— Ты не можешь их оставить. — Я провелА взглядом по густому, окутанному туманом лесу. — Его друг ранен в лесу, а этого нужно похоронить.

— Нельзя хоронить каждого убитого.

— Он не был убит, пока ты не вонзил ему меч в горло! — возразила я.

- Как я уже сказал. Он представлял угрозу. - Все еще сидя верхом на Вейне, Зевандер приподнял бровь и наклонился вперед, положив согнутую руку на бедро. - Когда дело касается тебя, каждый представляет чертову угрозу, пока не доказано обратное.

Я заложила руки за спину, и хотя я была меньше его, я не собиралась сдаваться в споре. - И твой план — сначала убивать, а потом задавать вопросы?

- Да. Если это необходимо для твоей безопасности в этих землях, я убью каждого из них. Таков я. Это то, чем я занимаюсь.

- Ты убиваешь плохих людей. А не невинных.

Его глаза блеснули мрачным и злым весельем, от которого по моей шее пробежал тревожный холодок. - Ты так думаешь? Что я казню людей из-за их безнравственности, как мститель? Я убиваю за деньги. Мне все равно, кто они или что они из себя представляют.

- А я для тебя важна?

Он спрыгнул с седла Вейна и шагнул вперед, нависая надо мной, как шторм. - Ты — все, что для меня имеет значение.

- Если это правда, то я прошу тебя не забирать жизни невинных людей от моего имени. Если ты придаешь какое-то значение моим словам и мыслям, ты задумываешься, прежде чем поднести этот клинок к горлу. - Я подошла ближе и понизила голос. - И если твой разум подведет тебя, и ты засомневаешься, ты доверишься мне, чтобы я вернула тебя к самому себе. Можешь ли ты довериться мне?

Его глаз дернулся. - Могу.

- Хорошо. Тогда нам нужно решить, что делать с его телом. Можешь ли ты превратить его в кровавый камень?

- Я не буду тратить ту малость магии крови, что у меня есть, на то, чтобы превратить его в кровавый камень. - Он резко повернул голову в его сторону, скривив губы от отвращения. - Зверьи полакомятся им.

- Здесь нет зверей. Их всех убили те существа!

Едва я успела произнести эти слова, как Райвокс спикировал вниз и приземлился с грохотом, сотрясшим землю.

Корвин выдал пронзительный крик, а лошади взвились на дыбы и заржали. Пытаясь удержать свою лошадь, Корвин отпустил поводья другой, и та умчалась галопом.

Отец подтянул поводья своей лошади, когда Алейсея соскользнула назад, цепляясь за него, пытаясь удержаться в седле.

Словно птица, выклевывающая семя из его скорлупы,Райвокс вырвал солдата из доспехов и взлетел вверх, тело свисало из его пасти. По моей шее пробежали мурашки, когда я увидела, как он подбросил солдата в воздух и проглотил его одним глотком.

- Красный Бог на небесах! - Прижав руку к груди, отец выглядел так, будто вот-вот упадет с лошади.

- Ну, — Алейсея тихонько хихикнула. - Тогда решено. Поехали?

- Нет, — резко ответила я, бросив на нее гневный взгляд. - Мы найдем его друга и предложим ему еды. Это меньшее, что мы можем сделать.

Зевандер вздохнул и протянул мне поводья. - Я пойду. Ты останься с Веэйном.

- Нет. Я пойду с тобой.

Он недовольно зарычал и вместо этого передал поводья отцу.

Я бросила на него гневный взгляд, когда мы вернулись по своим следам к тому месту, откуда солдат сначала выбежал к нам. Зевандер держал голову наклоненной к земле, где следы оставляли отпечатки на мягкой грязи, пока не исчезали в растительности лесного пола. Мы шли по прямой через лес еще несколько метров, пока не наткнулись на импровизированный лагерь с медленно угасающими углями костра, мешком с водой, еще одним красным плащом, но никаких следов раненого друга.

Зевандер поднял мешок и вылил черную жидкость, которая была внутри. — По-моему, он выпил эту воду и заразился ею. Потерял рассудок. Он отбросил пустой мешок с водой и указал на небольшой холмик, покрытый снегом, немного поодаль. Могила.

- Ты и сам терял рассудок раз или два, — сказалап я. - Не думаю, что это повод лишать кого-то жизни.

