ж мать, Рихтовщик! Я тут душу, можно сказать, тебе изливаю, а ты, скотина такая!.. Пять минут что ли подождать не мог?
— Да вдруг че-то приспичило. Правда, я очень извиняюсь…
— Скальпель, хорош издеваться над человеком, отпусти его в туалет, — вмешалась Белка.
— Да щас! — фыркнул Скальпель. — Вместе пойдем. Я провожу.
— С ума не сходи, — покачала головой жена. — У тебя ж в коридоре два десятка головорезов. Мышь не проскочит. Куда он денется?
— Мне так будет спокойнее… Эй, засранец, че расселся-то? Пошли.
Догадавшись, что белкина затея накрылась медным тазом, я был вынужден до конца отыгрывать номер и, поднявшись следом за провожатым с дивана, пулей выскочил через распахнутую Скальпелем дверь в коридор.
Служебный туалет (для медперсонала клиники), куда повел меня Скальпель, располагался буквально в десяти шагах от кабинета. Но даже за такую короткую дистанцию я успел заметить множество крепких парней в камуфляже с автоматами, караулящих все входы-выходы из длинного коридора (включая даже закрытые двери больничных палат).
У туалетной двери тоже обнаружился свой охранник, которым, по нелепому стечению обстоятельств, оказался Блоха.
— Как служба, боец? — по-приятельски улыбнулся я старому знакомому.
Но получив в ответ лишь равнодушный хмурый взгляд, больше докучать расспросами ответственному часовому не стал.
Перед Скальпелем Блоха молча сдвинулся в сторону. Однако мой провожатый, не ограничившись открытием передо мной двери, первым зашел в небольшую, выложенную белым кафелем комнатку и, лишь лично удостоверившись в отсутствии внутри чего-либо подозрительного, позволил мне войти внутрь.
— Ну че встал? — поторопил с порога Скальпель. — Скидай портки, садись на трон, и вперед.
— Да я как-то не привык, вот так: на показ, — проворчал я.
— Все когда-то приходится делать в первый раз, — хмыкнул Скальпель, даже не подумав закрыть дверь с другой стороны. — Меня можно не стесняться, я ж знахарь.
В ответ на мой немой вопль в коридоре вдруг оглушительно громыхнуло.
— Сука! Это че еще там за нахрен?! — живо среагировал на провокацию Скальпель, оборачиваясь в направлении взрыва.
— Шеф, походу, в дальней палате что-то рвануло, — тут же доложил Блоха. — Вон дым из двери оттуда…
— По-твоему я слепой?! — перебил начальник. — Сам вижу, что в дальней. Че рвануло-то?
— Не знаю.
— Понял, шеф. Ща все сделаю.
Блоха рванул выполнять распоряжение, а Скальпель стал разворачиваться обратно к пленнику.
— Рихтовщик, ну ты… — дальнейшие слова замерли у него на устах, потому как в туалетной комнате никого не оказалось.
— Слышь, умник, в кошки-мышки решил со мной поиграть? Ну со мной у тебя этот фокус не пройдет! Я давно наловчился жену из скрыта выдергивать.
Скальпель шепнул фразу-активатор, и пространство перед ним обрело филигранную четкость. Он смог рассмотреть все мельчайшие трещинки и сколы на плиточном кафеле, увидел разводы от половой тряпки на полу и микроскопический слой пыли на зеркале над умывальником, заметил даже крошечный клочок паутинки в дальнем верхнем углу, и по сигнальной нити вычислил логово паука в крошечной дырке между соседними плитками… Он увидел все скрытые обычному глазу незатейливые тайны туалетной комнаты, но Рихтовщика разглядеть не смог.
По той простой причине, что его там уже несколько секунд как не было.
— Признавайся, сука, твоих рук дело?! — ворвавшийся в кабинет Скальпель схватил жену за шею, легко, как пушинку, оторвал от пола, и припечатал спиной к стене.
— Ссс ума… сссошшел?! — кое-как просипела Белка, яростно вырываясь из стальной хватки мужа. Но из-за серьезной разницы в уровнях и, соответственно, в силе, разумеется, у нее ничего не получалось.
— Не провоцируй меня, сука! Я еле сдерживаюсь!
