Паразит ковырялся в моих мозгах, без спроса подкидывая перед глазами схемы, вероятности и графики выживаемости. Я медленно выпрямился, и моя левая рука привычно трансформировалась. Чёрный металл разошёлся с тихим влажным щелчком, из пальцев выскользнули интерфейс‑иглы и с лёгким шипением вонзились в панель управления столом. Я ощутил знакомое холодное покалывание, когда нервная система корабля соединилась с моей, превращая нас в единое целое. И как только это случилось, давление моей цифровой сущности стало сильнее.

Над нашими головами снова вспыхнула проекция «Колыбели», отбрасывая на лица команды синие блики.

– Внимание, экипаж, – произнёс я ровным голосом, в котором лязгнул металл. Я говорил как машина, рубя фразы на части, хотя мне жутко этого не хотелось. – Задача определена. Для сборки изолированного подпространственного кармана нам нужно добыть три ключевых компонента. Вероятность успеха минимальна, но мы обязаны приступить к выполнению немедленно.

Система послушно загрузила нужные данные, и над столом появилась голограмма первого артефакта.

– Первый элемент называется «Матрица Пустоты», – сухо продолжил я. Над столом повис тёмный куб, внутри которого клубилась чёрная туча с частыми вспышками миниатюрных молний. – Это пространственный якорь, способный удерживать миры от физического распада. Без него наш карман просто схлопнется и раздавит всё внутри. Нам нужно найти его и вырвать из рук охраны, кем бы она ни была.

Я чуть дёрнул пальцем, и проекция сменилась. В воздухе появилось нечто массивное, похожее на гигантскую наковальню, охваченную оранжевым пламенем.

– Второй компонент носит кодовое название «Звёздная Кузня». Это древний генератор материи, питающийся энергией угасающих светил. С его помощью мы сможем воссоздать целую планету для Императора. Без неё карман станет лишь пустой коробкой, а Кузня позволит нам буквально напечатать сушу, воду и атмосферу.

Я снова сменил голограмму, вызывая мерцающий кристалл в форме слезы.

– Финальный стабилизатор реакций – «Слеза Времени». Этот артефакт остановит временной парадокс, в котором сейчас заперта раса Императора. Без этих трёх деталей создание «Колыбели» невозможно, а любой просчёт приведёт к аннигиляции системы. Нас просто сотрёт из реальности вместе с половиной сектора.

Я закончил короткий доклад и посмотрел на лица друзей.

Семён Аркадьевич заметно побледнел.

– Матерь божья, Волков, ты сейчас серьёзно? – прохрипел ветеран, нервно дёргая себя за густые седые усы. – Эти названия я слышал только в древних пиратских байках! Да и то, когда по молодости напился дешёвого пойла в порту на Скальдии. Это же мифы и сказки для наивных юнцов, чтоб им спалось крепче! Ты предлагаешь нам грабить легенды? Мы обычные люди, а не сказочные боги!

Капитан тяжело задышал, опираясь на спинку кресла, словно земля уходила из‑под ног.

– Я понимаю, что мы тут все с придурью, – проворчал старик. – Мы угнали имперский крейсер, подружились с гигантскими червями и даже влезли в архив к этим чёртовым Древним. Но то, что ты сейчас показываешь… Это уже перебор, Влад. Это чистое самоубийство.

Морж недовольно заворчал, почёсывая старую, покрытую вмятинами и граффити термо‑броню.

– Мифы или нет, кэп, а звучит так, будто нам придётся лезть в самую задницу Вселенной, – басом выдал наёмник с Фрост‑9. – Командир, ты бы хоть прикинул, сколько патронов нам понадобится. Чтобы просто подойти к этим штуковинам на выстрел, придётся положить целую армию корпоратов или имперцев.

Морж любовно похлопал по огромному пулемёту.

– Моя малышка хочет кушать, и кушать она хочет дорогие плазмические. У нас на борту столько нет.

Я открыл рот, чтобы ответить точной статистикой. Вазар уже вывел перед моими глазами красную таблицу расхода боеприпасов, хладнокровно предлагая пустить наёмника Моржа в расход первым, чтобы отвлечь огонь на себя. Это было самое логичное тактическое решение, ведь цифровой призрак считал всех, кроме меня, обычным расходным материалом.

Но внезапно мой взгляд наткнулся на Ани.

