В который раз посочувствовала лорду Сноу. Ну, не требовался в Аду суд во всем его блеске. Кровная месть еще себя не изжила, поэтому конфликты между по-настоящему крупными хозяйственными субъектами, то есть первыми семьями, сюда не доходили. 

К тому же существовал обычай встречаться с обидчиком у Горнил — и отдавать спор на волю Пламени. Вполне удобно. Спорили двое, а в итоге оставался кто-то один. 

Поэтому судебные процессы протекали в основном между региональными администрациями, или здесь готовили документы для передачи в судебно-надзорные органы в других мирах. Тем не менее, Деус и другие адвокаты не оставались без работы. 

К громким делам внимание было повышенным. В Бездне обожали наблюдать за чужими раздорами. И, как выяснилось, не только в Бездне. 

Мы вошли в кабинет на втором этаже. Внутри поместилась целая зала средних размеров. То есть механики дополнительного пространства здесь активно применяли — и местная система не чужда магическим технологиям. 

Посередине стоял круглый стол. Ближе к окну располагалась вытянутая кафедра, за которой мог работать не только судья, но и весь его аппарат. Значит, стол должны были занимать две враждующие стороны. 

Маркус отодвинул стул для своей беловолосой леди. Хотя бы носом вокруг нее не водил, сдерживался. Дэв помог усесться мне. Разумеется, я и супруг сидели друг против друга. 

Это похоже на прием у врача. Маркус тоже наконец натянул на себя холодную маску, за которой ничего не разглядеть. Это помогло мне перестать дергаться. Пускай посещает сына два-три раза в неделю, но чтобы я больше не наблюдала за его похотливыми ужимками.

Я заведу себе двух или трех мужей сразу. А, что, у некоторых «низших» рас это нормально. Эта ревнивая гора мышц не подойдет ко мне за версту. Пусть бегает за «высшими». Эти мысли помогали отвлекаться от созерцания ледяной красоты пресветлой адвокатши… 

Жабо на ее блузке так накрахмалено, что смотреть больно. Пальцы с острыми алыми ногтями отбивали по столешнице только ей ведомый ритм. Зато Деус не поднимал носа от бумаг. Как же здорово, что я не стала искать кого-то другого, а остановилась на нем. Он вселял уверенность даже тем, как тремя пальцами удерживал чашку с кофе. 

Секретарей в зале сразу двое. Один высокий с проплешиной. Другой — среднего роста, но полный. Длинный перекладывал на кафедре папки, а толстенький подпирал стену рядом с входной дверью. 

Долго еще ждать? Слушания должны были начаться восемь минут назад. Деус не шевелился. Хотя вряд ли это шуточки Маркуса. 

— Кого нам назначили, Лорри? Старика Оддби? — вдруг спросил Дэв. — Он разве не в отпуске? 

Секретарь у кафедры охотно откликнулся: 

— По-моему, кто-то со стороны. Утвердили в последний момент. Оддби вроде как заговариваться стал. Женился на молоденькой. А не помогло. 

Ангел недовольно сомкнула губы. Если не ошибаюсь, ее зовут Веления или как-то так. Она специализировалась на громких бракоразводных процессах. И месяц назад развела императора-мага из нейтрального мира с женой, родившей ему трех детей, — так, что та вернулась в родной мир с тремя платьями и коробкой новых туфель. У нее отобрали даже драгоценности. Зато позволили нянчить внуков.

Я не следила за процессом, недолюбливала подобные развлечения. Но у нас в фондах к нему постоянно возвращались. Про себя я тогда удивлялась, что это за возмездие такое и где у адвокатши хотя бы минимальная женская солидарность. 

— Уважаемый судья Петреус Перт, — истошно провозгласил толстенький секретарь и распахнул дверь. 

Уважаемый судья не доставал мне и до талии. Он был лепреконом — в черной судейской мантии, накинутой прямо на сюртук кричащих салатово-желтых тонов.

Но не успела я поднять на Дэва вопросительный взгляд, как он подхватил меня за руку и помог встать. Судью полагалась приветствовать стоя. 

Наша группа поднялась полным составом. Только Виттен так бахнул кулаком о стол, что тот подпрыгнул.

— Прекрати ее касаться, ты, безродный ублюдок, — взревел он.