— Я не по-кх-ни-кх-кх-ма… — глаза у девушки закатились, из приоткрытых губ закапала больше неконтролируемая слюна.
— Млять!.. А вот хрена лысого! Я не дам тебе так просто сдохнуть, и без объяснений свалить на перерождение.
Активировав скрытую ступень «Знахаря», Скальпель реанимировал задушенную жену. И, швырнув ее приходить в себя на диван, уселся напротив на стул.
— Чего опять не так… кх-кх… то? — прокряхтела Белка, разминая руками багровую от кровоподтеков шею.
Простой массаж не помогал и, активировав Дар, она направила к травмированным участками целительную энергию.
— Продолжаешь дуру валять, — хмыкнул Скальпель, раскуривая очередную добытую из кармана сигару. — Ладно, хрен с тобой, сделаю вид, что поверил твоей непричастности… Все одно, никуда он не денется. Перехвачу на подступах к девчонке.
— Что за?..
— Просто любопытно, — перебил жену Скальпель. — Скажи, как ты смогла это провернуть?
— Я не понимаю…
— Что ж, объясню. Вообрази, как только я отвел Рихтовщика в сортир, в дальней палате нашего коридора рванул балкон с кислородом. Не раньше, сука, не позже, а аккурат в нужную секунду…
— А я причем? Я ж здесь все время была. Спроси своих гамадрилов у двери — они подтвердят.
— Не перебивай!.. Заинтересовавшись происшествием, разумеется, я повернулся в сторону взрыва. Всего секунд на пять отвернулся от Рихтовщика. И этого времени шустрику хватило, чтобы сбежать… Я стоял на пороге, и через дверной проход мимо меня просочиться он никак не мог. И тем не менее, из туалета исчез — это факт. Вот как он это сделал?
— Че ты на меня пялишься?! Я-то откуда знаю?! — возмутилась окончательно пришедшая в норму жена.
— Как хозяйке клиники, подорвать в нужный момент кислородный баллон тебе точно не составило бы труда, — хмыкнул Скальпель.
— Бред какой-то! — Белка закатила глаза.
— Почему же бред. Меня от Рихтовщика этим взрывом отвлекла ты блестяще. С ним же могла общаться через отрядный чат. Это ж элементарно — бросила приглашение в отряд бывшему любовнику…
— Я тебе сто раз говорила, мы с Рихтовщиком никогда!..
— Да пофиг, — отмахнулся Скальпель и с наслаждением затянулся. — Короче. Общаться с Рихтовщиком втихушку могла? — могла. Взрыв организовать возможность имела? — имела. Осталось только разобраться, как и куда сбежал из сортира пленник? Но над этим мои парни работают. И очень скоро, уж поверь, я получу ответы и на последние пару вопросов.
— Дурдом какой-то, — покачала головой Белка.
Она попыталась встать с дивана. Но неуловимо быстрым толчком мужа была отправлена обратно.
— Не дергайся, дорогая. Лимит сюрпризов на сегодня от тебя исчерпан. Поэтому просто сиди на попе ровно, где посадили, и жди результатов расследования моих парней.
— А если мне в туалет надо?
— Потерпишь, млять! Не хватало еще чтобы ты сгинула в этом гребаном Бермудском треугольнике.
— Скальпель — ты параноик!
Ответ мужа остановил деликатный стук в дверь.
— Входите, не заперто! — рявкнул Скальпель.
— Шеф, я все просканировал, — доложил появившийся на пороге несуразно длинный тощий тип в камуфляже.
— Ну и?.. Макаронина, млять, ты-то хоть из меня жилы не тяни!
— Все чисто, шеф. Ни в здании клиники, ни в подвале, Рихтовщика нет — башкой отвечаю.
— О как! Выходит, смогла-таки крестного из клиники вытащить, — хмыкнул Скальпель. — Снимаю шляпу, — кривляясь, он жестом изобразил, как подхватывает невидимый головной убор.
— Фигляр, — фыркнула Белка.
— Отлично держишься, — похвалил жену Скальпель и, повернувшись к Макаронине, распорядился: — Свободен. И поторопи там Блоху. Скажи: с нетерпением жду его доклада.