Услышав мой ледяной тон, она зябко повела плечами и опустила глаза в пол. Моя элитная убийца снова почувствовала пугающую пустоту. Из‑за своей выкрученной на максимум эмпатии она читала меня легко и без слов.

В её сознании я опять стал тем самым бездушным монстром. Прайм‑Командиром Вазаром, который готов пожертвовать кем угодно ради поставленной цели. Она боялась не мифических артефактов и не имперского флота. Она до дрожи боялась потерять меня, боясь, что однажды я навсегда останусь холодной машиной.

В этот момент внутри меня что‑то громко щёлкнуло. Я вдруг понял, что в очередной раз превращаюсь в грёбаного робота, который смотрит на друзей и видит лишь процент их выживаемости. Это было неправильно и мерзко.

Усилием воли я сгрёб алгоритмы и затолкал их подальше в подсознание. Я заставил себя вспомнить, как мы все вместе пили паршивый кофе на уютной кухне «Полярной Звезды», как старый капитан смешно ругался на сломанный душ и тепло губ Ани.

Мои пальцы дёрнулись, и я резко выдернул иглы из панели управления. Голографическая проекция над столом обиженно мигнула и погасла, оставляя в конференц‑зале тяжёлую тишину. Я несколько раз быстро моргнул, прогоняя ледяной голубой огонь из глаз. Моё лицо смягчилось, зажатые мышцы шеи наконец‑то расслабились, и я сделал глубокий вдох.

– Извините, ребята, – произнёс я уже своим нормальным, тёплым и немного хриплым голосом, в котором больше не было звенящего металла. – Опять эта ублюдская программа лезет поперёк батьки в пекло, пытается строить из меня железного дровосека без сердца. Вазар в моей башке думает, что так нам будет проще победить, но он, сука, ошибается.

Я медленно обошёл стол и подошёл к Ани. Положил живую руку ей на плечо и мягко сжал его. Она вздрогнула, подняла глаза и облегчённо выдохнула, успокаиваясь от моего тепла.

– Всё хорошо, – тихо шепнул я ей. – Я здесь. Я не отдам ему контроль над собой.

Затем я повернулся к остальной команде и открыто посмотрел в глаза каждому из них.

– Я знаю, что всё это дерьмо звучит как бред сумасшедшего, – твёрдо сказал я. – Мы собираемся украсть мощнейшие артефакты прямо из‑под носа у Империи. Мы собираемся построить новый мир и засунуть туда слетевшего с катушек бога‑Императора. Задача кажется невыполнимой, а шансы выжить реально стремятся к нулю.

Я по‑свойски облокотился на спинку кресла Ани.

– Но мы справимся и пройдём через это вместе. Знаете почему? Потому что мы – семья. Мы не просто сборный экипаж галактического сброда, мы стая. А наша стая ещё никогда не сдавалась без драки. Мы надирали задницы инквизиторам, взламывали древние базы и даже гигантских червей научили верить в бога‑повара. Мы выкрутимся и из этого дерьма, главное просто держаться вместе.

Напряжение в комнате мгновенно спало. Тяжёлая атмосфера испарилась, словно кто‑то пробил в стене дыру и впустил свежий ветер.

Лиандра поправила медицинский сканер на поясе и кивнула мне, а её перламутровая кожа слегка светилась в полумраке. Как врач и учёный, она привыкла верить только голым цифрам. Рассудок кричал ей, что мы уже трупы, но сейчас ей искренне хотелось верить в нас. Внешне она была воплощением холодного профессионализма, но внутри глубоко сочувствовала нам.

Семён Аркадьевич довольно крякнул и водрузил фуражку обратно на голову.

– Твоя правда, Волков, – буркнул старик, расплываясь в ухмылке. – Где наша не пропадала. Сдохнем, так хоть с музыкой. Да и не хочется мне отдавать свой любимый корабль на металлолом этим ублюдкам из инквизиции. Зададим им жару напоследок.

И тут тишину разорвал звонкий девичий голос Киры, вальяжно закинувшей ноги на самый край голо‑стола.

– Так, командир, давай сразу проясним один важный момент, – деловито заявила Гайка, хитро прищурив большие выразительные глаза. – Если мы подписываемся на этот сверхурочный тур по спасению галактики, я требую двойную порцию пайка! И чур, я первая выбираю, какую запчасть мы открутим у этих древних мифов для нашей «Полярной Звезды»! Нашей старушке давно пора обновить ходовую часть, знаю, что '«Странник» нас выручает, но и «Звезду» необходимо подлатать.