Я начал грубо, силой сшивать эти связи обратно, принудительно стабилизируя химический баланс в его мозгу. Это было больно. Очень больно. Для него. Но зато крайне эффективно.

Каэлен вдруг страшно захрипел. Его тело выгнулось дугой, единственный глаз широко распахнулся, обретая жуткую осмысленность. Он сфокусировал взгляд на мне. На моей чёрной броне, на светящихся голубым огнём зрачках.

И тут он закричал. Это был животный вопль. Он вжался в стенку капсулы так, словно хотел просочиться сквозь металл.

– Нет! Нет, пощади! – завизжал Каэлен, закрывая лицо дрожащими руками. – Демон! Вазар! Я всё сделал! Я привёл их! Убей меня! Только не отдавай им! Только не обратно в «Пантеон»! Прошу, убей меня!

Я слегка нахмурился. Вазар? Этот идиот принимает меня за моего бывшего цифрового симбиота. Впрочем, сейчас мы действительно были почти похожи, и со стороны я вряд ли выглядел как дружелюбный спасатель.

– Успокойся, кусок идиота, – я усилил ментальное давление, посылая по иглам ледяной успокаивающий импульс прямо в его мозг. – Я не Вазар. Я Влад. И ты сейчас очень чётко, внятно и быстро расскажешь мне, что за «Пантеон», и как ты вообще выжил в той мясорубке.

Под моим жёстким, безжалостным натиском воля Каэлена треснула окончательно. Из его глаза потекли слёзы.

– «Тишина»… мой корабль… когда он взорвался, меня выбросило в космос, – задыхаясь, затараторил он, боясь даже моргнуть. – Меня подобрал имперский патруль. Они отвезли меня к ней. К генералу Валериус. Я думал, это конец.

При упоминании имени этой психопатки что‑то внутри недовольно заворочалось.

– Дальше, – приказал я, слегка надавив иглами на нервные узлы пирата.

Каэлен жалко всхлипнул, размазывая кровь по щеке.

– Она мертва. Я сама видела, как она взорвалась! – вдруг крикнула Кира из‑за моей спины.

– Ошибка. В этой проклятой вселенной зло так просто не дохнет, – бросил я через плечо и снова перевёл ледяной взгляд на пирата. – Говори. Кого они там держат?

– Прототип… Зеро… я не знаю, кто это, но её так называли… – прохрипел Каэлен, сглатывая слюну пополам с кровью.

Внутри меня словно взорвалась сверхновая. Ани жива.

– Где она? – мой голос стал тише, но от этой зловещей тишины даже искрящий Криптик забился под ящик.

– Империя… они собрали её по кускам. Восстановили тело, – Каэлен затрясся крупной дрожью, закатывая единственный глаз. – Но её разум… они держат её там. В «Пантеоне». Это секретная тюрьма. Она находится на ледяной планете. Они подключают Зеро к машинам, выкачивают её силу…

Пират дёрнулся и схватил меня за запястье грязными пальцами.

– Убей меня, Влад, – прошептал он с отчаянием обречённого. – В «Пантеоне» ломают даже богов. Ты не представляешь, что они с ней делают. Они превратят Зеро в послушное оружие!

Я медленно вытащил иглы из его шеи. Нано‑нити послушно втянулись обратно в кончики пальцев. Каэлен бессильно обмяк, скатившись по стенке капсулы на пол. Он был пуст. Отработанный материал, сломанная игрушка Империи.

Я медленно выпрямился. Кира смотрела на меня широко раскрытыми глазами, ожидая моей реакции. Разводной ключ в её руке безвольно опустился.

Эмоции, которые я так старательно прятал глубоко внутри, прорвали плотину. Но это был не страх и не отчаяние. Это была обжигающая ледяным холодом ярость. Мои зрачки вспыхнули синим светом.

Цель определена.

– Капитан, – громко скомандовал я, связываясь с мостиком по внутренней связи корабля. – Теперь у нас есть чёткий курс.

– Влад, ты спятил? – раздался в динамике хриплый голос Семёна Аркадьевича. – Ледяная планета? Секретная тюрьма Империи? Да мы туда сунемся, и от нас даже пыли не останется! Мы покойники, сынок!

Я криво усмехнулся, разглядывая свои бронированные руки.

– Ошибаетесь, Семён Аркадьевич. Покойники – это они. Просто имперцы об этом ещё не знают.

– Капитан, вы бы убрали руку от дробовика, а то местные параноики решат, что мы пришли веселиться, – бросил я через плечо, натягивая капюшон.

