Мы с Деусом даже не обменялись привычными любезностями. Долговязый Лори уже тащил нас в кабинет судьи, чтобы «предварительно все обсудить». 

— Вы ослепительны, леди Виолетта. Сегодняшний день не исключение. Однако вы бледны. Если лорд причинил вам неудобства или позволил себе лишнее, то давайте я сначала побеседую с ним. Вне легитимных рамок, по личному вопросу, — Дэв все-таки нашел момент и привычно взял меня за локоть. От его прикосновения я занервничала.

Нейтральную полосу мы благополучно перешли, и он рисковал нарваться на грубость. 

Напряжение сказывалось, и через секунду я чуть не захихикала. Бугай Вельзевул, разумеется, позволил бы себе лишнее. За тем он и тащил меня в спальню, но там вместо горячей любовницы я изобразила умирающего лебедя. 

Не исключено, что когда-нибудь мы с Деусом посмеемся над этими тревожными днями. Он по-прежнему один из самых нормальных демонов, что мне попадались, однако сейчас я цеплялась за формальности.

— Давайте закончим вместе с рамками, Дэв. Мне в них спокойнее. Спасибо за вашу заботу заботу. Без нее я бы пропала. Но теперь я, правда, в порядке. Эта ночь — после сцены в гостиной — прошла так же спокойно, как и все предыдущие. 

Судья Петреус встретил нас без пиджака и, тем более, без мантии. В отличие от храма, где веяло холодом и чуть-чуть плесенью, на его привычном рабочем месте как следует припекало. 

Горнила совсем рядом. Судья не убирал со лба мокрую салфетку. 

В кабинете уже все в сборе. Оба секретаря и Вельзевул… При виде его квадратных плечей и напряженной шеи я вздохнула. Закончить бы уже поскорее. Супруг не менее Деуса мечтал избавиться от рамок.

После положенных приветствий и ритуальных обещаний Дэв уточнил сразу:

— Леди Веренея нас покинула? Вот так бросила это дело? На нее не похоже.

Его забота о Веренее профессионально понятна, однако все равно вызывала во мне досаду… Стервятница исчезла. Ну, разве не прекрасно?

— Я дал ей отвод. Ее методы, в частности разглашение персональной информации в ходе открытых слушаний, меня не устроили, — обрубил его герцог.

Деус покачал головой.

— Не верю, что она пошла на такое, не удостоверившись, что имела полное право. Пресветлая чтит подписанный с клиентом договор и репутацией дорожит еще больше, чем деньгами… Конечно, вы могли расторгнуть его в одностороннем порядке и выплатить ей положенную неустойку…

— Вас это не касается, — выдал свистящим шепотом Повелитель Мух. — Пусть еще явится сюда, моль. Я ее встречу. Она оказывала давление на мою жену в сложный для Виолетты момент. 

Мой адвокат закатил глаза, однако Перт тут же вмешался. Долгие прения без нормальной вентиляции в помещении… Нет, он не был готов в мученики. 

— Госпожа Веренея выполняла работу, для которой была нанята. Насколько я видел, у Его Светлости нет официальных претензий, а леди закончила процесс досрочно по личным причинам… Нет, Деус, не открывай рот. Давай без необоснованных обвинений. Ее видели живой сегодня утром. Она занесла в канцелярию прошение, чтобы ее заменили на другого защитника. И расписалась магическим росчерком. 

— Зачем мне пачкаться об эту женщину? — хмыкнул Вельзевул. Как будто не он постоянно пялился на ее блузки, позорные юбки и узкие щиколотки.

Я же испытывала нечто сродни разочарованию. Мне было бы приятно тыкнуть Веренею носом в проигрыш. Разрушить ее реноме успешной стервы, от которой в плюсе не ушла ни одна бывшая жена. А теперь она просто испарилась. И чем бы ни закончилось наше дело, адвокатша технически уже вне игры.

Пухленький Аргус тем временем разжигал пламя в треножниках слева и справа от судейского стола.

— Ах да, — вскинулся судья лепрекон. — Наши консультации плавно перетекут в заседание, если вы не возражаете… Храма больше нет. Герцог-мэр постановил, что публика на оглашении результатов присутствовать не будет. Во избежание беспорядков. 

— Я согласен, — буркнул Вельзевул. — Не станем тянуть осла за его единственную радость. 

