Оба на какое-то время замерли. Мужчина сменил раздражение на милость, а монна погружалась в отчаяние, которое вскоре должно было смениться равнодушием. 

— Я бы убил его, но он нужен мне здесь. Какое иррациональное чувство. Вполне нормальное для ангела или демона, только не для меня. Когда он тянулся к твоей груди, я хотел отгрызть ему и эту руку, и голову заодно. У тебя замечательная грудь. 

Веренея молчала. В голове шумело. Но она не ощущала, что отдавала магию. Он забирал совсем немного. Чего он ждал? Зачем вмешался? На ближайшее время ее обязательства завершены… Но долгожданная пустота не приходила. Наконец мужчина сжалился. 

— Программа номер пять. Временно чистое сознание. Обставить выход сенатора из номера комфортным образом. Запомни: меня здесь нет через десять минут. Я тебя похвалил, выдал вознаграждение. Ты молодец. Добавлена запись о встрече с клиентом на Пасао, — он помедлил. — Через неделю. Запланирована за полгода. Переходи к обработке информации.

Голова девушки у него на колене задрожала. Но почти сразу Веренея утихла.

— Ваши дальнейшие приказания, — спросила монна, убедившись, что он сказал все, что хотел.

Ее голос при этом изменился. Появилась не свойственная ему безмятежность.

— Мне нужно, чтобы ты устроила мой развод с одной стервой. Но как сообщить это тебе… Надоело организовывать эти редкие встречи. Ты проведешь рядом как минимум три-четыре недели.

Он перебирал ее светлые волосы. Они не должны были блестеть, но блестели.

— Я не знаю. Когда я в сознании, единственное, что меня успокаивает — это то, что вы далеко. Чем дальше, тем лучше… Напоминаю в таком виде, без памяти и причинно-следственных связей, я могу проводить не больше четырех часов в месяц.

Мужчина кивнул. Теперь он держал ее за подбородок и рассеянно поглаживал губы большим пальцем

— Значит, придумаем что-то еще… Ты хотела в ванную. Иди, дорогая. У тебя около двадцати минут. Я тороплюсь. И пока ты там, оставь доступ к портальным сейфам. Заберу часть документов. Их никогда и не существовало.

— Что потом? Я жду ваших указаний.

— В постель, конечно. Какие могут быть варианты, моя стальная. 

Виолетта Церингерен

Дома я не находила себе места.

После незапланированного перехода я всегда чувствовала свою ущербность. Предметы двоились и увеличивались в размерах, на уши давил подозрительный шум. Хотелось выхватить дубину и… Но я тут же вспоминала, что у меня человеческие руки, да еще и в длинных модных перчатках.

Малыш с пользой проводил время у меня на глазах. Он шустро ползал или же гордо вышагивал — и то и то с максимальным удовольствием. Он цеплялся за все горизонтальные поверхности подряд. В результате очень многое, но, слава Пламени, не ребенок, оказывалось на полу. Бэррион ворчала. Меня же волновало то, что сын снова палил все подряд.

Наверняка, это объяснялось тем, что Виттена я сегодня наблюдала в состоянии крайней дикости. Если он плохо контролировал свое пламя, то что уж говорить о мальчике, который пользовался только теми инструментами, которые ему дал отец. 

Действительно, во всем, что касалось ребенка, до поры до времени, мы так и будем связаны с Маркусом, как бы мне ни мечталось об обратном.

Загорелась четвертая за сегодня портьера. Беррион содрала ее голыми руками и вылетела из комнаты. С демоненком осталась няня. 

Через два-три часа мы уложим его спать. Да, это будет непросто. Сначала великанша прочитает ему сказку, а мне придется не только дать грудь, но и скорее всего спеть длинную троллью колыбельную. Мой голос успокаивал сына. 

Наверное, потому что тролли пели в пещерах чрезвычайно редко. И это всегда означало наивысшую степень безопасность. То есть ничтожные риски обвала, удаленность от всяких монстров, которые могли бы нам угрожать.

Вот только мой персональный монстр сегодня придет за мной. Я в этом не сомневалась. Герцог не станет прятаться. Я прочитала это днем в его глазах. Он настроен решительно и попробует доказать, что это я не права и на самом деле не могу без него обойтись.