Как только я произнесла эти слова, мне стало ясно, что именно беспокоило меня больше всего. Несмотря на его враждебность, я замечала в Зевандере уязвимость в те моменты, когда он не был самим собой. Словно что-то внутри него безмолвно просило о помощи, и меня разрывало от мысли, что кто-то может причинить ему боль в такой момент.

- Вот в этом мы расходимся. Если бы он остался дружелюбным, я бы пощадил его. Но он не сделал этого. Он угрожал нам. Тебе. - Он шагнул ко мне и нежно провел большим пальцем по моей щеке. - И если я когда-нибудь снова подниму на тебя кинжал или руку, независимо от моего душевного состояния, я буду ждать от тебя такой же реакции. - Его слова вернули меня к тому моменту, когда он вонзил меч в горло солдата.

От одной только этой мысли у меня защемило в глазах, и слезы навернулись на глаза.

- Пора возвращаться. Нас ждет долгий путь. - Поцеловав меня в лоб, он направился обратно по тому же пути, по которому мы пришли.

- Нет, — сказал отец, отказываясь спешиваться. - Я предлагаю ехать дальше. Всю ночь напролет.

Неудача у реки немного задержала нас, и даже то, что мы последний час гнали лошадей галопом, не помогло нам уйти достаточно далеко до наступления ночи.

- Я не буду там ночевать. - Он кивнул в сторону разваливающихся руин церкви, расположенной всего в нескольких ярдах от нас, на вершине небольшого, заснеженного холма, окруженного лесом.

- Это та самая церковь, которую, как говорят, поглотили призраки? — спросила я.

Отец пробурчал что-то себе под нос, его лицо скривилось в хмуром выражении.

- «Судя по твоей карте, до следующей деревни еще полдня езды. К тому же, лучше быть на возвышенности. - Зевандер указал на верхний ярус церкви, который, казалось, остался нетронутым. - Это будет идеальное место для наблюдения.

- А как же эта чудовищная тварь? - Отец указал на Райвокса, который сидел неподалеку, чистя перья. - Уверен, он отлично справляется с отпугиванием любой угрозы. - Он окинул Зевандера взглядом с ног до головы. - Кроме тебя, конечно.

- «Возможно, он съест лошадей ночью. Я бы предпочел, чтобы у них было какое-то укрытие, — возразил Корвин.

- Это укрытие, без сомнения, кишит призраками и злыми духами. Тебе комфортно спать среди них?

Алейсея вздохнула. - О, ради всего святого, отец. Там нет привидений!

- Есть! Говорю тебе, оставаться здесь — плохой знак.

Хотя я, возможно, и была склонна защищать отца из принципа, после того, что произошло ранее в тот день, я была слишком измотана путешествием, чтобы думать о том, чтобы ехать дальше всю ночь. У меня болела задница, и я хотела слезть с этой проклятой лошади.

- В наши дни везде, где мы останавливаемся, — дурной знак. Если только ты не скажешь мне, что здесь есть реальная угроза, призраки — это меньшая из моих забот. - Зевандер слегка толкнул Вейна в бок и направился к церкви.

- Призраки и есть настоящая угроза! — крикнул ему вслед отец. - Признак зла!

Хотя полуразрушенная церковь не обещала роскошного ночного сна, я была рада, что Зевандер поставил точку в этом вопросе и не стал больше слушать.

Когда мы приблизились к обветшалому укрытию, я заметила странные трещины вдоль растрескавшейся земли, большая часть которой была покрыта лесной растительностью. В окружающем лесу тут и там валялись поваленные и сгнившие деревья, словно их сбило что-то и оставило гнить. Нахмурившись, я посмотрела на необычайно большой дуб, который был полностью выкорчеван.

- Как ты думаешь, что это могло быть? — спросила я, когда мы проезжали мимо него.

- Возможно, сильный шторм. Я не настолько хорошо знаком с твоим миром, чтобы сказать наверняка.

- У нас бывают торнадо, но эти корни так… сильно повреждены.

Зевандер остановил лошадь прямо у церкви и соскользнул с седла. - Оставайся здесь. Я посмотрю и удостоверюсь, что здание безопасно.

- А что, если оно обрушится на тебя, пока ты внутри? - Проведя взглядом по фасаду здания, я оценила, что до вершины шпиля высота составляет около тридцати метров.