Длинный тип исчез в коридоре, аккуратно прикрыв за собой дверь. И Скальпель вновь, с наслаждением, затянулся.
Следующие три минуты супруги провели в напряженном молчании. Скальпель курил. Белка с отсутствующим видом изучала стены и потолок.
— Шеф, можно? — раздался в щель приоткрытой двери голос Блохи, прервавший наконец тишину.
— Нужно! — хмыкнул Скальпель. — Че как долго-то? Вон, пол сигары искурил, тебя дожидаясь. — (Справедливости ради, стоит заметить, что в данном случае Скальпель сильно приукрасил действительность. На самом деле за время короткого ожидания толстая сигара его уменьшилась от силы на пятую часть.)
— Ну так, шеф, по периметру клиники восемь камер установлено, — стал оправдываться зашедший в кабинет помощник. — Пока все просмотрел…
— Ты там с утра что ли записи просматривать стал?
— Нет, конечно. Только последние полчаса. И с ускорением… Но их же восемь было, шеф.
— Ладно. Хорош попусту трендеть. Докладывай, чего интересного углядел.
— Да вот, собственно, сам взгляни, — Блоха поднес к глазам начальника планшет и запустил видео.
На небольшом экранчике Скальпель увидел заруливающий во двор клиники фургон, со всех сторон тюнингованный массивной решетчатой защитой из сваренных кусков арматуры…
— Шеф, обрати внимание на время.
На таймере в углу видео в момент заезда машины было: 05:03:27…
— Он подъехал к клинике за шесть минут до взрыва.
— Белка, это кто? — обратился к жене Скальпель, показывая отобранный у помощника планшет, с поставленной на паузу картинкой остановившегося у заднего крыльца фургона.
— А я почем знаю? — фыркнула жена. — Мы с тобой же тут вместе были.
— Не беси меня!..
— Шеф, смотри дальше. Там и так все понятно станет, — рискнул вмешаться в назревающий семейный конфликт Блоха.
Скальпель раздраженно ткнул на висящую по центру экрана стрелку, возобновляя воспроизведение. Таймер внизу ожил, отщелкивая секунды видео. Но на самом экране еще целую минуту ничего не происходило. Одинокий фургон безо всякой движухи маячил у крыльца — и все.
— Блоха, ты че, млять, издеваешься?! Нихрена ж не происходит!
— Еще чуть-чуть. Вот сейчас уже, шеф, все будет, — заверил помощник.
— А сразу ты не мог подсказать, чтоб я эту гребаную заставку к хренам перемотал… Ага, зашевелились голубчики.
Наконец на экране началась движуха. Двустворчатая дверь заднего крыльца широко распахнулась. Оттуда вышли двое плечистых санитаров. Тут же отъехала в сторону и боковая дверь фургона. Из темного нутра глухого кузова кто-то невидимый стал нагружать подходящих по очереди санитаров картонными коробками. Потом забрал у одного из санитаров мешочек с оплатой и захлопнул дверь. Санитары с коробками вернулись в клинику, и за их спинами створки дверей тоже закрылись.
— Так это заказанные лекарства нам привезли, — объяснила Белка, опережая вопросы мужа. — Поставщик подъехал и по рации связался с нашим складом. Ребята приняли коробки, расплатились и понесли на склад… Не веришь? Можешь спуститься на склад и проверить.
— Отличное прикрытие — доставка лекарств, — осклабился Скальпель. — Хитро придумано. Все по делу. Не придерешься.
— Блин, тебе повсюду всюду заговоры мерещатся, — фыркнула Белка.
— Заговоры говоришь, ну-ну… А че это фургон поставщика все еще у закрытых дверей клиники отирается? Лекарство он отдал, бабло получил… Так с хрена ли до сих пор у крыльца стоит?
— А я почем знаю? Может спораны полученный пересчитывает.
— Ну-ну.
— Шеф, сейчас можно перемотать. Он так еще почти три минуты стоять будет, — предложил Блоха, сделавший грамотные выводы из предыдущего косяка.
Скальпель многократно ускорил воспроизведение, но картинка стоящего у крыльца фургона, при этом, ничуть не изменилась, зато цифры на нижнем таймере замелькали с чудовищной быстротой.