– Я его поглаживаю исключительно для собственного душевного равновесия, Влад, – проворчал Семён Аркадьевич, тяжело ступая следом. – В этом гадюшнике даже воздух пахнет так, будто у кого‑то сгорела проводка, а потом на неё стошнило киборга.

И он был абсолютно прав. Станция «Дно–5» полностью оправдывала своё название. Это был настоящий ржавый улей, висящий в нейтральной зоне, куда, словно в бездонную воронку, стекался весь сброд нашей необъятной галактики.

– Пш‑ш‑ш!

Криптик, сидевший на моём плече, недовольно зашипел. Зверёк чувствовал скрытую угрозу в каждом тёмном углу, да и местная нестабильная электросеть явно действовала ему на нервы. Я почесал его за ухом скрытой под плащом биомеханической рукой.

Мы спускались всё ниже, на самые грязные уровни станции. Штурмовать секретную имперскую тюрьму «Пантеон» с немногочисленным экипажем «Странника», да ещё и с чокнутым роботом‑поваром – идея откровенно дерьмовая и самоубийственная. Нам требовалось пушечное мясо. Много пушечного мяса. И желательно с очень большими пушками. След вёл к одному моему старому… скажем так, знакомому.

Бойцовский клуб встретил нас рёвом толпы. Я проскользнул сквозь плотную стену потных маргиналов, выискивая нужную физиономию.

И я его нашёл.

Морж, бывший король бандитов с ледяной планеты Фрост–9, а ныне опустившийся наёмник, сидел в самом тёмном углу этого злачного заведения. Выглядел он, мягко говоря, паршиво. Некогда грозная термо‑броня покрылась уродливыми пятнами ржавчины, неприличными граффити и свежими вмятинами. Гигант глушил из огромной металлической канистры какую‑то ядрёную смесь, невидящим взглядом уставившись в стену.

Криптик на моём плече напрягся. Зверёк почуял взрывную агрессию ещё до того, как гигант соизволил поднять голову.

Морж медленно повернул ко мне лицо, украшенное массивными металлическими кибер‑бивнями. Его мутные, налитые кровью глаза сфокусировались. И тут он меня узнал.

– Ты! – взревел Морж так громко, что с потолка посыпалась ржавая крошка, а гул в баре разом стих.

В одну секунду его пьяную апатию как ветром сдуло. Он вскочил на ноги, с грохотом опрокинув тяжёлый стул.

– Ты, мелкий ублюдок! – Гигант схватил стальной стол, за которым только что сидел, и с невероятной, пугающей лёгкостью швырнул его прямо в нас, словно картонную коробку.

Я едва успел толкнуть опешившего капитана в сторону. Стол с оглушительным грохотом врезался в стену за нашими спинами, проломив обшивку. Толпа зевак вокруг радостно заулюлюкала, ожидая бесплатного кровавого шоу, и мгновенно образовала широкий круг, отрезая нам пути к отступлению.

Семён Аркадьевич витиевато ругнулся сквозь усы и вскинул свой любимый «Аргумент», целясь прямо в широкую грудь бронированному громиле.

– Отставить, капитан! – Я резко опустил ствол его дробовика рукой. – Он мне нужен живым!

Морж тем временем активировал свои знаменитые пневмо‑кулаки. С громким, зловещим шипением из его огромных металлических рукавиц вырвались струи белого пара.

– Из‑за тебя, Волков! – рычал гигант, тяжело топая в мою сторону, продавливая рифлёный пол. – После нашей сделочки на Фрост–9 туда нагрянули имперские цепные псы на своём чёртовом «Инквизиторе»! Они сожгли мою базу дотла! Они сожгли моих подчинённых! Я из тебя сейчас отбивную сделаю, а твоим пушистым уродцем закушу!

Он с рёвом замахнулся, метя мне прямо в голову. Удар такой чудовищной силы мог бы легко снести бронированную дверь бункера.

Но я больше не был простым человеком.

Нечто внутри меня радостно откликнулось на прямую угрозу. Время вокруг словно завязло в густом сиропе. Я уклонился с неестественной, пугающей скоростью, пропуская кулак в миллиметре от своего лица.

– Пш‑ш‑ш‑бах!

Криптик сорвался с моего плеча и ловко прыгнул на ближайшую металлическую балку под потолком. Зверёк издал пронзительный писк и выпустил целую серию ослепительных фиолетовых разрядов прямо в лицо разъярённому Моржу. Гигант зажмурился и яростно замотал головой, ослеплённый внезапными вспышками.