— Я и моя клиентка только за, — согласился Деус. — Предыдущие заседания были насыщенными и позволили собрать этот пазл целиком. Так что мы готовы к вердикту, Ваша честь. 

Между двух полыхающих факелов лицо Петреуса плыло и колебалось. Я испугалась, что судье станет совсем плохо. Но он мужественно шарахнул молотком по столу. 

— Позвольте, хотя бы кабинет немного расширим и вентилирование со стороны улицы добавим, — предложил адвокат. — Среди нас не только демоны и бесы. Для леди температура может быть чересчур некомфортной.

Судья посмотрел на Дэва так, что стало ясно, — мы сейчас получили больше очков, чем ранее Деусу удавалось набрать за несколько часов беспрерывной работы языком.

Тролли — простые существа. Мы редко задаём себе вопросы вроде: «Почему мир устроен так, а не иначе?», «Что случилось бы, поверни я направо, а не налево?», «С какого Ктулху я не летаю, как Зубная фея?». Усложнение опасно для организма и может закончиться другой дилеммой: «Откуда взялся молот, раскроивший мне голову?».

Сегодня в этом тесном кабинете — мэр Конвей, наверное, выделил его специально, чтобы поскорее закончить разрушительный для города процесс, — я окончательно перестала узнавать себя. Всё происходящее казалось сном, в котором я не участвовала, а наблюдала со стороны.

Плохие актёры и провальный сценарий? Только вот я сидела в первом ряду. Кружева на вороте платья впивались в шею, а сердце колотилось прямо в горле. Болезнь никуда не ушла — она рядом.

Вельзевул тоже не давал расслабиться. Он напряжённо подёргивал плечами и, разумеется, следил за мной и Деусом, не поворачивая головы.

Деус же вёл себя уверенно и неотвратимо — как айсберг. Давным-давно я видела такие глыбы, путешествуя по Северному плато в нейтральных землях… Сейчас демон ничем не напоминал ночного соблазнителя. Или хитреца, который подначивал Веренею, заставляя её совершать маленькие оговорки, чтобы затем превратить их в ошибки.

Деус приготовился поставить точку.

— Мы ходатайствуем о расторжении брачного договора и, разумеется, плетения между супругами, — напомнил он. Его голос звучал почти ласково, но все невольно напряглись. — Герцогиня, в обмен на свободу, согласна проявить добрую волю и отдать Вельзевулу то, что ему дороже всего. Она отказывается от претензий на половину имущества, включая накопленные сокровища и земельные владения во всех мирах, где они были обнаружены. Однако леди Виолетта сохраняет за собой право распоряжения этими средствами — для осуществления инвестиций, обеспечения проживания в любом из миров себе и сыну, а также в целях личной безопасности.

Вельзевул оборачивается ко мне. Его лицо темнеет, но я не могу заставить себя на него взглянуть. Слишком много лет я смотрела ему в глаза — и не находила ответов. Потом ушла и надежда.

А Деус продолжает:

— Это не обсуждается. Леди Виолетта Церингерен после развода возвращает себе право на перемещения между мирами. Никаких препятствий к этому не возникнет, но мы подчёркиваем данный факт отдельно. Это один из пунктов, причинявших моей клиентке наибольшие страдания во время брака.

Адвокат делает паузу. Я понимаю, сейчас последует что-то спорное. Да, так и есть.

— Леди настаивает на свободных выходах за пределы Бездны вместе с сыном. Королева троллей ни разу не видела внука, поскольку её собственные перемещения затруднены. Конечно, мать обязуется, что основным местом проживания мальчика останется Ад, к которому он физически привязан, особенно в раннем возрасте. Не в её интересах вредить сыну.

Демон уже стоит. Чтобы усилить эффект, он как бы случайно вскидывает руку.

— При этом мы отзываем ещё от одно ранее выдвинутое условие. Леди больше не просит ограничивать общение отца с ребёнком. Вельзевул в праве проводить с сыном всё свободное время, а, когда мальчик подрастёт и перестанет нуждаться в постоянном присутствии матери, отец сможет забирать его к себе. Весьма цивилизованный подход. И ещё один важный момент. Все визиты он должен заранее согласовывать. Герцог не будет появляться в резиденции семьи без разрешения бывшей жены. Он подтвердит это клятвой. Иначе в доме придётся дежурить кому-то из высших, потому что плетения или защиты, способной удержать демона уровня Вельзевула в стороне от его родных, просто не существует.