— Все. Дальше не надо, — вовремя упредил помощник, отслеживающий сбесившийся таймер.
Скальпель вернул нормальную скорость воспроизведения. И буквально через пару секунд вдруг оживший фургон резко сдал назад, лихо развернулся и, вырулив со двора, скрылся из зоны видимости камеры.
— Обратите внимание на время, — снова заговорил Блоха, обращаясь к обоим смотрящим видео супругам. — Он уехал в пять часов девять минут и сорок две секунды. А взрыв кислорода в палате случился в девять минут тридцать четыре секунды.
— О как, — расцвел в победной улыбке Скальпель. — Молодец, Блоха, отличная работа… Оказывается, — продолжил он уже в сторону жены, — твой поставщик уехал через восемь секунд после отвлекшего меня взрыва. Что ты на это скажешь, дорогая?
— Совпадение, — пожала плечами Белка.
— Ну да, самообладания тебе, конечно, не занимать… Знаешь, о ком я сейчас вдруг вспомнил?
— Без понятия.
— О подружке твоей — Мараджеле. Что-то давненько с ней не виделся. Как, кстати, она поживает?
— Да нормально. Как все.
— Ну ты бы хоть в гости подругу-то пригласила.
— Скальпель, давай короче! Задрал ты своими эти слащавыми прелюдиями!
— Все же не удержала до конца марку. Занервничала.
— Подруга-то моя тебе чем не угодила?
— Ну, во-первых, как и ты, она крестница Рихтовщика. А, во-вторых, насколько я помню, ей очень редкий Дар от щедрот Системы достался. Она ведь мастер порталов — не так ли, любимая?
На последней фразе Скальпель неуловимо быстрым движением подался к жене. В пальцах его правой руки мгновенно материализовалось бритвенной остроты лезвие. И Белка, не успев издать и звука, с ужасом схватилась за горло, из широкого разреза на котором алыми веером брызнула кровь.
— Как же, шеф?! Она же мать наследника! — отшатнулся к двери побелевший, как мел, Блоха.
— Стуканешь кому, солью в чистую до конечной смерти, — пригрозил Скальпель, брезгливо стирая носовым платком кровь с нанесшей смертельную рану руки.
— Ну че ты, шеф, в натуре, как с сукой последней…
— Прости, братан — нервы. Сразу нужно было мне эту чересчур самостоятельную дуру упокоить, проблем было б гораздо меньше… Да не ссы ты, Блоха. Часа через четыре она возродится, ну подуется потом на меня недельку, а там, глядишь, вымолю как-нибудь прощенье. Рихтовщик остался должен три контракта, велю вернуть потерянную жизнь Белке — ты ж знаешь, он может. А слитый опыт она у меня в легкую наверстает. Устрою для нее персональное сафари. Пусть резаками вволю помашет, негатив выплеснет, оторвется… Кванту я про мать что-нибудь наплету. Пацан знает, что она не в восторге от его помолвки с девицей на двенадцать лет старше, и не сильно удивится ее отсутствию на церемонии… Кстати, совсем из башки вылетело. Ты чего мне не докладываешь: куда сбежавший со двора фургон подевался? Перехватить успели?
— Извини, Скальпель. Нет. От проехал через западные ворота Вешалки буквально за минуту до того, как я связался с их КПП.
— От ведь сучка, — подавшись вперед, Скальпель ласково пригладил растрепавшуюся прическу мертвой жены. — И здесь меня обставила.
— Шеф, что будем делать?
— Сейчас дождемся, когда она обернется конечным прахом, и хорошенько вдвоем тут с тобой приберемся.
— Это понятно… Я в целом. Рихтовщик ведь убежал. Может, зарядить нюхачей на поиск?
— Чтоб эти ублюдки за два часа до судьбоносных выборов врывались в дома мирных обывателей Вешалки?! Блоха, братан, чего я тебе сделал-то? С хрена ты решил перед выборами настроить против меня весь наш стаб?
— Извини, шеф, затупил. Но чего-то ведь нужно делать?
— Пожалуй, ты прав. Подстраховаться следует. И вот что мы с тобой, братан, сейчас сделаем…