Еще полчаса потискала сына, и, когда он все-таки удрал от меня громить дом дальше, не выдержала. Написала единственному демону, кто мог извлечь из очередного скандала в этом доме пользу для меня. 

Деус откликнулся тут же. Подозреваю, что он ждал приглашения совсем иного рода, однако ведь и не отказал. Когда особняк погрузился в сон, я впустила его через отдельный адресный портал. Адвокат вошел и сразу заполнил собой мой кабинет.

Грациозный и в то же время опасный, фигурой он разительно отличался от моего твердокаменного супруга. В который раз отметила про себя, что мало кому в Аду так шли белоснежные накрахмаленные сорочки. 

Дэв принес с собой еще одну связку бумаг и погрузился в них. Но я знала, что он опять внимательно изучал меня всей кожей. Свет вдруг мигнул и погас, и теперь нас освещала только луна. Я завороженно уставилась на его голую по локоть руку. Он как раз согнул ее, а затем отложил папку. 

…Какие мышцы. Не узловатые, не выпирающие, но с намеком на то, что справиться с их обладателем будет не так просто. Если я резко прыгну, успеет ли он среагировать? Бездна, прошу тебя… Скоро полночь, у меня слишком давно никого не было… Уже несколько лет? 

На губах демона танцевала улыбка. Не исключено, что это иллюзия, вызванная неровным светом.

Не знаю, чем бы кончилась напряженная тишина, в которой я постепенно вязла, как в трясине, если бы не Беррион. 

Великанша ворвалась к нам с подсвечником и в капоре. Схватила кочергу и, ворча себе под нос, принялась елозить ею в камине.

— Все последние недели что-то с освещением по ночам. Маглинии регулярно замыкает, потому что адский огонь жарит, как сумасшедший. Поговорите с рогатым, с Виттеном в смысле, что творится там в Горнилах. Весь огонь поступает по ветке, выведенной специально для Вельзевула. Хорошо, что мы хотя бы не поджариваемся.

Деус резко поднялся. Папка перекочевала обратно в портальный карман. Он даже не стал дожидаться, пока великанша закончит, а сразу потащил меня прочь.

— Где у вас самый большой камин, леди Ви? Судя по всему каждую ночь к вам приходит не только огонь, но и его повелитель — распыляясь на множество частиц и забивая линии. Вы спите и не обращаете внимания, что во всех комнатах может какое-то время не работать магосвещение.

Мы перешли в основную гостиную. На самом деле у меня не было центральной залы. Я предпочла сделать несколько почти одинаковых, парадно убранных комнат. Однако Маркус настоял, чтобы в одной из них камин был наряднее и превосходил все остальные по размеру. 

— Подождем здесь, — предложил демон и подвинул мне кресло.

В собственном доме я ощутила себя чуть ли не гостьей. Мы уселись друг против друга, разделенные лишь небольшим резным столиком из белого мрамора. Уставилась в камин, лишь бы не смотреть на Деуса. 

Центральный камин в особняке лорда и леди Церингерен

Уже жалела, что поддалась панике и вызвала адвоката… Нет, о чем это я. Сегодня мне категорически нельзя было находиться вдвоем с мужем. Тело по-прежнему болело от желания обрушить на него что-нибудь тяжелое. Давно такого не случалось. 

Надзиратели Набериуса не нашли бы ничего подозрительного. Сам маркиз… Ну, он бы затеял драку, и к долгожданному разводу меня бы это не приблизило.

— Насколько вы и в самом деле желаете ускорить свое избавление от супруга? — уточнил Дэв, словно прочитав мои мысли. 

Он вытянул вперед ноги, — его излюбленная поза — и казался абсолютно расслабленным. Но я-то прекрасно видела, как и тогда в суде, — он подстерегал свою добычу в засаде. 

Немного огненных чар — чтобы сердцебиение жертвы участилось и стало нечем дышать. Чуть-чуть демонстрации грубой силы… Адвокат как будто ненароком взял со стола пресс-папье, — кусок обсидиана величиной с ладонь, выточенный в форме капли, — и сжал, превратив в каменное крошево… Муж обожал эту безделицу.