Петреус запнулся и запутался в мантии, но был спасен от падения секретарем. Зато тот перестал держать дверь, и она хлобыстнула, как раскат грома.

— Мы разберемся с провокациями, Виттен, — шепнула холеная дама на ухо герцогу, едва не запачкав помадой. 

Я сглотнула. Наши адвокаты знали свою работу. 

— Лори Круст, секретарь третьего класса — представился тот сутулый с залысинами. Он уже пристроился на кафедре сбоку.

— Остин Аргус, — сообщил полноватый и слегка поклонился. — Второй класс.

Он пропустил судью вперед, потому что кресло у того находилось ровно посередине их высокого стола, а сам занял место с краю. Точно как Лори, только в противоположном конце. Значит, Лори опережал Остина по карьерной лестнице. 

— Достопочтенный и уважаемый Петреус Перт, судья высшей категории, специально прибыл в столицу, оставив свой округ на помощников. На совете судей было решено, что только у него достаточно полномочий, чтобы разбираться в таком сложном деле, где затронуты интересы первого герцога, его наследника и супруги, получившей одобрение Пламени, — Лори, чувствуется, мог распинаться долго. 

Петреус ослабил шейный платок и салфеткой промокнул пот со лба. Кажется, он сюда торопился. Уже не выбрал ли судейский совет крайнего в самый последний момент? Я почему-то представила кучку бесов в мантиях, которые один за другим тянут соломинки.

Вряд ли этот так. Раса Перта говорила сама за себя. Леперконы — исконные враги троллей. Это как между пресветлыми и демонами… Тем временем светловолосая головка по-прежнему склонялась Маркусу почти на плечо. Все не могли наговориться… Нет, не так. Тролли охотились за лепреконами с гастрономическим целями, а демоны за пресветлыми моннами — из других побуждений. 

С другой стороны, лепреконы и демонов-то не слишком жаловали. Старались удерживать свою территорию и не пускать туда вообще никого. Так что выбор в пользу Перта — это скорее попытка соблюдать беспристрастность. 

— Ваша честь, пока процесс не начался, скажу, что искренне рад работать с вами снова. Надеюсь, не в последний раз, — улыбнулся Деус.

Перт благосклонно кивнул ему. 

— На все воля Бездны, — согласился он.

Понятно, что адвоката здесь знали хорошо, а вот крылатая красотка раньше в наших судах не сверкала. Судья взрирал на нее без особого восторга. Леперконы вообще народец хмурый и шуточки у них исключительно «трупные», с запашком. Я, кстати, неплохо ладила с теми, кто работал в фондах. 

— Пока процесс не начался, что случилось с вашей предыдущей супругой, лорд Виттен? Канцелярия зарегистрировала ее заявление с имущественными требованиями. Но Лори не смог принести копии документов. Дела не нашли… Она здорова?

Маркус наконец отвернулся от своего адвоката.

— Конечно, Ваша честь. Лючия подписала досудебное соглашение и вернулась в родной мир. Заявление испарилось в отведенный законом срок…К ней посватался то ли эмир, то ли кронпринц. В общем дело не терпело задержек.

Дэв рядом со мной скептически хмыкнул:

— Шантаж и угрозы против слабой человеческой женщины. А ведь она представляла огромный интерес для нашего мира. 

Богиня рядом с Виттеном чуть приподнялась и возмутилась хорошо поставленным высоким голосом… Да она могла бы петь… Помешанный на опере Маркус обязательно оценит.

— Я протестую, Ваша честь, как вы сказали, процесс не начался, а защитник противоположной стороны уже склоняет вас к своей точке зрения. 

— Ладно вам, леди. Мы сегодня просто знакомимся. Ну, и, разумеется, выслушаем позиции герцога и герцогини. Чего оба, хмм, пока еще супруга ждут от меня и от вас. 

— Откройте окно. Тут, что, кто-то бросился в топку? Не выношу запаха горелых волос, — последнее судья адресовал уже Остину.

Пахло в зале разве что застарелой пылью… и немножко крысами. Но настроиться на деловой лад у Перта получилось. 

Лори щелчком пальцев разжег камин, оформленный барельефами горгулий и гарпий. Видимо, они символизировали неминуемость правосудия.